.RU
Карта сайта

Святитель Игнатий (Брянчанинов) Отечник - старонка 52

ходят, то есть, проводят жительство во тьме нравственной, которая предшествует тьме адской, предъизображает ее и служит для нее залогом.

38. Два брата были во вражде между собою. Во время гонения на христиан их схватили по причине святой веры, и подвергнув многим мучениям, посадили в тюрьму. Один из них сказал другому: брат! нам должно примириться и не гневаться одному на другого: потому что завтра мы должны умереть, и пойдем предстать Господу. Но другой брат отказался от примирения. На другой день их вывели из тюрьмы, чтоб отсечь им головы. Брату, желавшему примирения, была прежде отрублена голова: он в вере отошел ко Господу. Другой же, не хотевший примириться, отрекся от Христа. Мучитель сказал ему: почему ты не отвергся вчера, прежде пытки, чтоб избежать ран, а отвергся сегодня? Он отвечал: я преступил заповедь Господа моего: не примирился с братом моим. За это Бог оставил меня и отъял от меня помощь Свою. Лишенный ее, я отрекся от Христа1500.

39. Между святыми старцами был муж великий, которому Христос даровал такую благодать, что он, по действию Святого Духа, видел то, чего другие не видят. Он сказывал, что однажды сидели многие братия, разговаривая между собою. Когда разговор шел душеспасительный, и приводимы были для назидания изречения из Священного Писания: тогда стояли между братиями святые Ангелы; на лицах их сияла радостная улыбка; они с удовольствием внимали беседе о Господе. Когда же разговор переходил к предметам суетным, Ангелы огорчались и тотчас уходили далеко от беседующих, в среде которых появлялись нечистейшие кабаны, покрытые струпами, и вращались кругом их. Это были демоны: они принимали вид кабанов и увеселялись пустословием и многословием монахов. Увидев это, блаженный старец ушел в свою келлию, и в продолжении всей ночи плакал и рыдал: стенания и слезы изливались из сердца его о горестном недуге падения нашего. Он увещевал и наставлял отцов и братий по монастырям, говоря: охраняйтесь, братия, от многословия и суетных бесед, от которых рождаются для души вред и погибель: мы не понимаем, что чрез такие беседы соделываемся ненавистными Богу и Ангелам Его. Говорит Писание: от многословия не избежиши греха (Притч. 10, 19)! Многословие расслабляет душу и ум наш, вносит в них пустоту1501.

Монахам нашего времени должно читать и перечитывать эту повесть.

40. Несколько монахов, вышедши из хижин своих, собрались вместе и беседовали о благоверии, монашеском подвижничестве и о средствах Богоугождения. Из числа беседующих два старца увидели Ангелов, которые держали монахов за мантии их и похваляли беседовавших о вере Божией; старцы умолчали о видении. В другой раз монахи сошлись на том же месте и начали говорить о некотором брате, впавшем в согрешение. Тогда святые старцы увидели смердящего, нечистого кабана, и уразумев согрешение свое, открыли прочим о видении Ангелов и о видении кабана. При этом старцы рассуждали между собою, что каждый из нас должен соединиться духом во едино с ближним своим, - с его плотию, со всем человеком, во всем сострадать ему, во всем сорадоваться, все скорбное для ближнего оплакивать. Просто сказать: быть в отношении к нему, как бы была у него с ближним его одна общая плоть, одна общая душа; скорбеть, когда случится с ним печаль, как о самом себе. И писание свидетельствует, что мы едино тело о Христе; также оно говорит, что у множества веровавших в Господа было одно сердце и одна душа (Деян. 4, 32)1502.

41. Один из старцев сделался болен, и в течении многих дней не мог употреблять никакой пищи. Ученик его убедительно просил его, чтоб он позволил приготовить для него немного киселя. Старец согласился. У них был сосуд с медом, и другой подобный сосудец с маслом, выжатым из льняного семени; масло это уже протухло и не годилось ни для какого употребления, разве для лампады. Брат по ошибке положил в приготовленную им пищу масло, полагая, что кладет мед. Старец отведал, не сказав ничего, но молча стал есть. Когда была подана третья перемена, старец сказал ученику: сын! я не могу более есть. Этот, желая, чтоб он еще поел, сказал: авва! кисель хорош, и я поем его. С этими словами он отведал, - и понял сделанную им ошибку. Он пал к ногам старца, говоря: увы мне, авва! я убил тебя. Какой грех возложил ты на меня, ничего не сказав мне! Отвечал ему старец: не огорчайся! если бы благоугодно было Богу, чтоб я вкусил хорошей пищи: то ты положил бы меду, а не того, что положил1503.

42. Некоторый брат вопросил старца, говоря: отец! что мне делать! я не могу преодолеть помышлений. Старец отвечал: я никогда не подвергался нападению помышлений. - Соблазнился брат, - пошел к другому старцу, говорит ему: вот, что сказал мне такой-то старец! я соблазнился на него, потому что сказанное им неестественно человеку. Второй старец отвечал: не без причины сказал тебе это слово человек Божий: поди, и со смирением попроси, чтоб он объяснил тебе сказанное им. Брат возвратился к первому старцу и сказал ему: авва! прости меня: я поступил безрассудно, что ушел от тебя, не простившись с тобою. Но объясни мне, прошу тебя, каким образом ты пребываешь без борьбы с помыслами? Старец отвечал: с того времени, как я - монах, не вкусил я досыта ни хлеба, ни воды, ни сна, - и это не попустило меня до такой борьбы с помыслами, о какой ты спрашивал. Брат вышел от старца, получив помощь от его слова1504.

