.RU
Карта сайта

ПОСТСТРУКТУРАЛИЗМ 61 - Илья Петрович Ильин Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм Пауль Клее: "Идолы"...

ПОСТСТРУКТУРАЛИЗМ 61



исторически конкретное "познавательное поле" научного свойст-

ва, как уровень научных представлений своего времени. На-

сколько можно судить по всему контексту работ французского

ученого, он выделял не менее пяти подобного рода

"познавательных полей" античное, средневековое, возрожденче-

ское, просветительское и современное. Первые два не получили

у него эксплицитного описания и развернутых характеристик,

поэтому фактически, и это касается в первую очередь "Слов и

вещей", речь у него идет о трех четко друг другу противопос-

тавлевных "эпистемах": Возрождение (ХV-ХVI вв.), классиче-

ский рационализм (ХVII-ХVIII вв.) и современность (с начала

ХIХ в.). Как пишет Автономова, эти три эпистемы кардиналь-

ным образом отличаются друг от друга: "В ренессансной эпи-

стеме слова и вещи сопринадлежны по сходству; в классическую

эпоху они соизмеряются друг с другом посредством мышления

путем репрезентации, в пространстве представления; начиная

с ХIХ в. слова и вещи связываются друг с другом еще более

сложной опосредованной связью -- такими мерками, как труд,

жизнь, язык, которые функционируют уже не в пространстве

представления, но во времени, в истории" (3, с. 58).

Очевидно, стоит привести и самое последнее по времени

(1991 г.) определение, даваемое Автономовой этим трем эпи-

стемам, специфику каждой из которых она видит прежде всего

в различии "означающего механизма, соотношении "слов" и

"вещей", и соответственно перипетии языка в культуре: язык

как вещь среди вещей (Возрождение), язык как прозрачное

средство выражения мысли (классический рационализм), язык

как самостоятельная система в современной эпистеме. Послед-

нее превращения "языка" вместе с жизнью" и "трудом" угро-

жают, как считает Фуко, единству человека: в современную

эпоху вопрос о человеке как сущности невозможен. В этом

смысл идеи "смерти человека" ("человек умирает -- остаются

структуры"), воспринятой сторонниками Фуко как девиз струк-

туралистского движения" (4, с. 362).

Более подробно о взглядах французского ученого на про-

блему человека и его эволюции смотрите ниже, здесь же нам

было важно подчеркнуть роль понятия "эпистемы" как одного

из "методологических принципов", с помощью которых доказы-

вался общий для структурализма и постструктурализма тезис о

"смерти человека".

С эпистемой связана еще одна проблема общеметодологи-

ческого значения. При всех своих функциональных явно струк-

туралистских характеристиках она, по сравнению с другими

известными к тому времени структурными образованиями, имела

62 ГЛАВА I



несколько странный облик. С самого начала она носила

"децентрированный характер ", т.е. была лишена четко опреде-

ляемого центра и создавалась по принципу самонастройки к

саморегулированию. В ней изначально был заложен момент

принципиальной неясности, ибо она исключала вопрос, откуда

исходят те предписания и тот диктат культурно-языковых норм,

которые предопределяли специфику каждой конкретно-

исторической эпистемы. Это объясняется тем, что эпистема

образуется из локальных, сугубо ограниченных сфер своего

первоначального применения в частно-научных "дискурсивных

практиках": "Дискурсивные практики характеризуются ограни-

чением поля объектов, определяемых легитимностью перспекти-

вы для агента знания и фиксацией норм для выработки концеп-

ций и теорий. Следовательно, каждая дискурсивная практика

подразумевает взаимодействие предписаний, которые устанавли-

вают ее правила исключения и выбора" (Фуко, 188, с. 199).

