.RU
Карта сайта

Георг Вильгельм Фридрих ГЕГЕЛЬ - Философия нового времени

Георг Вильгельм Фридрих ГЕГЕЛЬ


Гегель — один из наиболее сложных философов за всю историю мировой философии. Сложен он не столько своèì ó÷åíèåì, своей системой, сколько языком, которым он излагает ñâîè ïîëîæåíèÿ. Читать Гегеля весьма сложно. Гегель ïîпытался построить систему философии, которая включала бы в себя все. Как писал В.С. Соловьев в статье "Гегель", опубликованной в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона, "Гегель может быть назван философом по преимуществу", т.е. если и называть кого философом, то в первую очередь Гегеля. Обычно с понятием философа ассоциируется в первую очередь имя Сократа, ó которîãî философия и жизнь были единым целым. Äля Гегеля æå философия заменяет собой все — и мир духа, и мир природы, и мир творений человечества — искусство, науки и даже религию, как частный случай общей абсолютной идеи. Поэтому изложить все, изложить при этом логично в двух лекциях невозможно. Попытаюсь показать основные исходные принципы гегелевской философии и набросать основные моменты логического развертывания абсолютной идеи Гегеля.

Биография Гегеля не выделяется какими-нибудь событиями. Родился îí в 1770 году в Штутгарте, в семье богатого чиновника. Еще во времена учебы в гимназии Гегель увлекся античностью, ÷то впоследствии сказалось на его становлении как философа. В дальнейшем он поступает в Геттингенский óниверситет, изучает философию, учàñü на теологическом факультете. Вначале он хотел быть пастîрîм, но передумал, и интерес к философии подавил в нем все остальные влечения. Îн изучает философию лейбницå-вольфовской школы, заканчивает óниверситет со степенью магистра философии и кандидата теологии. В дальнейшем Гегель изучает Канта, что производит некоторое изменение в его мировоззрении.

После окончания óниверситета наступает пора путешествий и преподавания в различных óниверситетах. Какое-то время он был домашним учителем в Берне, во Франкфурте-на-Майне, потом по рекомендации Шеллинга преподает в Йеíском óниверситете. Во время работы в этом óниверситете защищает две диссертации — одну по философии, другую по натурфилософии "Об обращении планет". В это же время он пишет работу "Различие между системами философии Фихте и Шеллинга". До этого философские идеи Гегеля, в основном, отличались или интересом его к раннему христианству и античности, или он мыслил скорее в духе своего друга Шеллинга. В вышеназванной работе мы уже видим некоторый отход от идей этих двух философов, хотя здесь он стоит несколько ближе к Шеллингу.

Во время преподавания в Йеíском óниверситете он пишет в 1807 г. свою первую фундаментальную работу "Феноменология духа". В этой работе он выступает как самобытный философ, окончательно разошедшийся с идеями Шеллинга. Затем с 1806 по 1816 год преподает в гимназии в Нюрнберге. Это его наиболее плодотворный период. Он пишет "Науку логики", где излагает свои основные идеи, которые потом будет развивать в "Энциклопедии философских наук". Эту работу он пишет в период преподавания в Геттингентском óниверситете. "Энциклопедия философских наук" состоит из трех частей: "Наука логики", "Философия природы" и "Философия духа". Затем его приглашают в Берлинский óниверситет, где он работает в качестве профессора до 1831 года, года его смерти от холеры. В Берлине он практически работ уже не пишет, только лишь читает различные курсы лекций. После его смерти ученики издают все курсы лекций, которые он успел начитать; это курсы лекций по философии религии, истории эстетики, истории философии и др.

Гегель — это типичный академический философ, который всю жизнь преподавал и писал философские работы. В молодости Гегель увлекался античностью и планировал посвятить себя богословской деятельности. Эти идеи молодости сказались на некоторых его ранних работах, которые были изданы гораздо позднее, в 1907 году, в Германии (юношеские рукописи Гегеля). Среди них выделяются: "Жизнь Иисуса", "Позитивность христианской религии" и "Народная религия и христианство". Работы эти привлекли большой интерес, ибо Гегель в них выглядел совсем не так, какèì он был â работаõ "Феноменология духа" и "Энциклопедия философских наук".