43. Некоторый брат приходил в келлию великого старца и крал у него жизненные припасы. Старец видел это. Он не обличил брата, но занялся более рукоделием, говоря: думаю, - этот брат нуждается. И нес старец тяжкую скорбь, терпя большой недостаток в хлебе. Когда старец кончался, - братия окружили его. Он, увидев между ними брата, который постоянно крал у него хлеб, сказал ему: подойди ко мне, брат! Брат исполнил это. Тогда старец схватил руки его, начал целовать их, говоря: благодарю эти руки! при посредстве их я надеюсь войти в Царство Небесное. От этих слов брат умилился, принес покаяние, соделался строгим монахом по примеру старца, действий которого он был очевидцем1505.

44. Некоторый брат тем был веселее духом, чем более бесчестили его и насмехались над ним. Он говорил: бесчестящие нас и насмехающиеся над нами доставляют нам средства к преуспеянию, а похваляющие нас вредят душам нашим. Говорит Писание: людие Мои! блажащие вы, льстят вы (Ис. 3, 12).

45. Другой старец, когда был обижен кем, спешил - если обидевший был близко - сам воздать ему за зло добром; если же жил далеко, то посылал ему чрез других подарки.

46. Два старца жили в одной келлии, и никогда не возникало между ними ни малейшего неудовольствия. Видя это, один сказал другому: поссоримся и мы, хотя однажды, как ссорятся люди. Другой отвечал: я вовсе не знаю, каким образом может породиться ссора. Первый сказал: вот, я поставлю посреди нас глиняную посуду и скажу: она моя, а ты скажи: она - не твоя, а моя. Из этого родится спор, а из спора - ссора. Сговорившись так, они поставили посуду посреди себя, при чем один сказал: она - моя. Другой отвечал: а я полагаю, что она - моя. Первый опять сказал: не твоя она, но моя. Тогда второй отвечал: а если она - твоя, то возьми ее. Таким образом они не могли достичь до того, чтоб поссориться1506.

Вот плод жительства по евангельским заповедям и навыка к смирению. Сердце, стяжавшее этот навык, - неспособно к сварливости и ссорам: оно готово на все уступки для избежания спора и ссоры.

47. Некоторый брат, живя в общежительном монастыре и часто побеждаясь гневом, сказал сам себе: пойду в пустыню: может быть там, не имея с кем ссориться, успокоюсь от страсти. Он вышел из монастыря, и стал жить один в пустыне. Однажды он наполнил водою сосуд свой и поставил его на землю. Сосуд внезапно опрокинулся. Во второй раз случилось то же. В третий раз кувшин также опрокинулся: монах, рассердясь, схватил кувшин, ударил о землю. Кувшин разбился. Возвратясь к себе, брат начал размышлять о случившемся, и понял, что враг поругался над ним. Тогда он сказал: вот! я - один; однако побежден страстию гнева. Возвращусь в монастырь: видно - везде нужны борьба с самим собою и терпение, в особенности же помощь Божия. И встав, возвратился монах в обитель свою1507.

Святые наставники монашества строго воспрещают монахам, в которых сильно действует гнев, жительство наедине, в пустыне или в затворе. От уединенного жительства гневная страсть усиливается и возрастает; в общежитии она врачуется1508, но единственно при условии: если монах решится каждый раз, когда он увлечется гневом и вспыльчивостью, просить прощения и раскаиваться, а не оправдывать себя и не обвинять других.

48. Брат спросил старца: благослови мне иметь у себя две златницы по немощи тела моего. Старец, видя произволение его, что он желает удержать их у себя, сказал: имей. Брат возвратился в келлию, - и начали тревожить его помышления, говоря: как ты думаешь? благословил ли тебе старец иметь деньги, или нет? Встав, пришел он опять к старцу, и так спросил его: ради Бога, скажи мне истину: потому что помышления смущают меня по поводу двух златниц. Старец отвечал: я видел твое произволение иметь их, почему и сказал тебе: имей их, хотя и неполезно иметь более, нежели сколько нужно для тела. Две златницы составляют надежду твою, как бы Бог не промышлял о нас. Но легко может случиться, что ты утратишь их: тогда погибнет и надежда твоя. Возложи надежду твою на Бога: потому что Он печется о человеках1509.

Священное Писание называет сребролюбие идолослужением: сребролюбие переносит любовь сердца (в вере и надежде) от Бога к деньгам, соделывает деньги Богом, - истинного Бога уничтожает для человека. У сребролюбца нет Бога. Бог сребролюбца - капитал его. Нестяжание есть один из обетов монашества; нестяжанием и девством или непорочным вдовством монах отличается от мирянина, обязанного соблюдать все заповеди Христовы наравне с монахом: отвержение нестяжания есть отвержение монашества, - есть попрание обетов, данных при пострижении в монашество. Бог обетовал воздать каждому человеку по делам его. Это с особенною ясностию исполняется над сребролюбцами. Соделавшись чуждыми Бога произвольно, ради сребролюбия, они невольно расстаются с идолом своим - капиталом, по общему, всем известному, неизвестному для сребролюбца, закону смерти, - нередко и прежде смерти. Они переходят в вечность с одним отчаянием. Замечено, что монахов-капиталистов постигает наиболее внезапная смерть, или вовсе лишая их покаяния, или похищая в таком душевном расстройстве, что покаяние их ограничивается одним мертвым, поверхностным соблюдением формальности. Душа, заблаговременно умершая для истинного Бога, признавшая богом идола, неспособна выразить своей жизни в Боге покаянием. Оставленный умершим поклонником своим идол соделывается предметом соблазна и многообразного повода ко греху для предъявляющих право на обладание идолом: оставивший землю идолопоклонник, не взявший с собою ничего в вечность, продолжает жить на земле злодеяниями, источающимися обильно из оставленного им капитала. - Монахи-капиталисты! послушайтесь Господа Бога, вашего, призывающего вас к спасению из пропасти, в которой вы погрязли! послушайтесь, доколе имеете время для послушания! послушайтесь для того, чтоб соделать капиталы ваши неотъемлемою собственностию вашею: дадите милостыню сотворите себе влагалища неветшающа, сокровище неоскудеемо на небесех: идеже бо сокровище ваше будет, ту и сердце ваше будет (Лк. 12, 33-34), в верный залог или вашего вечного блаженства, или вашего вечного бедствия.

