.RU
Карта сайта

Орсон Скотт Кард. Дети разума - 24


***


«Значит, вы были готовы», – сказала Королева Улья.
«Сами того не зная, но да, были готовы», – ответил Человек.
«Вы ее часть, все вы».
«Ее прикосновение так нежно, – отозвался Человек, – ее присутствие легко перенести. И материнские деревья не возражают против нее. Ее живость дает им энергию. Им странно держать в себе ее память, но это вносит разнообразие в их жизни».
«Значит, она часть всех вас, – повторила Королева Улья. – Она останется такой, как стала сейчас, – частью Королева Улья, частью человек, частью пеквенино».
«Чем бы она ни была, никто не может сказать, что она не понимает нас. Если кто то должен жонглировать силами богов, лучше она, чем кто то другой».
«Сознаюсь, я завидую ей, – призналась Королева Улья. – Она стала частью вас, а я никогда не смогу. После всех наших разговоров я продолжаю не понимать, что означает быть одним из вас».
«И я не могу понять ничего – у меня только слабые проблески понимания, – отозвался Человек. – Но разве это так плохо? Таинство бесконечно. И мы никогда не прекратим удивлять друг друга».
«Пока смерть не прекратит все сюрпризы», – ответила Королева Улья.

Глава 14


^ «ВОЗМОЖНО, ТАК ОНИ ОБЩАЮТСЯ С ЖИВОТНЫМИ»


«Если бы мы были умнее и лучше, вероятно, боги объяснили бы нам свои безумные, невыносимые поступки».

Хань Цин– чжао, «Шепот Богов»


