.RU
Карта сайта

Трезвый с 27-го марта 1985 года - старонка 3

Там не наша вина, там наши ошибки! Если надо мной в детстве жестоко издевались, то ни о какой вине и речи быть не может. Но если через 40 лет это по-прежнему вызывает у меня негодование, то я, по меньшей мере, немилосерден. А главное, что люди, по отношению к которым я испытываю злобу, не чувствуют её.

У вас бывало когда-нибудь, что вы ненавидели кого-то лютой ненавистью, но в один из дней случайно забыли про свои чувства к этому человеку? И на следующий день вы вынуждены ненавидеть его ещё больше, чтобы компенсировать за тот день, который вы пропустили.

Мы почему-то полагаем, что все эти люди ощущают нашу ненависть. А они даже не думают о нас. Мы те, кто носит этот багаж. Это не имеет никакого отношения к тому, что произошло! Это о том, что мы делаем по поводу случившегося и об относящихся к этому воспоминаниях нашего варианта давнишней истории. Но кто знает, что в действительности тогда стряслось?

Проведя уйму времени в психотерапии, я научился понимать, что о своём детстве мне надо знать только одну вещь – оно кончилось! И оно было необычайно долгим… Оно затянулось в мои сороковые, а может быть даже и в пятидесятые. И я понятия не имею, что мне теперь делать со всей информацией, которая накопилась у меня о нём. Поэтому я избавляюсь от неё.

Потом Руководитель даёт нам первое задание. Речь идёт о Восьмом и Девятом Шагах. Он говорит: «Я помогу вам. Идите, возместите ущерб, который вы причинили и исправьте свою вину перед другими. Это избавит вас от злобы и обиды».

Всё ли у меня в порядке под конец Девятого Шага? Посмотрим, что творится в моих отношениях с женой.

Позвольте мне задать вам вопрос. Вы когда-нибудь слышали от кого-то: «Он эмоционально недоступен». Вам доводилось слышать такие слова? Знаете, что она имеет в виду? Она полагает, что у меня есть что-то, а я отказываю ей в этом. Правда же гораздо хуже. У меня этого нет! И я не знаю, что у меня этого нет! Она убедила меня в том, что у меня это есть. И теперь я помогаю ей искать это. Этот танец будет продолжаться вечно. Я полагаю, что она ищет связи со мной и не может найти. А я не понимаю, о чём она говорит. Честное слово! Я пытаюсь понять, но у меня не получается. И когда она говорит: «Такое впечатление, что тебя здесь нет. Ты словно не в этой комнате. Ты не слышишь меня, когда я говорю с тобой». А я тупо пялюсь на неё и спрашиваю: «Что ты хочешь от меня?!» Ей кажется, что я прикидываюсь. А я уверяю вас, что глубина моей ограниченности не ведает рубежей! Это часть меня, которая полностью отсутствует! Её просто нет! Я не могу произвести то, чего во мне никогда не было! Ведь это не интеллектуальный процесс. Он может основываться только на личном опыте.

И теперь, когда я трезвый в АА, ты хочешь, чтобы я был эмоционально доступен, и чтобы в наших отношениях существовала близость. Под близостью я подразумеваю чувствовать то, что чувствуешь ты. Полагаю, что это то, чего ты желаешь от меня. Ты хочешь, чтобы я замечал тебя, когда ты входишь в комнату. Чтобы твоё присутствие ощущалось в доме, где мы живём. Чтобы я понимал, что ты расстроена чем-то прежде, чем ты скажешь мне об этом. Чтобы, когда ты разговариваешь со мной, я смотрел на тебя, а не в телевизор. И чтобы ты не злилась из-за этого, и тебе не приходилось выключать его для нашего разговора. Чтобы ты не чувствовала будто являешься неудобством в моей жизни. Но, когда ты злишься из-за всего этого – я удивляюсь. Всегда! Каждый раз! И я жалуюсь на то, что ты постоянно переваливаешь на меня ответственность за своё недовольство и прочую дребедень.

А люди продолжают писать книги типа «Мужчины с Марса, а женщины с Венеры». Но я не верю, что мы настолько отличаемся друг от друга. Я уже давно не верю в это. У меня нет близости с тобой – вот почему мне кажется, что мы такие разные. Между нами отсутствует связь! Я не понимаю тебя потому, что я даже не пытаюсь. Мне нужно, чтобы ты была рядом. Но я не хочу, чтобы ты была рядом всё время. Только когда ты нужна мне. Кто-то же должен готовить! Не смейтесь – дела действительно обстоят так плохо. Осознаю ли я это? Конечно, нет! Когда я говорю об этом вслух, это звучит ужасно. Но ведь это правда обо мне. Именно так я веду себя с тобой. А когда ты уходишь – мне одиноко.