Каждая вновь образующаяся научная дисциплина как бы

заново открывает для себя объект своего исследования

(фактически, по представлениям Фуко, его "создает") или, как

пишет Лейч, "очерчивает поле объектов, определяет легитимные

перспективы и фиксирует нормы для порождения своих концеп-

туальных элементов" (294, с. 146). Тот же Лейч отмечает:

"изображая эпистему не как сумму знаний или унифицирован-

ный способ мышления, а как пространство отклонений, дистан-

цирования и рассеивания, Фуко помещает свою всеобщую мо-

дель культуры среди активной игры различий" (294, с. 153),

Причем сама эта "игра различий" редуцирует "отличительную"

способность традиционного различия, превращая его на деле в

незначительные отклонения, лишая или ослабляя его функцию

содержательного маркирования отличительных признаков. Обо-

зревая работы Ж. Делеза "Различие и повтор" (1968) (131) и

"Логика смысла" (1969) (134), Фуко писал: "Высвобождение

различия требует мысли без противоречий, без диалектики, без

отрицания; мысли, которая приемлет отклонение; мысли утвер-

ждающей, инструментом которой служит дизъюнкция; мысли

множества -- номадической рассеянной множественности, не

ограниченной и не скованной ограничениями подобия; мысли,

которая не приспособляется к какой-либо педагогической модели

(например, для фабрикации готовых ответов), атакует неразре-

шимые проблемы..." (188, с. 185).

Этот дифирамб во славу различия производит странное

впечатление, поскольку различие здесь перестает выполнять

свою главную задачу -- функцию различения -- и недвусмыс-

ленно свидетельствует о постструктуралистском понимании Фу-

ПОСТСТРУКТУРАЛИЗМ

Трансформация дискурсивных практик

63

ко этой проблемы еще в свой "археологический период". Его

"дифференциальный" (различительный) анализ направлен преж-

де всего на разрешение понятия любой целостности, поскольку в

конечном счете рисует картину безудержной игры различий, при

которой исчезает представление о сколь-либо содержательном

отличии двух оппозиций, т. е. исчезает сам принцип бинаризма,

поскольку это различия без отличия. Традиционную историю

Фуко стремится "заменить анализом поля симультанных разли-

чий (которые характеризуют в любой данный период возмож-

ную диффузию знаний) и последующих различий (которые

определяют в целом все трансформации, их иерархию, их зави-

симость, их уровень). В то время когда историю обычно расска-

зывают как историю традиции и новаторства, старого и нового,

мертвого и живого, скрытого и открытого, статического и дина-

мического, я отваживаюсь рассказывать историю вечного разли-

чия" (186, с. 237).

Любопытна судьба понятия "эпистема". Сам Фуко, кроме

"Слов и вещей", практически нигде его не употреблял, но

"эпистема" получила исключительную популярность среди самых

широких кругов литературоведов, философов, социологов, эсте-

тиков, культурологов. Вырвавшись из замкнутой системы Фуко,

она, естественно, у разных интерпретаторов обрела различные

толкования, однако сохранился основной ее смысл, так поло-

нивший воображение современников: эпистема соответствует

константному характеру некоего специфического языкового

мышления, всюду проникающей дискурсивности, которая, -- и

это самое важное, -- неосознаваемым для человека образом

существенно предопределяет нормы его деятельности, сам факт

специфического понимания феноменов окружающего мира, опти-

ку его зрения и восприятия

действительности.

Трансформация дискурсивных практик



В "Словах и вещах" Фу-

ко наметил общие контуры

той специфической научной

дисциплины, которая получи-

ла у него имя "археологии

знания". В этой работе, как

уже говорилось, он выделил три ключевые, по его представле-

нию, этапы формирования современного "европейского ментали-

тета", сформулировал свое понимание истории" попытался дать

теоретическое обоснование "смерти субъекта", и, -- самое важ-

ное с точки зрения той общей теоретической перспективы, кото-

рая связывает единой линией развития и преемственности струк-

турализм с постструктурализмом, -- постулировал дискурсив-

64 ГЛАВА I

"Архив"



ный характер человеческого сознания. Если что и осталось в

позиции Фуко непроясненным, то это детальная проработка

самого механизма трансформаций, или "мутаций", дискурсивных

практик, ведущих к разрушению старой и возникновению новой

эпистемы, а также обоснование принципиальной непознаваемо-

сти эпистемы ее современниками.

В соответствии с этой задачей Фуко уже в статье 1968 г.