Как только адмирал Бобби Лэндс узнал, что связь анзиблей со Звездным Конгрессом восстановлена, он отдал приказ по лузитанскому флоту: незамедлительно уменьшить скорость до порога невидимости. Подчинение было мгновенным, и он знал, что в ближайший час операторы телескопов Лузитании увидят как бы возникший из небытия флот. Корабли могут нестись к Лузитании на огромной скорости, их массивные противоударные экраны всегда готовы защитить их от разрушительного столкновения с межзвездными частицами, даже такими маленькими, как пыль.
Стратегия адмирала Лэндса была простой. Он подойдет к Лузитании на максимально высокой скорости, на которой еще не проявляются релятивистские эффекты, и запустит Маленького Доктора в момент максимального приближения не позднее, чем через пару часов, а затем поведет флот назад уже на релятивистской скорости так быстро, чтобы обратная волна от действия Молекулярного Дезинтегратора не захватила ни один из его кораблей своими всеразрушающими полями.
Хорошая, простая стратегия, базирующаяся на предположении, что у Лузитании нет защитников. Но Лэндс не считал такое допущение бесспорным. Оказалось, что каким то образом восставшие на Лузитании располагали достаточными возможностями, чтобы перед самым прилетом флота к месту назначения полностью прервать сообщение между флотом и остальным человечеством. Не важно, что все приписывалось чрезвычайно мощной и всепроникающей программе компьютерного саботажа, не важно, что начальство уверяло его, будто программа саботажник уже уничтожена разумными, но радикальными действиями, рассчитанными на уничтожение угрозы как раз перед прибытием флота к месту назначения. Лэндс не собирался обманываться иллюзией беззащитности. Враг показал, что обладает неведомыми качествами, и Лэндс был готов ко всему;
Шла война, тотальная война, и он не мог позволить, чтобы его миссия оказалась под угрозой из за небрежности или излишней самоуверенности.
С того момента как он получил предписание, он четко осознавал, что останется в человеческой истории как Ксеноцид Второй. Не так просто решиться на уничтожение незнакомой расы, особенно потому, что свинксы на Лузитании были, если верить сообщениям, столь примитивными, что сами по себе не представляли никакой угрозы человечеству. Даже когда чужаки представляли несомненную угрозу, как жукеры во времена Ксеноцида Первого, нашлась какая то жалостливая душа, называющая себя Голосом Тех, Кого Нет, которая сумела написать яркую сказку об этих кровавых монстрах, придумав какое то утопическое пчелиное общество, которое в действительности не хотело причинить вреда человечеству. Как мог автор этой книги точно знать, каковы были намерения жукеров? Книга была совершенно чудовищной, потому что она полностью развенчала имя мальчика героя, который так великолепно победил жукеров и спас человечество.
Лэндс принял командование лузитанским флотом не колеблясь, и когда их рейс начался, стал каждый день проводить значительное время, изучая скудную информацию об Эндере Ксеноциде. Мальчик, конечно, не знал, что на самом деле командует по анзиблю реальным человеческим флотом; он думал, что загнан в рамки строгого до жестокости расписания тренировочных сражений на симуляторе. Тем не менее в момент кризиса он принял правильное решение – использовать оружие, запрещенное к применению против планет, и взорвал последний мир жукеров. Угрозы человечеству больше не существовало. Он поступил верно, именно так, как требует искусство ведения войны, и в то время мальчика заслуженно осыпали похвалами как героя.
Но всего за несколько десятилетий эта вредная книга – «Королева Улья» – повернула вспять поток общественного мнения, и Эндер Виггин, практически изгнанный, улетел в новую колонию губернатором и полностью исчез из истории, а его имя стало синонимом уничтожения добрых, миролюбивых, но неверно понятых видов.
"Если они могли повернуться спиной к такому безвинному человеку, как Эндер Виггин, что они сделают из меня? – снова и снова спрашивал себя Лэндс. – Жукеры были жестокими, бездушными убийцами, у них был флот, оснащенный опустошительной, убийственной мощью, в то время как я буду уничтожать свинксов, которые, конечно, внесли свою лепту в убийства, но не слишком преуспели – на их счету только пара ученых, которые вполне могли нарушить какие нибудь табу. Очевидно, что у свинксов нет и в разумном будущем не предвидится возможности подняться с поверхности своей планеты и бросить вызов доминированию человеческой расы в космосе.
И все же Лузитания так же опасна, как и жукеры, возможно, даже более опасна, поскольку по ней свободно разгуливает вирус, который убивает каждого, кто заразится им, если в течение всей оставшейся жизни жертва не получает постоянные дозы противоядия, эффективность которого постоянно снижается.
Кроме того, вирус известен своей склонностью к быстрой адаптации.
Пока этот вирус находится на Лузитании, опасность невелика. Но однажды двое самодовольных ученых с Лузитании – официальные рапорты называли их ксенологами Маркосом «Миро» Владимиром Рибейрой фон Хессе и Квандой Квенхаттой Фугейрой Мукумби – нарушили условия колонизации и закон «никаких технологий» и незаконно передали свинксам запрещенные знания и биоформы. Звездный Конгресс отреагировал соответствующим образом – вызвал нарушителей на суд на другую планету, где, конечно, они содержались бы под карантином, но наказание должно было быть быстрым и жестоким, чтобы больше никто на Лузитании не поддался искушению пренебречь мудрыми законами, которые защищали человечество от распространения вируса Десколады. Кто мог подумать, что такая слабая человеческая колония решится противостоять Конгрессу и откажется арестовать преступников? Восстание не оставило Конгрессу иного выбора, кроме как послать флот и уничтожить Лузитанию. Ведь чем дольше Лузитания оставалась в руках мятежников, тем все больше увеличивался риск того, что с планеты отбудет корабль и распространит ужасную пандемию среди остального человечества, а этого нельзя было допустить.
Все было ясно. И все же Лэндс понимал, что как только опасность минует, как только вирус Десколады перестанет представлять угрозу людям, они тут же забудут, как велика была опасность, и начнут разводить сантименты вокруг погибших свинксов, бедных несчастных жертв жестокого адмирала Бобби Лэндса, Ксеноцида Второго.
Лэндс не был бесчувственным. Мысль о том, как его будут, ненавидеть, не давала ему спать. И несмотря на все уважение к возложенному на него долгу, он не был жестоким, и мысль о том, что он уничтожит не только неизвестных ему свинксов, но и целое человеческое поселение на Лузитании, заставляло ныть его сердце. Никто в его флоте не усомнился бы, что он выполнит веление долга без энтузиазма, но в то же время никто не сомневался в его беспощадной решимости.
Он снова и снова возвращался к одной и той же мысли:
«Если бы только появилась возможность… Если бы только, когда я свяжусь с Конгрессом, мне сообщили, что найдено действенное противоядие или вакцина против Десколады. Что нибудь такое, что могло бы убедить всех – опасности больше нет. Что нибудь, что могло бы удержать Маленького Доктора на привычном месте во флагмане».
Но его мечты вряд ли можно назвать надеждами. Никаких шансов. Даже если на Лузитании будет найдено средство, как об этом узнать? Нет, Лэндсу придется сознательно сделать то, что Эндер Виггин сделал по неведению. И он сделает. И переживет последствия. Будет опускать глаза, когда его будут поносить. Будет понимать, что сделал то, что было необходимо ради спасения всего человечества, а перед этим все меркнет, и не имеет значения, превозносят тебя или незаслуженно ненавидят.