Способен ли я на близкие отношения в конце Девятого Шага? Нет! Даже рядом не лежал. Ведь этот Шаг всего лишь где-то 13% нашей программы, а мы морочимся и страдаем из-за него. У нас тут появились инвентаризации по 15 колонок в развернутом формате, да ещё с инструкциями, методичками, пособиями, вопросниками, книгами и семинарами. Мы продолжаем без всякой пользы ковыряться в этом до бесконечности…

Десятый, Одиннадцатый и Двенадцатый Шаги называют Шагами поддержки. А что поддерживать-то?! Что у меня требует поддержки в конце Девятого Шага? Разве это только о том, чтобы не пить? Я так не думаю. Я считаю, что наша программа вообще не об этом. Она об отношениях. Она о том, как мне стать частью этого мира, и как мне войти в Духовное Царство.

Если я духовно пробудился 27 марта 1985 года, то моё дальнейшее путешествие совершается для того, чтобы осознать своё пробуждение и посмотреть, как я могу его использовать во благо другим.

Десятый Шаг для того, чтобы постоянно проверять себя. Чтобы я наблюдал за собой, двигаясь по жизни.

Одиннадцатый – о том, чтобы держаться поближе к Руководителю. Когда я медитирую в Одиннадцатом Шаге, то у меня появляется возможность, следя за своими мыслями, обрести глубокое понимание того, что я не являюсь своим разумом. Это меняет всё! Абсолютно всё! Я больше не представляю собой свой мыслительный аппарат. А ведь долгое время я полагал, что это и есть я. Я верю в то, что мой разум говорит мне. И когда я могу следить за ним и бережно прерывать этот процесс мышления, то мне становится ясно, что нет нужды воевать с ним или пытаться изменить его. У меня больше нет необходимости враждовать или соперничать с моим разумом. Я могу просто проигнорировать эту чушь.

Не думаю, что мой разум ставит себе целью уничтожить меня или причинить мне боль. Наоборот, он пытается мне помочь. Но он – дурак. Ведь всё на что он способен, это брать прошлое и проецировать его на будущее. Это лучшее, что он может. От него обычно слышишь что-то вроде: «Тогда было плохо, и теперь тоже будет плохо». Единственное, что ему известно – это прошлое. А для него автоматически означает, что, то же самое повторится снова.

Если я буду проводить всё своё время в поисках того, что являлось основной причиной моих прошлых проблем, я упущу возможность понимать, кем я становлюсь сегодня. А сегодняшний я не имеет вообще никакого отношения к тому, кем я был. Это совершенно новая жизнь. Ведь всё это совсем не о том, чтобы пытаться возродить то, что было когда-то. Тогда ничего не было! Я превращаюсь в то, чем никогда не был. Вот на что мне следует обращать внимание!

В Двенадцатом Шаге мы вносим эту программу в нашу жизнь.

В Шестом и Седьмом Шагах вы можете, если хотите, составить список недостатков. Но он уже составлен в четвёртой колонке инвентаризации обид. Наши осуждения, зависть, предрассудки, злоба, а бывает и насилие… У каждого свой, милый ему замес этих дефектов. Ханжество, ложь, обман… и многое другое. Мы наконец-то можем отследить своё годами повторяющееся поведение. Мы учимся видеть эти недостатки всё лучше и лучше. В более поздних инвентаризациях мы уже знаем, на чём фокусировать своё внимание. Мы понимаем, что ищем. Мы уже знаем, что другие не виноваты и не осуждаем их. И сколь бы виновными они не казались, мы точно знаем, что проблема в нас. Так наши инвентаризации становятся продуктивными.