49. Некоторый монах в Нитрии, более бережливый нежели скупой, забыв, что за тридцать серебреников продан был Господь наш Иисус Христос, накопил сто златниц, занимаясь тканием полотна. Монах умер, - златницы остались. Монахи собрались для совещания, что делать с деньгами; там жило около пяти тысяч монахов, каждый в отдельной келлии. Одни присуждали раздать деньги нищим, другие - отдать в церковь, некоторые - передать родственникам. Но Макарий, Памво, Исидор и другие святые старцы, по действию обитавшего в них Святого Духа, определили: похоронить деньги вместе с господином их, и при этом сказать почившему: сребро твое да будет с тобою в погибель (Деян. 8, 20). Это событие навело такой ужас и страх на всех монахов Египта, что с того времени они признавали за тяжкий проступок иметь в запасе даже одну златницу. Действие могло показаться жестоким, но деятели были лишь орудиями Святого Духа1510.

Тяжким, по-видимому слишком жестоким было поражение внезапною смертию Анании и Сапфиры за сребролюбие (Деян. 5). Но деятелем был Святой Дух, - и пред Его действием должно умолкнуть всякое человеческое суждение, неспособное быть судьею никакого дела Божия. Действия неограниченного, всесовершенного Бога естественно не подлежат и не могут подлежать суду ограниченного человека. В первенствующей Церкви, когда благодать Духа действовала с особенным обилием и очевидностию, наказания виновных пред Святым Духом были быстрее и очевиднее. Так, по повествованию преподобного Кассиана, святой старец египетского Скита Моисей за одно противоречие Духоносному Макарию Великому подвергся тотчас беснованию1511. Наказания и казни существуют и ныне. Ныне долготерпение Божие, Его милость к нам немощным и страстным, предоставляет нам более времени на рассматривание нашего поведения под водительством слова Божия на покаяние; но пребыванию в ожесточении и нераскаянности непременно последуют наказание и казни.

50. Некоторый монах имел брата мирянина бедняка, и все, что вырабатывал, отдавал брату бедняку; но этот беднел тем более, чем более подавал ему монах. Видя это, монах пошел к некоторому старцу и рассказал ему о случающемся. Старец отвечал: если хочешь послушать меня, - более ничего не давай ему, но скажи ему: брат! когда у меня было, я давал тебе: теперь ты трудись, и что выработаешь, отдавай мне. Все, что он ни принесет тебе, принимай от него и передавай какому-либо страннику или нуждающемуся старцу, прося, чтоб они помолились о нем. Монах поступил по этому наставлению: когда пришел к нему брат-мирянин, - он сделал так, как заповедано было ему старцем, и мирянин ушел от него печальный. Но вот, по прошествии некоторого времени приходит и приносит из сада несколько овощей. Монах, приняв их, отдал старцам, прося их, чтоб молились за брата его. Когда они приняли это приношение, мирянин возвратился в дом свой. Несколько спустя опять принес он овощей и три хлеба; монах, приняв их, поступил как и в первый раз, а мирянин, получив благословение, ушел. В третий раз он принес уже много съестного припасу, и вина и рыбы. Монах, увидев это, удивился, и созвав нищих, угостил их трапезою. При этом сказал он мирянину: не имеешь ли нужды в нескольких хлебах? Тот отвечал: нет, владыко! Прежде, когда я брал у тебя что-либо, - оно входило как огонь в дом мой и пожирало его; ныне же, когда не принимаю от тебя ничего, имею все с избытком, и Бог благословил меня. Монах пошел к старцу и пересказал ему все случившееся. Старец сказал ему: разве ты не знаешь, что имущество монаха - огонь? куда оно входит, там пожигает все. Брату твоему полезно от труда своего творить милостыню, чтоб за него молились святые мужи. Таким образом он наследует благословение и умножится имущество его1512.

51. Пришел однажды в Скит неизвестный важный человек. Он принес с собою много золота и просил настоятеля пустыни раздать золото, братиям. Пресвитер отвечал: братия не нуждаются в этом. Но как принесший был очень важная особа и убедительно просил о исполнении его желания, то пресвитер предложил ему поставить ящик с златницами при входе в церковь, а братиям сказал, кому нужно, пусть возьмет денег из ящика. Никто из братий не прикоснулся к златницам, даже никто не взглянул на них. Старец сказал вельможе: Бог принял твое приношение: поди, раздай златницы нищим. Вельможа ушел с большою пользою для души своей1513.

52. Некто принес старцу денег, говоря: вот тебе на твои потребности: ты состарился и болен: - был он покрыт проказою. Старец отвечал: ты пришел отнять у меня Питателя моего, питающего меня уже в течении шестидесяти лет? Столько провел я времени в недуге моем и не нуждался ни в чем, потому что Бог доставлял мне все нужное и питал меня. Старец не согласился взять деньги1514.