***


Как только сеть анзиблей была восстановлена, Ясухиро Цуцуми отправил свои сообщения; он сам отправился в аппаратную анзиблей на девятом этаже своего здания и приготовился ждать. Если семья решит, что его идея достойна обсуждения, они соберут совещание в реальном времени, и Ясухиро был полон решимости не заставлять себя ждать. Если они не поддержат его, ему хотелось бы оказаться первым, кто узнает об этом, чтобы его подчиненные и коллеги на Священном Ветре узнали обо всем от него, а не из сплетен за его спиной.
Понимал ли Аимаина Хикари, о чем он попросил? В карьере Ясухиро наступил переломный момент. Если он покажет себя хорошо, то сможет начать движение из мира в мир, попасть в элитную касту менеджеров, которые оказывались отрезанными от своего времени и отправлялись в будущее через растягивающий время релятивистский эффект. А если его приговорят к прозябанию на вторых ролях, отодвинут в сторону или даже понизят в должности здесь, на Божественном Ветре? Он никогда не сможет уйти, и поэтому ему придется до конца дней своих смотреть в сочувственные лица тех, кто будет знать, что он не смог вырваться из короткого отрезка жизни в свободно текущую вечность высокого менеджмента.
Возможно, Аимаина не знал, насколько непрочным было положение Ясухиро. Но если бы и знал, это не остановило бы его. Чтобы спасти разумный вид от бессмысленного уничтожения, можно было пожертвовать несколькими карьерами. Что мог поделать Аимаина, если жертвовать приходилось не его собственной карьерой? Большая честь для Ясухиро, что Аимаина выбрал именно его, что думал о нем как о достаточно мудром человеке, способном понять моральную ответственность людей Ямато, и как о человеке достаточно мужественном, чтобы действовать в соответствии со своими моральными принципами, пожертвовав личной выгодой.
Такая честь! Ясухиро надеялся, что сможет утешиться ею, если все остальное рухнет. Если его не поддержат, он оставит компанию Цуцуми. Если они не станут действовать, чтобы отвести опасность, он не сможет остаться. Не сможет промолчать. Он выскажется и вместе с другими обвинит Цуцуми. Он никому не будет угрожать разоблачением – семья совершенно правильно воспринимает любые угрозы с презрением. Он просто выскажется. В этом случае вследствие его нелояльности они сделают все, чтобы уничтожить его. Ему негде будет укрыться.
Он больше никогда не сможет выступить с публичным заявлением. Вот тогда слова, которые он сказал Аимаине, перестанут быть шуткой – он придет жить к нему. Если семья Цуцуми решила наказать еретика, у него не остается никаких шансов, разве что отдать себя на милость своих друзей, конечно, в том случае, если у него есть друзья, которые сами не боятся ярости Цуцуми.
Все эти ужасные предчувствия беспокоили Ясухиро, пока он час за часом томился в ожидании. Конечно, они не просто проигнорировали его послание. Они, должно быть, читают и обсуждают его уже сейчас.
Наконец он задремал. Его разбудил оператор анзибля – женщина, которая еще не заступала, когда он бодрствовал;
– Вы, случайно, не уважаемый Ясухиро Цуцуми?
Обсуждение уже началось; вопреки лучшим намерениям Ясухиро, он оказался последним, кто вышел на связь. Стоимость таких совещаний по анзиблю в реальном времени была феноменальной, не говоря уже о хлопотах. Из за новой компьютерной системы каждый участник совещания должен был использовать непосредственно анзибль, иначе совещание было бы невозможным из за встроенных временных задержек.
Когда Ясухиро увидел идентификаторы под лицами, глядящими на него с дисплея терминала, он затрепетал и ужаснулся.
Вопрос не был делегирован второстепенным или третьестепенным лицам в главном офисе Хонсю. Здесь был сам Йошиаки Сейхи Цуцуми, древний человек, который управлял семьей Цуцуми, сколько себя помнил Ясухиро. Это должно было быть хорошим знаком. Йошиаки Сейхи – или «Да, Сэр», как его называли, хотя и за глаза, конечно, – никогда не тратил свое время, чтобы, выйдя в эфир по анзиблю, свалить какого нибудь самонадеянного выскочку.
Да, Сэр сам, конечно, ничего не говорил. Говорил в основном старый Эйчи. Эйчи имел прозвище – Совесть Цуцуми, которое, как цинично заметил кто то, означало, что он глухонемой.
– Наш молодой брат всегда был смелым и поступил мудро, передав нам свой разговор с уважаемым учителем, Аимаиной Хакари. Хотя никто из нас здесь, на Хонсю, не удостаивался чести персонально знать хранителя духа Ямато, мы все прислушивались к его словам. Мы были не готовы к мысли, что японцы, как представители рода человеческого, несут ответственность за лузитанский флот. Мы не были также готовы к мысли, что Цуцуми несут какую бы то ни было особую ответственность за сложившуюся политическую ситуацию, не связанную прямым образом с финансами и экономикой вообще.