В последнее время я стал делать Пятый Шаг своим подопечным, чтобы сблизиться с ними. Мне не нравится барьер между спонсором и подспонсорным. Я чувствую себя отчуждённым, находясь на дистанции от них. Мне понятна моя роль. Но спустя какой-то период времени я хочу, чтобы они знали, кто я. Пусть они знают обо мне ту правду, в которой не хочется признаваться, потому что я бы предпочёл, чтобы это не было правдой. Сегодня у меня больше нет ничего такого ужасного. Нынче вы от меня услышите что-нибудь похожее на «мои дети недостаточно любят меня». Какие-то убогие, инфантильные претензии типа «после всего, что я для них сделал…»

Люди в АА – это вообще классический пример: «Я так старался ему помочь, а он нашёл себе другого спонсора». Но он не хочет, чтобы кто-то знал, что ему обидно и говорит: «Всё в порядке! С Богом!» А в душе он клокочет: «Вот же сукин сын… После всего, что я сделал для этого неудачника…» И, если вдуматься, это не самое вкусное местечко, в котором можно оказаться. Мы действительно много делаем для людей. А они не проявляют никакой благодарности. Как я уже говорил, АА – это центр недостатков вселенной.

Он будет приставать к моей жене, займёт у меня денег и не вернёт их, я устрою его на работу, а он будет делать её спустя рукава, и в результате каким-то образом окажется, что я во всём виноват. А потом вся эта муть оказывается в инвентаризации. И приходится читать это другим людям вслух. Это звучит не солидно, когда у тебя 25 лет трезвости, потому что тебе кажется, что ты выше таких вещей. Но что поделаешь?

Если я действительно хочу справиться со своими недостатками, то лучше всего заняться спонсорством. У подопечных я увижу все свои дефекты. До единого. Нетерпеливость, раздражительность, предвзятость – я столкнусь со всеми ними.

Если я встаю на колени и прошу избавить меня от этих недостатков, будучи действительно готовым к этому, значит, мне нельзя отсылать прочь то, что предстаёт передо мной. А это, как правило, будет что-то очень похожее на вас. Вы являетесь орудием Божьей Воли. Он посылает мне вас. Именно поэтому я никогда не должен пытаться контролировать выбор того, что мне необходимо для духовного опыта.

У меня есть два правила.

Я всегда отвечаю на телефонные звонки. У меня нет определителя – я избавился от него. Вход открыт для всех в любое время. Я верю, что тот, кто звонит, должен быть сейчас в моей жизни. Это даже не вера. Это – доверие. Мы ведь исповедуем именно доверие. Лучшее определение доверия, которое мне довелось услышать, звучит так: «Доверие – это не знать, но быть уверенным, что всё будет нормально». Что придёт, то и должно быть.

Второе правило – я никогда не говорю «нет». Ко мне как-то раз подошёл парень и попросил меня быть его спонсором. А потом он сказал: «Мне надо сразу сказать тебе, что я – гей». Я спросил его: «А ты бы не предпочёл иметь спонсора, который тоже гей?» «Нет, – ответил он, – у меня нет проблемы с тем, что я гей. Зато с пьянством ситуация швах». Кто бы мог подумать?

Я когда-то утверждал, что те, кто сидит на лекарствах, не являются по-настоящему трезвыми. Правда, у меня с этим не было никакого опыта. Но, как уже говорилось, отсутствие опыта никогда не останавливало меня от того, чтобы сформировать мнение. Просто я услышал эту позицию от некоторых из вас, и мне она понравилась потому, что была очень резкой и крутой. К тому же такое мнение разозлило многих людей, и я сразу решил, что мне это очень подходит. И я стал стучать кулаком по трибуне и вещать об этом во всеуслышание. Однажды ко мне подошёл парень и попросил быть его спонсором. Когда я согласился, он сказал: «Я хочу, чтобы ты знал, что у меня биполярное аффективное расстройство**** и я принимаю лекарства от этого». Я подумал: «Ну, надо же… один из этих дебилов…» Но я не могу сказать «нет». Ни при каких обстоятельствах. Это правило. Вход открыт для всех, что бы ни случилось. Я не говорю «нет». Так можно найти разные виды поддержки для людей. И это помогает отсеять тех, кто не является алкоголиком, чтобы не нужно было тратить время на работу с ними. Я, конечно, самонадеян до наглости, но где-то всё-таки должна быть граница…

Итак, мы стали работать с ним по Шагам. Мне довелось и «снимать его с потолка», и «поднимать его с пола». Однажды, когда мы были у меня дома, этот сорокалетний мужик подошёл, сел ко мне на колени, уткнулся головой в моё плечо и заплакал, как ребёнок. А я сидел и покачивал его. Моя жена Керен вошла в комнату и, увидев эту сцену, шёпотом воскликнула: «Уау!..» На такое трудно не обратить внимание. У людей явно бывают проблемы, которых у меня нет. Теперь, когда я встречаю его, то всегда спрашиваю: «Ты принимал сегодня лекарства? Всё те же или тебе прописали какие-то новые? Как твой уровень лития?»