53. Прибыли однажды некоторые Греки в египетский город Острацин с намерением подать милостыню. Они пригласили к себе экономов церкви для указания им лиц, нуждающихся наиболее. Экономы привели их к прокаженному. Греки стали давать ему милостыню, но он не хотел принять, говоря: вот! я имею немного пальмовых ветвей, из которых плету веревки, и этим питаюсь. Потом повели их к келлии вдовы, у которой были дочери. Когда они постучались в двери, подошла к дверям одна из дочерей; она была в рубище, едва покрывавшем наготу. Матери не было дома: она вышла куда-то по требованию ремесла своего; занималась она печением хлебов. Греки стали давать дочери одежду и деньги, но она не хотела принять, говоря, что мать приходила и говорила ей: будь покойна: я, по благоволению Божию, нашла работу на этот день, от которой будем иметь пропитание. Когда пришла мать, Греки просили ее, чтоб она приняла милостыню; но она не захотела принять, - сказала: мой промыслитель - Бог, а вы сегодня хотите отнять Его у меня! - Греки, видя такую веру, прославили Бога1515.

Таково было настроение христиан первых веков христианства! не только монахи, но и жившие посреди мира христиане жили для вечности, а не для времени: все попечение их было устремлено к Богоугождению; на временное и вещественное они обращали внимание самое скудное.

54. Некоторый старец подвергся тяжкому искушению от помыслов. Искушение продолжалось десять лет. Он пришел уже в отчаяние и говорил сам себе: погубил я душу мою! как решительно погибший, возвращусь в мир! Когда он совсем вышел, пришел к нему голос: десятью годами борьбы твоей ты увенчан. Возвратись в место твое: Я избавлю тебя от всякого злого помышления. Возвратившись немедленно, он пребыл в начатом монашеском подвиге. Не должно отчаиваться по причине борьбы, причиняемой нашествием помыслов. Если противимся ревностно помыслам: то борьба с ними сплетает нам тем светлейшие венцы1516.

55. Два родные брата по плоти вступили в монастырь. Один из них был великий подвижник, другой имел великое послушание. Когда авва приказывал ему: сделай это, он делал, и опять: сделай другое, и он делал. По причине такого послушания своего он был похваляем братиями монастыря. Подвижник заразился завистию к нему. Искушу я ныне, говорил он сам с собою, брата моего, имеет ли он истинное послушание. Пришедши к авве, он сказал ему: отпусти брата моего со мною: мне нужно сходить в такое-то место. Авва согласился. Путешествуя вместе, они пришли к реке, в которой было множество крокодилов. Подвижник, желая искусить брата, сказал: спустись в реку и переправься чрез нее. Он спустился, и пришли крокодилы, начали лизать тело его, а ему не сделали никакого вреда. Подвижник, увидя это, сказал брату: выдь из воды; пойдем далее. Продолжая путь, они нашли мертвое тело, лежавшее на дороге. Подвижник сказал брату: если бы мы имели с собою что-нибудь из старого платья, то покрыли бы им мертвеца. Младший брат отвечал: Помолимся: может быть Бог воскресит его. Когда они встали на молитву, - воскрес мертвец, а подвижник похвалился, говоря: подвижничество мое было причиною воскресения мертвеца. - Бог открыл все это авве монастыря, как подвижник искушал брата крокодилами и как воскрес мертвец. Когда они возвратились в монастырь, авва сказал подвижнику: зачем ты поступил так с братом своим? знай, что послушание его было причиною воскресения мертвеца1517.

56. Некоторому старцу пустыннику доставлял потребности житель селения. Однажды случилось, что поселянин замедлил несколько дней, и у старца оказался недостаток в необходимом: он не имел ни нужного для рукоделия, ни съестных припасов. Это опечалило его. Не имея ни работы, ни средств к пропитанию, он сказал ученику своему: сходишь ли в селение позвать поселянина, обыкновенно доставляющего нам все нужное? Ученик отвечал: сделаю, отец, как повелишь. После этого разговора они долго ждали и терпели недостаток, а служитель не приходил. Почему старец опять сказал ученику: сходишь ли в селение, и приведешь ли поселянина? Ученик отвечал: сделаю то, что велишь. Так отвечал брат, потому что боялся идти в селение по причине соблазна; вместе с тем он обещался идти, чтоб оказать послушание отцу. Знал это и старец, но, стесняемый нуждою, сказал ученику: уповаю на Бога отцов наших, что Он покроет тебя от всякого искушения. По совершении молитвы, он отпустил его. Брат пришел в селение, отыскал дом, в котором жил служивший им поселянин, постучался в двери. Случилось, что тогда никого не было в доме, кроме дочери поселянина. Она отворила дверь, и брат начал расспрашивать ее об отце, почему он запоздал столько дней приходом. Она пригласила монаха войти в дом, вместе с тем схватила его за руку и влекла насильно. Он противился; но она пересилила его и ввела за собою в дом. Монах, увидя, что его влекут ко греху, и что помышления его склоняются к тому же, восстенал из глубины сердца и возопил к Богу: Господи! ради молитв отца моего, пославшего меня, спаси меня в этот час! Лишь сказал он это, - оказался внезапно стоящим у реки близ монастыря своего, и возвратился к отцу своему неоскверненным1518.