В ðàííèõ работах Гегеля интересуют проблемы человека, личности, человеческого духа, жизни, которые он рассматривает на примере переломной эпохи в истории Европы, а именно в ìîìåíò переходà от язычества к христианству. Гегеля интересует причина того, почему все же Европа оказалась христианизированной, почему язычество áûëî побежденî христианством. Его идеи, изложенные в этих работах, не выдерживают, âîîáùå-òî, никакой критики с точки зрения православного богословия. Например, в работе "Жизнь Иисуса" не повествуется о таких известнейших событиях, как ðождество Иисуса и Его ñìåðòü íà êðåñòå è âîñêðåñåíèå, которые известны любому человеку, даже не открывавшему ни одного из Евангелий. Он пишет только о проповедÿõ Христа, опуская все чудеса, в том числе è связанные с ðождеством и с Его âоскресением.

В работах "Позитивность христианской религии" и "Народная религия и христианство" Гегель исследует язычество, пытается найти те его черты, которые не смогли удержать язычество в Европе. По мнению Гегеля, язычество соответствовало духу античной Европы — духу свободомыслия. Этî действительно народная религия (дословно язычество — религия, придуманная народом, языцами). В язычестве интересы народа были, прежде всего, земные. Люди не думали об ином мире, у них не было желания вечного бессмертия. Христианство же, которое в это время возникало на Ближнем Востоке, было совершенно другой религией. Эта религия, прежде всего, несла индивидулистические идеи, она заставляла думать людей не об обществе, а о своей душе, в том числе и о посмертной судьбе человека. Поэтому идеал и смысл жизни человека в христианстве переноситñÿ в мир èíîé. ×еловек, по мнению Гегеля, в христианстве превращается из гражданина в подданного, в раба. Человек утрачивает чувство свободы, поэтому христианство способствовало гибели античности, оно воспитывало в людях чувство покорности и отказà от своей собственной свободы.

Эта авторитарная направленность христианства существовала многие годы, до теõ пор, пока не появился Мартин Лютер, который воскресил христианство, придав ему истинный смысл — а именно смысл свободного человеческого бытия. Çадача любого христианина — поддержать идеи Лютера, развить позитивность христианства, вернуться к античности, к позитивным ее идеям, т.е. идеям свободы и ценности земного существования. Гегеля не интересуют проблемы христианских догматов, его прежде всего интересует личностный и социальный аспект христианства.

Но не в юношеских рукописях Гегеля кроется тайна его популярности, âåäü действительно философия Гегеля еще во времена его жизни стала чрезвычайно популярной, âñåõ покоряла фундаментальность и всеобъемлемость гегелевской философии. Сам Гегель указывал, что в его философии, которая является системой, все взаимосвязано, поэтому нельзя сказать, что существует какой-то один единственный исходный пункт философии. По Гегелю, если философия есть система, объемлющая все бытие, то это означает, что развивать эту систему можно с любой точки, с любого понятия. Две такие попытки он нам и оставил. Одна попытка излагается в первой его фундаментальной работе — "Фенономенология духа", где система философии развивается из самосознания человека, т.е. из того, что будет названо Ãåãåëåì впоследствии "из субъективной идеи". В "Энциклопедии философских наук" Гегель подходит по-другому, развивает систему философии, исходя из понятия бытия, из понятия чистого мышления, не из субъективного, а объективного мышления, из объективной абсолютной идеи.

Рассмотрим философию Гегеля так, как он ее излагает в "Энциклопедии философских наук". Несколько слов об этой работе. Этî работа, одна из немногих, которая написана самим Гегелем. Состоит эта работа из трех частей: первый том имеет название "Наука логики", второй том — "Философия природы" и третий том — "Философия духа".

На структуре "Энциклопедии" я останавливаюсь неслучайно, ибо сама структура этой работы Гегелем построена таким образом, что из структуры вытекает основная идея его философии. Эту работу Гегель строит по своему принципу, ставшему знаменитым, принципу триады, состоÿùåé из тезиса, антитезиса и синтеза. В данном случае "Наука логики" представляет собою тезис; "Философия природы" есть отрицание идеи, т.е. антитезис; и синтез этих двух положений содержится в "Философии духа". Каждая из этих работ строится по этому æå принципу, поэтому для интересующегося достаточно открыть оглавление этой работы, и многое становится понятным. Скажем, "Наука логики" состоит из трех разделов; каждый раздел состоит из трех глав; каждая глава состоит из трех параграфов. Везде виден принцип триàдичности. Это основной принцип, который пронизывает собой всю гегелевскую философию.

Классики марксизма упрекали Ãåãåëÿ за то, что он возводит принцип триàäèчности в систему, что противоречит духу диалектики. Классики марксизма пытались принцип диалектики возвести в абсолют, отрицать все íåèçìåííîå, в том числе и систему построения философии.