– Слова нашего молодого брата были искренними и неистовыми, и поскольку они пришли от человека, который все годы работы у нас был должным образом скромен и достоин уважения, осторожен и все же достаточно смел, чтобы рисковать в подходящий момент, мы не могли не обратить внимание на его сообщение. Но мы должны быть осмотрительными; мы провели расследование и выяснили из наших правительственных источников, что японское влияние на Звездный Конгресс было и продолжает оставаться существенным, особенно в этом вопросе. По нашему суждению, на формирование коалиции вместе с другими компаниями или для изменения общественного мнения не осталось времени.
Флот может прибыть к месту назначения в любой момент. А это наш флот, если Аимаина Хикари прав; и даже если он не прав, это флот людей, а все мы – люди, и может статься, что в нашей власти остановить его. Карантин легко выполнит все необходимое, чтобы защитить человеческий вид от уничтожения вирусом Десколады. По этой причине мы желаем проинформировать тебя, Ясухиро Цуцуми. Ты показал себя достойным имени, которое было дано тебе от рождения. Мы используем все возможности семьи Цуцуми, чтобы убедить достаточное количество конгрессменов воспротивиться флоту, и сделаем это так решительно, что они проведут немедленное голосование по вопросу отзыва флота и запрета его использования против Лузитании. Мы можем добиться успеха в решении этой задачи или проиграть, но в любом случае наш молодой брат Ясухиро Цуцуми хорошо послужил нам не только своими многочисленными достижениями в управлении компанией, но также тем, что понял, когда нужно прислушаться к чужому голосу, поставить моральные принципы выше финансовой выгоды и рискнуть всем ради того, чтобы помочь семье Цуцуми поступать как должно. По этой причине мы вызываем Ясухиро Цуцуми на Хонсю, где он будет служить Цуцуми в качестве моего ассистента. – Тут Эйчи поклонился. – Я польщен, что такого отличного молодого человека готовят к работе в качестве моего преемника, когда я умру или уйду в отставку.
Ясухиро глубоко поклонился. Вызов на Хонсю принес ему облегчение – никого и никогда не призывали таким молодым.
Но быть помощником Эйчи, быть его преемником – не о такой работе мечтал Ясухиро. Он работал так тяжко и служил так честно не ради того, чтобы стать философом референтом. Ему бы хотелось непосредственного участия в управлении семейными предприятиями.
Но пройдут годы, пока он прибудет на Хонсю. Возможно, Эйчи уже не будет в живых. Да, Сэр уже точно будет мертв к тому времени. Вместо того чтобы заместить Эйчи, он может так же легко получить другое назначение, которое лучше будет соответствовать его реальным возможностям. Поэтому Ясухиро не отказался от этого удивительного дара. Он покорится своей судьбе и пойдет туда, куда она его ведет.
– О мой отец, Эйчи сан, я склоняюсь перед вами и перед всеми великими отцами нашей компании, особенно перед Иошиаки Сейхи сан. Ваша награда неизмеримо выше той, которую я мог бы заслужить. Мне остается молиться, что я не слишком сильно вас разочарую. И я благодарю вас за то, что в это трудное время дух Ямато находится в руках таких надежных, как ваши.
Его публичным принятием назначения совещание закончилось – очень уж дорого, а семья Цуцуми всегда внимательно следила, чтобы избежать трат, если можно. Совещание по анзиблю закончилось. Ясухиро снова сел в кресло и закрыл глаза. Он весь дрожал.
– О Ясухиро сан, – произнесла оператор анзибля. – О Ясухиро сан!
«О Ясухиро сан», – повторил про себя Ясухиро. Кто мог предположить, что визит Аимаины приведет к такому? Как легко все могло обернуться иначе. А теперь он будет одним из людей Хонсю. Какова бы ни была его роль, он будет среди высших лидеров Цуцуми. Не могло быть более счастливого исхода. Кто мог предположить!
Еще до того, как Ясухиро поднялся со своего кресла, представители Цуцуми уже вели переговоры со всеми японскими конгрессменами и многими из тех, кто не был японцем, но тем не менее следовал необходимистской линии. И когда число политиков, принявших сторону Цуцуми, возросло, стало ясно, что поддержка флота была, в сущности, поверхностной. В конце концов оказалось, что остановить флот не такая уж дорогая штука. 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.