57. Некоторый из святых старцев послал ученика своего почерпнуть воды. Колодезь был в очень дальнем расстоянии от келлии старца. Ученик, пошедши за водою, забыл взять с собою веревку, на которой спускался кувшин в колодезь. Заметил он это, когда уже пришел к колодцу, и очень опечалился, потому что далеко было до их келлии. Не знал он, что ему делать, куда идти, а возвратиться в келлию без воды не хотелось. Тогда, в великом огорчении, он встал на молитву и со слезами сказал: Господи! умилосердись надо мною по великой милости Твоей. Ты сотворил небо и землю, море и все, что в них, Ты един сотворил все чудное: умилосердись надо мною ради служителя Твоего, который послал меня. Окончив молитву, он воскликнул: колодезь! колодезь! раб Христов, отец мой, послал меня почерпнуть воды. Немедленно вода поднялась вверх до устья колодца: брат наполнил кувшин свой водою и возвратился в келлию, славословя всемогущего Бога, а вода в колодце опять спустилась на свой обычный уровень1519.

58. Некоторый юноша имел намерение отречься от мира. Часто он решался на это; но помышления отвлекали его, опутывая разными житейскими заботами: он был богат. Однажды он вышел с решимостию отречься от мира. Демоны окружили его и подняли густую пыль пред лицом его. Видя это, он разделся, кинул свою одежду в сторону, и, обнаженный, побежал в монастырь. Бог открыл об этом некоторому старцу, сказав: встань, и прими воина моего. Старец встал, встретил обнаженного. Узнав причину обнажения, он удивился и дал юноше монашеское одеяние. - Когда к этому старцу приходили братия вопрошать о разных условиях монашеской жизни, - старец давал им ответы; когда же они вопрошали о отречении от мира, тогда говорил им: об этом спрашивайте брата, потому что я не достиг степени самоотвержения его1520.

59. Один из старцев Скита послал ученика своего в Египет привести верблюда, чтоб отвезти в Египет сделанные им корзины. Когда ученик вел верблюда, другой старец, встретившись с ним, сказал: если бы я знал, брат, что ты идешь в Египет: то я попросил бы тебя привести и для меня другого верблюда. Брат передал это своему старцу. Этот, движимый великою любовию, сказал ученику: поди, сын мой, отведи верблюда к нему и скажи: мы еще не готовы: исполни нужду твою. Ты же поди с этим верблюдом в Египет и снова приведи к нам его, чтоб отвезти и наши сосуды. Брат поступил так, как было приказано ему, - пошел к другому старцу и сказал ему: отец мой говорит: так как мы еще не готовы, - возьми верблюда, и исполни твою нужду. Старец навьючил верблюда и пошел в Египет. Там, когда он снял с верблюда поклажу, брат взял верблюда, чтоб опять отвести его в Скит. Отправляясь в путь, он сказал старцу: молись о мне. Старец спросил его, куда идет он? Иду в Скит, отвечал брат, чтоб привезти сюда и наши корзины. Старец, услышав это, пришел в умиление, пожалел о случившемся и сказал со слезами: простите меня, сладчайшие! любовь ваша похитила плод у меня1521.

60. Другой старец, когда сделал свои корзины и уже перевязал их веревками для отправки, услышал, что сосед его говорил: что мне делать? торговый день приблизился, а мне нечем связать корзин моих. Старец немедленно развязал собственные корзины, а веревки принес к соседу, говоря: вот! эти - излишние у меня. Возьми и перевяжи ими корзины твои. По великой любви он сделал так, чтоб дело брата было окончено; его собственное дело осталось неконченым1522.

61. Близ некоторого общежительного монастыря жил отшельник, совершавший многие добродетели. К нему пришли однажды некоторые монахи из общежития, почему он принужден был разделить с ними трапезу поранее, не в обычный час свой. По окончании трапезы братия сказали ему: ты несколько скорбишь, авва, что сегодня вкусил пищи не в обычный час твой? Он отвечал им: я прихожу в смущение тогда, когда поступаю по своей воле1523.

62. Были два брата: один из них был старец, другой - молодой. Старец предложил молодому жить вместе, и просил его об этом. Молодой отвечал: я - грешен: мы не можем жить вместе. Старец сказал: можем. И снова просил его о том же. Старец был самой чистой жизни и не хотел слышать, чтоб монах имел когда-либо помышление лукавое. Молодой сказал ему: дай подумать в течении этой недели, и потом опять поговорим. Когда, по прошествии недели, старец пришел к нему, - он, желая испытать старца, сказал: авва! на этой неделе я впал в великое искушение. Старец спросил: и хочешь покаяться? Когда молодой выразил желание покаяния, старец сказал: половину этого греха я принимаю на себя. Тогда молодой сказал: теперь можем оба жить вместе. И они пребыли вместе до переселения своего в вечность1524.

63. Некоторый брат сказал старцу: авва! вот я часто вопрошаю святых Отцов, чтоб они сказали мне наставление для спасения души моей, и что ни скажут они мне, ничего не помню. У старца были два пустые кувшина; старец сказал брату: поди, возьми один из этих сосудов, налей в него воды, вымой, воду вылей, и сосуд, к верху дном, поставь на свое место. Сделал это брат однажды, и, по повелению старца, в другой и третий раз. Тогда старец сказал ему: принеси оба сосуда сюда. Когда брат принес, старец спросил его: который из двух сосудов чище? Брат отвечал: тот, в который я наливал воду и который мыл. На это старец сказал: так и та душа, сын мой, которая часто слышит слово Божие, хотя не удерживает в памяти ничего из слышанного, однако более очищается, нежели та, которая никогда не вопрошает и не слышит слова Божия1525.

64. Брат спросил старца: если брат должен мне немного денег: то дозволишь ли мне попросить у него возвращения их? Старец: скажи ему однажды со смирением. Брат: если я скажу ему однажды, и он ничего не даст мне, тогда что мне делать? Старец: более одного разу не проси. Брат: и что же мне делать, когда я не могу победить помышлений моих, понуждающих беспокоить брата о возвращении денег? Старец: предоставь помышлениям твоим стужать тебе, но ты никак не опечаль брата твоего, потому что ты - монах1526.