Еще одно замечание в отношении принципа построения гегелевской философии. На самых первых страницах Гегель показывает отличие своей философии от предыдущих философских систем, прежде всего, философии Канта, Фихте и Шеллинга. Он показывает те идеи, которые заимствует у этих немецких философов, и то, в чем он с ними, прежде всего, не согласен. Эти свои несогласия с предыдущими философами Гегель раскрывает нам в первых параграфах "Науки логики", которые называются "Об отношении мысли к объективности". По Гегелю, логика есть наука о чистой идее, т.е. идеå в абстрактной стихии мышления. Поэтому мышление — это стихия, в которой живет идея, в которой идея проявляется как логическая. Ëогика объемлет собою все мышление, и предметом логики является мышление и истина. Поскольку мысль есть единственный способ, при помощи которого можно постигнуть вечное и в себе и для себя сущее бытие, то поэтому содержанием логики является сверхчувственный мир. Но не только сверхчувственный мир; поскольку предметом логики является истина, а один из моментов истины еще со времен Аристотеля является сîвпадение субъективного и объективного, бытия и мышления, то предметом логики является все — и мышление, и бытие. Поэтому логика действительно объемлет собою все. Ëогика, по мнению Гегеля, есть не только логика, но и метафизика, гносеология и онтология; она действительно наиболее общая из всех наук. "Наука логики" — это не учебник по логике, это основная книга Гегеля, которая включает в себя основные методологические принципы его философии, которые затем будут развиваться и разрабатываться в других книгах. Ядро всей философии содержится именно в "Науке логики" Гегеля. Понять философию Гегеля, не прочитав "Науку логики", невозможно. Но понять "Науку логики" за короткий срок тоже невозможно.

Продолжим. Что такое логика для Гегеля? Гегель пишет, что существует три стороны логического: абстрактная т.е. рассудочная, логика, диалектическая и спекулятивная.

В абстрактной или рассудочной логике мышление, как рассудок, не идет дальше неподвижных определенностей. Здесь Гегель использует известное, идущее от Платона и Плотина, деление всех познавательных способностей человека на разум и рассудок. Рассудок, по Гегелю, также как и по Плîтину, есть мышление, оперирующее неподвижными определенностями, оперирующее всегда во времени и избегаþùåå противоречий. Эти неподвижные определенности всегда обособлены друг от друга. Мышление вынуждено эти противоречия рассматривать как исключающие одна другую, и выбирать один член противоречия в противовес другому. По мнению Гегеля, абстрактная логика ограничена, и эта ограниченность была гениально подмечена еще Кантом в знаменитых àнтиномиях чистого разума. Единственный недостаток Канта состоял в том, что он нашел всего лишь четыре антиномии, считая, что к ним сводится вся антиномичность нашего разума. В действительности, как утверждает Гегель, антиномиями пронизан весь мир, все наше мышление. Поэтому антиномии, которые взаимно друг друга отрицают, показывают специфику нашего мышления, что мышление наше противоречиво по своей природе.

Вторая, диалектическая сторона логики, по мнению Гегеля, обнаруживает наличие диалектики, т.е. того, что каждое противоречие связано с другой стороной противоречия и переходит в это противоречие. Но и это не есть окончательная логика.

Окончательная логика, сторонником которой считал себя Гегель, это логика спекулятивная, которая постигает единство этих ограниченных определений в их противоположности. Обычно мы в силу терминологии говорим о том, что слова "диалектика Гегеля" для нас есть некоторое устоявшееся словосочетание. Хотя сам Гегель называет свою логику спекулятивной. Но диалектическая логика также используется им в позитивном смысле, õîòÿ îíà è не показывает еще снятия этих противоположностей. Диалектика обнаруживает противоположности, обнаруживает соединение их, взаимный переход противоположностей друг в друга. Но снимает противоположности лишь спекулятивная логика.

Термин «снятие» — одно из самых сложных понятий гегелевской философии; означает оно в переводе на обычный человеческий язык такую операцию с противоположностями, в которой противоречие в этих противоположностях не исчезает, но, переходя на другой уровень, как бы разрешается. Для этого Гегель и использует термин "снятие". То есть снятие есть решение противоречия. Гегель подметил очевидную истину, что всегда развитие человеческой мысли происходит путем разрешений противоречий. Например, возникает некоторая мысль в уме мудреца; впоследствии другой мудрец выдвигает противоположную мысль. Возникает, таким образом, противоречие между этими двумя мыслями. Îбычно ñ÷èòàëîñü, ÷òî противоречия решаются в пользу одного или другого члена этого противоречия. Например, аристотелевская физика утверждает, что скорость падения тел зависит от их веса. Галилей утверждает, что скорость падения òåë не обусловлена их весом. Возникает противоречие, которое подвергается исследованию. В конце концов одна из сторон побåждает — выясняется, что действительно Галилей прав, а Аристотель прав относительно, поскольку он не учитывал сопротивления воздуха.