"Ответ на вопрос" (200) намечает три класса трансформаций

дискурсивных практик: 1) Деривации (или внутридискурсивные

зависимости), представляющие собой изменения, получаемые

путем дедукции или импликации, обобщения, ограничения, пер-

мутации элементов, исключения или включения понятий и т. д.;

2) Мутации (междискурсивные зависимости): смещение границ

поля исследуемых объектов, изменение роли и позиции говоря-

щего субъекта, функции языка, установление новых форм ин-

формативной социальной циркуляции и т. д.; 3) Редистрибуции

(перераспределение, или внедискурсивные зависимости): опро-

кидывание иерархического порядка, смена руководящих ролей,

смещении функции дискурса.

Как видно, на этом этапе Фуко пытался, совершенно в

структуралистском духе, вывести строгие правила порождения

"новых дискурсивных объектов", формализовать процесс, веду-

щий к смене одной научной формации другой, практически ана-

логичный смене научной парадигмы в терминах Куна. В тот

период для Фуко "История -- это дескриптивный анализ и

теория этих трансформаций" (186, с. 223). Окончательную

доработку понятийный аппарат "археологического периода"

получил в книге "Археология знания" (1969) (180). Перечисляя

основные понятия, применяемые здесь Фуко, Автономова выде-

ляет из них три самые существенные: "позитивность" (единство

во времени и пространстве материала, образующего предмет

познания); "историческое априори" (совокупность условий, по-

зволяющих позитивности проявиться в тех или иных высказыва-

ниях); "архив" (перечень высказываний, порождаемых в рамках

позитивностей по правилам, задаваемым историческим априо-

ри)" (1, с. 27-28). Особое внимание заслуживает концепция

"архива".

"Архив"



Как подчеркивает Фуко,

"архив" не представляет со-

бой униформного и недиффе-

ренцированного корпуса дис-

курсов, напротив, это сильно

дифференцированная "общая система формации и трансформа-

ции высказываний" (181, с. 130). При этом для современников

ПОСТСТРУКТУРАЛИЗМ

Деконструкция истории

65

"открыть", сделать явственным свой собственный "архив" не-

возможно, "поскольку мы говорим, находясь внутри этих пра-

вил, постольку он придает тому, что мы можем сказать -- как

и самому себе, как объекту нашего дискурса, -- свои модусы

правдоподобия, свои формы существования и сосуществования,

свою систему накопления научных фактов, их историчности и

исчезновения" (там же).

Если и можно успешно исследовать "архив" другой эпохи,

то только потому, что он предстает перед людьми иного времени

как "Другой", как носитель признаков "отличия", и в этом акте

изучения "другого", по мнению Фуко, мы якобы тем самым

косвенно признаем нашу дистанцию и отличие и имплицитно

отвергаем идею непрерывного "телеологического" прогресса или

просто преемственность "монологической" линии развития.

Именно дискурсивные практики каждой эпохи устанавливают те

исторически изменяющиеся системы "предписаний", которые и

предопределяют свойственный для нее код "запретов и выбо-

ров". Фуко постулирует четыре "порога в процессе возникно-

вения дискурсивной практики: пороги позитивности, эпистемо-

логизации, научности и формализации (там же, с. 186-187).

Последний "порог", когда очередная специфическая дискурсив-

ная практика превращается в замкнутую, самодовлеющую сис-

тему, не допускающую каких-либо "инноваций", означает насту-

пление времени "нового эпистемологического разрыва", веду-

щего к появлению новой дискурсивной практики, и, соответст-

венно, нового "архива". Фактически мы видим, что в

"Археологии знания" понятие "архива" пришло на смену эписте-

ме; недаром Лейч заявляет, что эпистема -- это своего рода

"позитивное бессознательное культуры -- ее архив" (294, с.

149). Однако содержательный аспект нового понятия и цель его

введения в качестве аналитического принципа остаются теми же

доказать факт разрыва линии исторической преемственности.

Иными словами, каждая историческая эпоха обладает ей прису-

щим "архивом", утверждающим свою оригинальность и неповто-

римость и "аннулирующим" свое происхождение и дальнейшую

судьбу: ему на смену придет другой "архив", который так же

"забудет" о своем предшест-

веннике.

Деконструкция истории



Если в свой "археоло-

гический" период Фуко осу-

ществил радикальный демон-

таж традиционного представ-

ления об истории, то на "генеалогическом" этапе своей эволюции

он предпринял уже ее явно постструктуралистскую деконструк-
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.