65. Некоторый брат спросил старца: как ты думаешь, авва? святые мужи познают ли пришествие Божественной благодати, когда она осенит их? - Старец отвечал: не всегда. Ученик некоторого Великого старца погрешил в чем-то: прогневанный старец сказал ему громким голосом: поди, умри. Тут же упал ученик и умер. На старца напал ужас: он с великим смирением начал умолять Бога: Господи Иисусе Христе! воскреси его: уже впредь я не произнесу безрассудно такого слова. Когда он помолился, тотчас воскрес ученик его1527.

66. Некоторый брат желал удалиться в пустыню; но родная мать его противилась этому. Он говорил матери: мать! отпусти меня, потому что я хочу спасти душу мою. Мать, не имея возможности удержать его, отпустила. Он, пришедши в пустыню, сгубил в нерадении всю жизнь свою. Между тем мать его умерла. По прошествии некоторого времени и сам он сделался болен, пришел в самозабвение и, восхищенный на суд, нашел тут мать свою в числе судимых. Она, увидев его, удивилась и сказала: что это значит, сын? и ты пришел на это место осужденных! Где же слова твои, которые ты повторял мне всегда: хочу спасти душу мою. Устыдился он, услышав это, - стоял, не имея что отвечать. И вот! раздался голос, повелевающий возвратить его, а взять другого брата из общежительного монастыря. Возвратившись в себя, он поведал присутствовавшим все, что видел и что слышал. В подтверждение слов своих он просил, чтоб кто-нибудь сходил в общежительный монастырь и посмотрел, скончался ли тот брат, о призыве которого он слышал. Посланный нашел, что так. Видевший видение, выздоровев, заключил себя в затвор, в котором пребывал неисходно, помышляя о спасении своем, принося покаяние и оплакивая свое прежнее поведение в состоянии небрежения. Умиление достигло в нем величайшего развития. Многие уговаривали его несколько снизойти себе, чтоб не подвергнуться какому-либо повреждению от непрестанного плача; но он не соглашался на это, - говорил: если я не мог вынести обличения матери моей: то как вынесу обличение и муки в день суда, в присутствии Христа и Ангелов Его1528.

67. Некоторый брат, преимущественно преуспевший в смирении, проводил уединенную жизнь в Египте. У него была в городе сестра-блудница, погубившая многие души. Старцы часто уговаривали этого брата, и едва могли уговорить его, чтоб он сходил к сестре для отвращения ее увещаниями своими от разливаемой ею греховной пагубы. Когда он приближался к месту жительства ее, один из знакомых, увидев его, поспешил войти к ней прежде и известил ее о пришествии брата из пустыни. Услышав это, она, вне себя от радости, оставила любовников своих, которых в то время угощала, с открытою головою выбежала на встречу брату. Когда она увидела его и хотела заключить в свои объятия, он сказал ей: сестра моя любезнейшая! пощади душу твою, потому что многие погибают чрез тебя. Рассуди: какие муки уготованы тебе, если не прибегнешь немедленно к покаянию. Она содрогнулась, сказала ему: А ты знаешь ли наверно, что еще есть для меня какая-нибудь надежда спасения? Он отвечал: если бы ты только пожелала, то и доселе есть тебе надежда спасения. Она упала к ногам брата и просила его, чтоб он увел ее с собою в пустыню. Поди, сказал он, покрой голову твою и следуй за мной. Пойдем скорее! отвечала она: лучше мне пройти между толпою людей безобразною и с открытою головою, чем возвращаться в работный дом греха. Во время пути брат поучал ее покаянию. Увидя идущих на встречу монахов, он сказал ей: сойди с дороги, на короткое время, пока монахи пройдут: не все же знают, что ты мне сестра. Она сделала это. Монахи прошли, и он позвал сестру свою: пойдем, сказал он, будем продолжать путь наш. Она не отвечала ему. Брат осторожно подошел к ней и нашел ее умершею, и оконечности ног ее были все в крови, потому что она была без обуви. Тогда плача и рыдая, возвестил он старцам о случившемся. Они рассуждали между собою о спасении ее, и были несогласны. Но Бог открыл одному из старцев, что покаяние блудницы принято, потому что она отвергла всякое попечение о всем, принадлежащем миру сему, пренебрегла всем для исцеления язвы своей, тяжко воздыхала о грехах своих и оплакала их1529.

68. Три благочестивые, внимающие своему спасению, мужа приняли монашество. Один избрал в делание себе - примирять ссорящихся; другой - посещать больных; третий ушел на безмолвие в пустыню. Первый, заботясь прекращать распри между человеками, не мог примирить всех тех, которых примирял. Побежденный унынием, он пришел к тому, который в свою добродетель избрал служение больным, но и того нашел также малодушествующим, признавшим, что исполнение принятой им добродетели превышает его силы. Сговорившись между собою, они пошли повидаться с третьим товарищем своим, удалившимся в пустыню. Пришедши, они поведали ему о смущении своем и просили сказать, что ему доставлено пустынножительством. Помолчав немного, он налил воды в лохань и сказал им: поглядитесь в воду. Она была возмущена. По прошествии некоторого времени, он опять сказал им: теперь поглядитесь в воду, потому что она устоялась. Взглянув в воду, они увидели в ней лица свои, как в зеркале. Тогда он сказал им: подобное этому совершается с человеком: когда он находится посреди человеков, - не может видеть грехов своих по причине возмущающего его непрестанного развлечения; когда же он удалится в уединение, особливо в уединение пустыни, тогда усматривает свои согрешения1530.