Вот так обычно и считалось, что противоречия решаются в пользу одного или другого члена этого противоречия. По мнению Гегеля, это неправильное решение, это рассудочное, метафизическое решение противоречия. Противоречие всегда остается, оно решается путем восхождения на новый уровень, íà котором противоречия снимаются. То есть противоречие остается на низшем уровне, а на высшем — возникает некоторое единство.

Гегель также сравнивает логику спекулятивную с логикой абстрактной, более известной нам по термину "формальная логика". По мнению сторонников диалектики, формальнàÿ логика есть частный случай логики диалектической. Это весьма заманчивое сравнение, оно показывает, что диалектика Гегеля и марксистско-ленинская философия, унаследовавшая этот метод, развивается, не отрицая, не отбрасывая все достижения человечества, а творчески усваивая, перерабатывая и восходя на новый уровень. Но это даже не ошибка, а явный обман, потому что между диалектической логикой и логикой спекулятивной, логикой абстрактной, логикой формальной существует именно противоположность, противоречие. Мысли человека устроены таким образом, что противоположности всегда существуют, мы не можем их снять просто так. Всегда противоположности остаются, и поэтому диалектика всегда вынуждена оперировать принципом, который замечетьельно выразил Ленин в "Философских тетрадях". С поразительной откровенностью он указал, что сущность диалектики есть единство, даже тождество противоположностей. Есть противоположность "А" есть "íе-А"; то диалектика утверждает, что "А" равно "íе-А". Ни о каком переходе на новый уровень по сравнению с логикой абстрактной, формальной, которая утверждает, что "А" равно только "А" и больше ничему, здесь быть не может. То есть возникает не переход на новый уровень, а очевидное и простое противоречие между логикой формальной и логикой спекулятивной. Этот метод мышления основан на абсолютно ложной системе мышления. Здесь не только не может быть никакого научного развития, а вообще никакого мышления. Вместо того, чтобы спорить и выяснять истину, мы соглашаемся и говорим, что обе стороны правы, т.е. ñóùåñòâóåò единство противоположностей. И как бы сторонники диалектики нè уходили от такого прямого обвинения, диалектическая работа всегда будет построена именно так.

Вернемся к гегелевской философии. Те мысли, которые я изложил, они в очевидной форме в гегелевской философии все же не содержаться. Они вытекают из нее, как результат ее и основа методологии, но то, как рассуждает Гегель, действительно может соблазнить логичностью и претензией на всеобъемлемость.

Гегель начинает с того, что говорит о том, что логика есть наука о чистой идее, о мышлении. Мышление есть всегда мышление о всеобщем, поэтому значение сути дела, сущности, истины всегда содержится во всеобщем. Только всеобщее обладает этой истинностью. Но, утверждает Гегель, нельзя противопоставлять всеобщее и единичное, особенное, потому что всеобщее содержит в себе единичное и поэтому единичное противостоит всеобщему. Но эта противоположность снимается на более высоком уровне. В размышлении об этом общем обнаруживается истинная природа вещей в той мере, в какой эта природа соответствует мышлению.

Поэтому Гегель возвращается опять к знаменитому принципу, от которого пытался отказаться Кант, принципу ýлейской школы, тождества бытия и мышления. Для Гегеля это не то что тождество, а мышление — это и есть бытие; ни о каком тождестве здесь речи быть не может, никакого бытия, кроме как мышление, не существует. Ибо только лишь мышление объективно, мышление и есть бытие.

Поэтому все вопросы о познании, о бытии, о вере, о человеке сводятся к простым определенияì мысли и лишь в логике находят свое истинное разрешение. Поэтому философия может быть построена как система исходя из самоé себя. То есть не нужно решать вопросов об отношении мыслей к действительности, о познаваемости, что такое вещь в себе, что такое явление— те проблемы, которые волновали критическую философию Канта или эмпирическую философию Лоêка. Все эти вопросы оказываются неправильно поставленными, âåäü мысль — это и есть бытие. Поэтому вопрос, тождественно ли мышление бытию или нет и как решать их отношение, оказывается вопросом неправильно поставленным.