Один из ребят сказал мне, что его посадили на рисперидон*****… Обычно после этого в зале слышно тихое «уууу». Тогда я пошёл к другому парню, который принимает, по-моему, вообще все лекарства известные человечеству. Он у меня как ходячий медицинский справочник. Я спросил его: «Что такое рисперидон?» А он ответил: «Уууу… Это дают тем психам, которые слышат голоса…» Услышав это, я тоже смог сказать только «Уууу…» Потом я подошёл к тому парньку и спросил его: «Ты слышишь голоса?» Он ответил: «Уже нет».

Порой мне кажется, что все новички страдают такими заболеваниями. И доктора пытаются сажать таких, как мы на разные препараты. Я не считаю, что это правильно. Но я уже знаю, что есть люди с проблемами, которых нет у меня. А узнать об этом я могу, только впустив их в свою жизнь. И я знаю, что не в силах помочь всем. Как мне знать, может, вы пришли ко мне, чтобы обрести хоть какую-то поддержку, пока не появится человек, который действительно может вам помочь? Я не знаю, что тут происходит. Я бессилен и ничем не управляю. Я не Бог. Я просто даю всем войти.

Один парень попросил меня пойти с ним в госпиталь потому, что там умирала его мать. Это произошло в моей ранней трезвости. У меня не было никакого опыта в таких делах, и я не хотел идти туда. Раньше я считал, что следует определять какие-то границы относительно того, что я буду или не буду делать. Теперь я просто иду. Ведь на самом деле мы не идём. Нас ведут. Это не ошибка. И не мне решать, куда идти, а куда нет. У меня иллюзия, будто мне дан выбор. Сегодня я вздохну поглубже и пойду. Я могу оказаться в местах, где неловко себя чувствую. Но я не умру от этого. Зато, такой опыт поможет мне расти духовно.

Мы с этим парнем пошли в госпиталь к его матери. Она была вся в трубках и проводах. Выглядело это удручающе. Я сел в кресло, закрыл глаза и помолился. Неожиданно ко мне пришло чувство, что всё нормально. Что здесь нет никакой ошибки, и что всё правильно, то есть так, как должно быть. Это было всего лишь чувство. Не произошло никаких вспышек или изменений. Ничего не случилось. Но моя тревога исчезла, а я сидел и оглядывал комнату. Всё было в порядке. А этот парень ходил по комнате из угла в угол. Ведь его мать умирала. Она была не очень хорошим человеком. Я долго наблюдал, как он заботится о ней. Потом я посадил его рядом с собой, взял его руку (это был здоровенный, высокого роста парень – плотник по профессии), посмотрел ему в глаза и сказал: «Ал, всё нормально. Здесь всё так, как и должно быть. Расслабься. Давай помолимся». Мы закрыли глаза и стали молиться. Он крепко сжимал мою руку, как это обычно делают люди, которые находятся в напряжении. Но пока мы молились, я почувствовал, как его рука расслабилась. Вот что такое близость. Она тихая и едва заметная. А я всегда ищу головокружительного кайфа и всё время упускаю такие вещи. Я снова бы упустил это, если бы не пошёл туда. Я потом спросил этого парня: «Ты почувствовал тогда, то же, что я?» Он ответил: «Нет. Ты о чём?» Похоже, что мне было лучше, чем ему… И я, испытав это чувство, уже никогда не забуду его.

У моего отца обнаружили рак. В течение 14-ти лет мы приносили друг другу торты на юбилей. Его день трезвости 28 марта, а мой – 27 марта. Мы оба протрезвели, когда нам было по 37 лет. Именно в АА я нашёл «своего папку». Были ли недостатки вокруг всего этого? Можете не сомневаться! Мы никогда особо не любили друг друга. В обычной жизни мы редко соприкосались. Но АА связало нас. Там мы были близки. И мне довелось увидеть там отца со стороны, о которой я ничего не знал. Я видел, как он вёл себя с другими мужиками, когда они травили байки или просто беседовали. Это были словно родные люди, и каждый был собой. Так ведут себя, когда никто не смотрит. Я увидел его как человека, просто как человека со всеми его заморочками, а не как моего отца. Позже он много рассказывал мне о своём детстве и о том, как он рос. На его семидесятилетие я сделал ему Девятый Шаг. А через 10 лет он сделал Девятый шаг мне. Через 10 лет! Только, когда наши отношения стали надёжными. Когда я уже больше не ждал этого, и в этом не было необходимости, потому что у нас всё было хорошо. Вот когда это пришло.