Опасно, душепагубно возлагать на себя исполнение возвышенных добродетелей преждевременно, не достигши соответствующего им преуспеяния. Между добродетелями имеются и матери и дщери; если кто устремится к стяжанию матерей прежде стяжания дщерей, того умерщвляют эти добродетели душевною смертию, то есть производят в нем душевное расстройство. Святые Отцы повелевают скорее оставлять такие добродетели; иначе расстройство разовьется и преобразится в погибель1531. Очевидно, что произвольное посещение больных не по послушанию, не под руководством опытного наставника, особливо же примирение ссорящихся, будучи великими добродетелями, никак не соответствуют новоначальным монахам. Для совершения их предварительно нужно собственное, значительное духовное преуспеяние. Возложившие на себя, по неведению и слепой ревности, возвышенное делание, и заметившие, что оно превышает силы их, приносит им вред, должны оставить его и перейти к жительству, соответствующему способностям и душевному возрасту. Иногда подвиг очень ярок, очень живописен, но приносит не спасение, а погибель; иногда подвиг столько лишен живописи, что даже кидает темную тень на подвижника; а польза от него и существенна и обильна.

69. Однажды старец пришел к старцу. Хозяин сказал ученику своему: приготовь нам немного чечевицы и намочи сухарей. Ученик сделал это. Между тем старцы занялись духовною беседою и пребыли в ней до шестого часа (двенадцатого по полуночи) следующего дня. Старец-хозяин опять сказал ученику: сын! приготовь нам немного чечевицы. Ученик отвечал: она приготовлена еще вчера. Старцы встали, вкусили пищи1532.

Из этой повести видны: крепость телосложения древних иноков, и то духовное состояние, которого они достигали. Способно к подобным действиям гордостное разгорячение и несчастное самообольщение. Они-то ныне и встречаются почти исключительно в облачении необыкновенного подвига для усиления собственной прелести и для обольщения ближних. Мир любит это. Тем более нужна осторожность для читателей повести, которая предложена к духовному созерцанию и назиданию смирением, - не к безрассудному, греховному, гордостному подражанию, не к повреждению себя.

70. Брат принес свежих хлебов в келлию свою и пригласил старцев к обеду. Употребив по укруху хлеба, они остановились. Брат, зная их усиленное воздержание, начал упрашивать их со смирением, говоря: ради Бога употребите сегодня пищи до сытости. И употребили они еще по укруху хлеба. Вот! истинные монахи, постящиеся в простоте сердца, приглашенные именем Божиим, употребили пищи более, нежели сколько желали употребить1533.

Египетские монахи употребляли сушеный хлеб, который заготовлялся на целый год1534; этим объясняется угощение свежим хлебом.

71. Некоторый старец долго жил в пустыне. Случилось, что пришел к нему брат, который нашел его больным. Брат умыл лицо старца, приготовил ему покушать из припасов, которые принес с собою. Старец, увидевши это, сказал: поверь, брат! я забыл о том, что люди имеют попечение о пище. Брат поднес ему и чашу вина. Старец, увидев это, заплакал и сказал: я думал, что умру, не пивши вина1535.

72. Брат шел дорогою, имея при себе и мать свою, уже старицу. Они пришли к реке; старица не могла перейти чрез реку. Сын поднял мантию и обвил ею руку свою, чтоб как-нибудь не прикоснуться к телу матери, и таким образом перенес ее чрез реку. Мать, приметив это, сказала ему: для чего ты обернул руку? Он отвечал: тело женщины - огонь. От прикосновения к нему может придти в душу мою воспоминание о других женщинах1536.

73. Некоторого брата беспокоила страсть любодеяния: днем и ночью он ощущал в сердце своем как бы жало огненное. Но брат боролся, не уступая помыслам и не соглашаясь с ними. По прошествии многого времени отступила от него страсть, не преодолев его по причине трезвения его. И немедленно воссиял свет в сердце его1537.

74. В одном из египетских общежитий был юноша Грек, который не мог погасить пламени плотского вожделения никаким воздержанием, никаким усиленнейшим подвигом. Когда было сказано об этом искушении отцу монастыря, - он употребил для спасения юноши следующий способ. Старец приказал одному из братий, мужу важному и суровому, чтоб он затеял с юношею ссору, осыпал его ругательствами и, по нанесении оскорблений, пришел жаловаться на него. Это было исполнено; были призваны свидетели, которые дали свидетельство в пользу мужа. Юноша, видя, что он оболган, начал плакать. Ежедневно он воздыхал, ежедневно проливал слезы; будучи преисполнен огорчения, он пребывал один; лишенный всякой помощи, он лежал у ног Иисуса. В таком положении он провел целый год. По прошествии года старец спросил юношу о помышлениях, которые прежде беспокоили его, не стужают ли они ему доселе? Юноша отвечал: отец! мне житья нет! до блуда ли мне? Таким образом искусством духовного отца юноша преодолел страсть любодеяния и спасся1538.

75. Брат был борим любодеянием. Встав ночью, он пошел к старцу, исповедовал ему помышления свои. Старец утешил его. Успокоясь этим утешением, брат возвратился в келлию свою. И вот! опять дух любодеяния начал искушать его. Он снова пришел к старцу. Это повторялось часто. Старец не огорчил его, но говорил полезное душе его; говорил: не уступай диаволу, и не расслабляйся душою. Напротив того, каждый раз, как нападет на тебя демон, приходи ко мне: обличаемый, он отступит. Ничто столько не огорчает и не ослабляет демона любодеяния, как исповедание приносимых им искусительных помышлений и мечтаний; напротив того ничто так не увеселяет его, как когда эти помышления скрываются и утаиваются. Ободренный старцем, брат приходил к нему одиннадцать раз, обличая помышления свои. Наконец брат сказал старцу: окажи любовь, авва: еще скажи мне слово назидания. Старец сказал: поверь мне, сын мой: если бы Бог попустил помышлениям, которые стужают мне, перейти к тебе, то ты не понес бы их, но непременно ниспровергся. Когда старец сказал это, - искушение блудною страстию отступило от брата ради смирения старца1539.