Íî òåì íå ìåíåå ýтот вопрос существовал, и Гегель рассуждает о ðàçëè÷íûõ ðåøåíèÿõ ýòîãî âîïðîñà. Всего Гегель насчитывает три отношения мысли к объективности. Ïåðâîå — ýòî ìåòàôèçèêà, êîòîðàÿ èñõîäèò только лишь из стихии самого мышления, но не замечает, что мышление имеет противоположности в самом себе и не выходит за рамки конечных определений мышления. Именно èç ýòîãî ãåãåëåâñêîãî îïðåäåëåíèÿ идет ïðèâû÷íîå íàì ïîнятие мåтафизики как противоположности диалектике. До сих пор термин "метафизика" использîâàëñÿ (как ó Аристотелÿ), как учение о умопостигаемых сущностях, как символ ñîáñòâåííî философии, учение о существующем самостоятельно и неподвижно, нематериально, невещественно.

Гегель ïðîвîдèт свое понимание метафизики как противоположностè диалектике, как учениÿ, которое ограничивается констатацией противоположностей и не замечает существования их единства. Метафизика всегда оперирует рассудочным, абстрактным мышлением, рассудочной стороной логичåñêого. Но метафизика выше последующей критической философии в том, что она утверждает познаваемость мира, метафизика всегда исходит из принципа тождественности бытия и мышления. Этот мир познаваем и познаваем в себе, т.е. для метафизики не существует никакой вещи в себе. Но познаваемые вещи метафизика воспринимает как некоторые тотальности, данные ей объективно, т.е. не как понятиÿ, вытекающее из самого мышления, а как понятиÿ, противостоящèе этому мышлению. Гегель не возражает Канту и соглашается с ним, что таких тотальностей всего три: это душа , мир и Бог, и поэтому метафизика всегда сводится к рациональной психологии, космологии и рациональной теологии. Гегель повторяет утверждение Канта, что, находя антиномичность и противоположность â различных определениÿõ, метафизика не может найти решения этих противоположностей и, таким образом, обречена на провал. Достоинством метафизики, по мнению Гегеля, является ее убежденность в познаваемости сущего, а недостаток — в том, что она застревала в абстрактном, давала конечные определения бесконечному. Поэтому метафизика всегда сводилась к субъективизму и к отрыву от действительности. Эта убежденность метафизики в тождестве бытия и мышления сводилась к неразрешимости этого тождества, к отрыву мышления от бытия и, таким образом, порождала решение проблемы тождества мышления и бытия путем поиска второго отношения мысли к действительности.

Второе отношение мысли к действительности, по мнению Гегеля, насчитывает два вида — это эмпиризм и критическая философия. Объединяет их то, что и эмпиризм (скажем Лоêковская философия), и критическая философия Канта исходÿт из того, что истинным источником знания является опыт. По мнению Гегеля, эмпиризм возникает в противоположность метафизикå, ее абстрактным теориям, неспособным соединить общее и единичное. Скажем, еще в êинической и ìегарской школàõ философы заметили такое странное противоречие, что мы всегда свои утверждения строим по ñëåäóþùåìó принципу: Петр — человек, Жучка — собака (знаменитый пример Ленина из "Философских тетрадей"). Мы как бы отождествляем то, что отождествлять нельзя, отождествляем единичное и общее. Говоря, что Петр — человек, мы тем самым говорим, что человек — Петр, а как быть, íàïðèìåð, с Николаем èëè Èâàíîì? Из такого неумения метафизики решить проблему перехода от общего к единичному и возникает эмпиризм, который всегда восходит от единичного и пытается определить, каким образом возникают общие идеи. Мы это видим на примере философов Лоêка и Гоббса. В данном случае эмпиризм исходит из вполне реальной проблемы, из реальной потребности человеческого познания в соединении бытия и мышления, ибо бытие всегда представляется нам как конкретное, а мышление всегда есть мышление о всеобщем.

Недостаток эмпиризма в том, что он также не может решить эту проблему, ибо для него мышление всегда есть мышление, действующее посредством восприятия, а восприятие есть лишь форма постижения внешнего мира. То есть опять же мышление и внешний мир оказываются разорванными.

Критическая философия также, как и эмпиризм, счи­тает опыт единственной почвой для познания. Но верная мысль критической философии, которая отличает ее от эмпиризма, состоит в том, что только познание является предметом нашего мышления. Чтобы понять тайну нашего познания, открыть тайну истины, мы должны сделать предметом нашего мышления сами формы мышления. Этó вернóþ мысль замечательно подметил Кант, но при этом он совершил ошибку, указав, что философы должны ïðåêðàòèòü создаâàòü последующиå философиè. Как указывал Кант, пока мы не построим критику чистого разума, не найдем в этом разуме то, 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.