Мы с матерью ухаживали за отцом. Вместо того чтобы отправить его в госпиталь, мы поставили кровать в гостиной и заботились о нём круглосуточно. Мы мыли и кормили его, меняли ему подгузники и давали лекарства. Он умер у нас на руках.

Это были чудесные похороны. Если вы никогда не были на похоронах АА, обязательно сходите, когда появится шанс. Это лучшая тусовка в городе. Там говорят о настоящем человеке, и вы не услышите пустых общих стандартных слов, которые можно прочесть в некрологах.

Потом моя мать переехала к нам. А позже и у неё обнаружили рак. И мы поставили её кровать в нашей гостиной. Три месяца я не работал. Я ухаживал за ней. Однажды пришло время поменять ей подгузник, а никого из женщин не было дома. Она посмотрела на меня, заплакала и сказала: «Я растила тебя не для того, чтобы ты делал это». Она видимо решила, что потеряла чувство собственного достоинства. Я постоял, подумал и сказал: «Ничего подобного. Я помню наш дом и тех людей, на которых я тогда не обращал внимания. Я знаю теперь, что все они делали у нас дома. Ты спасала им жизнь!»

А сегодня я живу в таком доме. У моей жены 20 лет трезвости. Она спонсирует многих женщин. Я спонсирую многих мужчин. Обычно мы стараемся держать их подальше друг от друга. Но иногда моя жена решает свести некоторых из них. Я думаю, что это не самая лучшая идея, учитывая генетическую предрасположенность. И у нас постоянно люди на крыльце… И всё время звонит телефон…

После короткой паузы я сказал маме: «Ты вырастила меня именно для этого! А теперь… переворачивайся». Я поменял ей подгузник, и мы пришли к уровню близости, о котором я даже не догадывался. Это не имеет отношения к физическому прикосновению. Это о том, как мы демонстрируем свою любовь. А второй или третий раз – это уже просто обыденное дело, которое надо сделать.

Мама умерла у нас дома. Так был пройден полный круг.

Выздоровление в АА трудно описать. Это можно только испытать на себе. Я понимаю, что ничего нового вам не говорю. А что касается недостатков, так именно для этого и существует наша программа. Ведь это о том, чтобы вырастать. Только так мы от них избавляемся. И нам даётся умение наблюдать, как мы движемся по этой жизни.

Есть огромная разница между самозацикленностью и самосознанием. Когда мы проходим Шаги, то обретаем самосознание. Сегодня я способен возмещать ущерб и исправлять свои ошибки, не откладывая это в долгий ящик.

Периодически я сам становлюсь собственной жертвой. Ведь я всего лишь человек. Но сегодня это длится очень короткое время. Трудно продолжать делать это, когда понимаешь, что ты делаешь. Поскольку понимание отодвигает с пути то, что заслоняет нас от Бога.

Люди говорят, что ты должен отдавать то, что получил здесь, чтобы у тебя это осталось. Ничего подобного! Ты должен отдавать это даже для того, чтобы получить это.

Если ты не отдаёшь это – у тебя этого нет.

Огромное вам спасибо!

* известная американская модельер (1929-2008)

** Джоан Чендос Баэз (англ. Joan Chandos Baez) — американская певица и автор песен, исполняющая музыку преимущественно в стилях фолк и кантри.

*** Гештальтпсихология появилась в начале 20-го столетия. Её основоположником считают немецкого психолога Макса Вертгеймера, но в её развитие вложили свой вклад, такие известные психологи, как Курт Коффка и Вольфганг Кёллер. Основным постулатом гештальтпсихологии является рассмотрение целостных структур, не выделяя их составляющих частей. На основании гештальтпсихологии в начале 1950-х годов были заложены основы гештальттерапии. Это сделали Фредерик и Лора Перлз и Пол Гудман. Базовый подход гештальттерапии заключается в том, что психика человека способна саморегулироваться, а также в том, что она способствует расширению самосознания человека и посредством этого достижения большей внутри личностной целостности, наполненности и осмысленности жизни, улучшения контакта с внешним миром в целом, и с окружающими людьми.

**** Маниакально-депрессивный психоз.

***** Применяется для лечения психозов: при шизофрении, а также в терапии некоторых форм биполярного расстройства и психотической депрессии.

2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.