76. Сказывали о некотором старце, что он вступил в Скит, имея с собою сына-младенца, только что отнятого от груди. Воспитанный в монастыре сын не знал, что существуют женщины. Когда он возмужал, демоны показывали ему ночью образ женщин. Он сказал это отцу, который удивился. Однажды он пошел с отцом в Египет и, увидя женщин, сказал отцу: авва! вот те, которые приходили ко мне ночью в Скиту. Отец отвечал: это - мирские монахи: у них свой наружный вид, а у отшельников - свой. И дивился старец, каким образом в Скиту демоны могли показать образы женщин. Они поспешно возвратились в келлию свою.

77. Некто пришел в Скит, чтоб быть монахом. При нем также был сын-младенец, лишь отнятый от груди. Когда сын достиг юношеского возраста, демоны начали нападать на него и беспокоить его. Он сказал отцу: пойду в мир, потому что не могу выдерживать плотского вожделения. Отец утешал его. По прошествии некоторого времени опять говорит юноша отцу: я не в силах выдерживать вожделения: отпусти меня; пойду в мир. Отец отвечал: еще однажды послушай меня. Возьми с собою сорок хлебов и пальмовых ветвей на сорок дней, и пойди во внутреннюю пустыню: там пробудь сорок дней, и воля Божия да будет. Послушавшись отца, юноша встал и ушел в пустыню; он остался там и проводил время в подвиге и работе, плетя веревки из сухих пальмовых ветвей и питаясь сухим хлебом. Когда он пробыл там двадцать дней, - увидел внезапно, что некоторое привидение диавольское приближается к нему: оно остановилось близ его в подобии женщины Ефиопляныни, неприятнейшей наружности и смердящей; не будучи в состоянии переносить смрада ее, он отталкивал ее от себя. Она сказала ему: я - та, которая представляюсь сладкою в сердцах человеческих; но по причине послушания твоего и подвига твоего Бог не дозволил мне обольстить тебя, явил тебе зловоние мое. Он встал, воссылая благодарение Богу, возвратился к отцу и сказал ему: уже не хочу идти в мир, я узнал действие диавола и зловоние его. Открыто было и отцу о всем этом; он отвечал сыну: если бы ты пробыл все сорок дней во внутренней пустыне и вполне сохранил заповеданное мною: то увидел бы еще больше1540.

78. Однажды брат пришел к некоторому старцу и говорит ему: брат мой уходит туда и сюда: я огорчаюсь этим. И просил его старец, говоря: потерпи великодушно, брат: Бог, видя труд терпения твоего, воззовет брата твоего к тебе. Невозможно суровостию и жестокостию воздержать кого-либо от увлечения, потому что демон не изгоняет демона; скорее воззовешь ты его благостию. И Бог наш привлекает к Себе людей благостию. При этом он рассказал ему следующее: в Фиваиде были два брата. Один из них подвергся брани любодеяния и сказал другому: возвращаюсь в мир. Другой заплакал и сказал ему: не допущу тебя возвратиться в мир, потерять труд и девство твое. Но первый не соглашался, говоря: не останусь здесь, - иду. Или иди со мною, и я возвращусь, или решительно оставь меня, и я останусь навсегда в миру. Второй брат посоветовался об этом с некоторым великим старцем, который сказал ему: поди с ним, и ради труда твоего Бог не попустит ему низвергнуться в падение. Второй брат пошел в мир с первым. Когда они пришли в некоторое селение, Бог за труд второго брата, который пошел с первым по любви и невольно, отъял вожделение от первого брата; он сказал второму: возвратимся в пустыню. Вот! я представляю себе, что я уже согрешил с женщиною: какую же я получил из этого пользу? Они возвратились в келлию, не подвергшись душевному бедствию1541.

79. Брат спросил старца: что делать мне? убивают меня нечистые помышления. Старец отвечал: женщина, когда хочет отнять от груди сына, помазывает сосцы чем-нибудь горьким. Младенец привлекается по обычаю к сосцам, но, почувствовав горечь, отвращается от них. И ты примешай горечь в помышления твои. Брат спросил: что такое горечь, которую я должен примешивать? Старец отвечал: воспоминание о смерти и о тех муках, которые приготовлены для грешников в будущем веке1542.

80. Два монаха, по причине воздействовавшего в них вожделения, оставили пустыню и женились. По прошествии некоторого времени они сказали друг другу: какую выгоду получили мы из того, что отвергли ангельский образ и поверглись в эту нечистоту, после которой должны наследовать огнь вечный и вечную муку? Возвратимся в пустыню и принесем покаяние в согрешении нашем. Пришедши в пустыню, они просили отцов, чтоб приняли исповедание их в проступке и покаяние. Отцы заключили их в затвор на годичное время и подавали каждому хлеб и воду мерою. По наружному виду оба монаха были подобны друг другу. Когда окончился срок покаяния, они вышли из затвора. Один был бледен и очень печален; другой - светел и весел. Отцы, увидев это, удивились, потому что оба брата получали пищу и питие равные. Они спросили того, который был изможден и печален: какими помышлениями ты занимался в затворе твоем? Он отвечал: я представлял себе адские муки, которым я должен подвергнуться за сделанное мною зло, и от ужаса 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.