.RU
Карта сайта

Архитектоника слова малой прозы русского символизма (взаимодействие автора, героя и читателя)



На правах рукописи



СМИРНОВ АЛЕКСЕЙ ИГОРЕВИЧ



АРХИТЕКТОНИКА СЛОВА МАЛОЙ ПРОЗЫ



РУССКОГО СИМВОЛИЗМА



(взаимодействие автора, героя и читателя)



Специальность 10.01.08 – Теория литературы. Текстология



Автореферат



диссертации на соискание ученой степени



кандидата филологических наук



Москва – 2010



Работа выполнена на кафедре теоретической и исторической поэтики ГОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет»

Научный руководитель:



Доктор филологических наук, профессор Тюпа Валерий Игоревич

Официальные оппоненты:



Доктор филологических наук, проф. Миловидов Виктор Александрович

Кандидат филологических наук Полякова Александра Алексеевна

Ведущая организация:



Институт русской литературы (Пушкинский Дом) Российской Академии наук

Защита состоится «9» декабря 2010 года, в _______ часов, на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.198.04 при Российском государственном гуманитарном университете по адресу: ГСП-3, 125993 Москва, Миусская пл., д. 6.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Российского государственного гуманитарного университета

Автореферат разослан «8» ноября 2010 года

Ученый секретарь совета,

кандидат филологических наук, доцент В.Я. Малкина

Общая характеристика работы



Диссертация посвящена проблеме специфической ценностно-смысловой организации/ архитектоники литературных произведений как высказываний, свойственной малой прозе русского символизма. Базовым положением для работы является то, что слово художественное как сфера виртуальной коммуникации автора, героя и читателя отражает данное взаимодействие в своей архитектонике. Диалог означенных субъектов, их «трио», по выражению М.М. Бахтина, будучи институциональным аспектом художественного письма обретает вариативные моменты, обусловленные особенностями того или иного дискурса. Последние, главным образом, предзаданы «дискурсной формацией» (В.И. Тюпа), получающей нюансы в адекватных ей парадигмах художественности, которые, в свою очередь, актуализируют определённую «систему жанров» и их «структуру» (в соответствии с пониманием данных терминов Н.Д. Тамарченко). Малая проза русского символизма оказывается одним из таких демаркационных моментов, определяющих специфику художественного слова.

В современном литературоведении (Н.Т. Рымарь, И.В. Саморукова, В.И. Тюпа и др.) слово художественное вслед за М.М. Бахтиным рассматривается как сфера взаимодействия автора, героя и читателя. При всех различиях и терминологической неодинаковости структура этого взаимодействия представляется следующим образом. Свойственные общеязыковому слову значение (план содержания) и форма (план выражения) особым образом преображаются в связи с ценностно-смысловой организацией слова художественного. Значение определяется денотативным полем досубъектного, но потенциально интерсубъективного бытия слова. Ценностно-смысловая организация сопрягает в себе ценностную составляющую, репрезентирующую особенности кругозоров автора, героя и читателя, то есть субъективные переживания значимостей, а также смысловую – обеспечивающую возможность взаимодействия субъектов в интерсубъективном пространстве концептов. Форма слова (его композиционный момент) телеологически отражает ценностные моменты и специфику их корреспондирования в едином смысловом поле. Данное представление о слове художественном только входит в научную практику, потому представляется ещё окончательно не рефлексированным, что и обусловливает

актуальность

работы. Тем более что, с одной стороны, в лингвистической поэтике слово художественное методологически последовательно изучается на иных основаниях (В.В. Виноградов, Г.О. Винокур, В.П. Григорьев, Н.А. Кожевникова, Б.А. Успенский и др.), а с другой – условно назовём, «дискурсиведческая» линия исследования слова художественного лишь оформляется. Поэтому в работе, помимо теоретической рецепции базовых понятий, особо акцентируется практический, аналитический компонент, формирующий методику изучения архитектоники слова. Проекция на конкретный историко-литературный и жанрово определённый материал, безусловно, нюансирует и теоретическую гипотезу и принципы анализа. Однако диссертация ориентирована также и на исследование феномена архитектоники слова художественного в целом.

Таким образом,

цель

работы состоит в том, чтобы изучить архитектонику слова малой прозы русского символизма в свете современных представлений о специфике художественного письма.

Достижению данной цели способствует решение следующих

задач

: 1) осмыслить объём терминологического сочетания «архитектоника слова»; 2) определить специфику архитектоники слова прозаического и моменты его конфигурации, позволяющие её исследовать; 3) изучить жанровые типы архитектоники слова прозаического в символистском рассказе, а также новелле и повести; 4) сопоставить жанровые типы архитектоники слова малой прозы в символизме и соотносимые с ними в предсимволистских и/ или постсимволистских парадигмах художественности.

В связи с поставленной целью и сформулированными задачами, теоретико-литературной

базой

нашего исследования оказываются, во-первых, работы М.М. Бахтина, В.Н. Волошинова, Г.-Г. Гадамера, Г.Г. Шпета, Г.П. Щедровицкого и др., посвящённые осмыслению ценностно-смысловой организации слова художественного; во-вторых, исследования М.М. Бахтина, М.М. Гиршмана, В.В. Кожинова, В.Б. Шкловского и др., освещающие специфику архитектоники слова прозаического.

Эмпирическим материалом

исследования являются рассказы, новеллы и повести, отечественных символистов (К.Д. Бальмонт, В.Я. Брюсов, З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковский, Ф. Сологуб, Г. Чулков). Для сопоставления привлекаются рассказ Ф.М. Достоевского «Мальчик у Христа на ёлке», новеллы А. Погорельского «Пагубные последствия необузданного воображения» и Н.С. Гумилёва «Чёрный генерал», а также повесть А.И. Герцена «Трагедия за стаканом грога».

В качестве

методологических оснований

исследования использованы подходы, сформировавшиеся в работах а) М.М. Бахтина, В.И. Тюпы, В. Шмида (нарративно-коммуникативный); б) Ю.М. Лотмана, В.Н. Топорова, Р. Якобсона (структурно-семиотический); в) М.М. Бахтина, Н.Д. Тамарченко, О.М. Фрейденберг (жанрово-типологический); г) М.М. Бахтина, А.Н. Веселовского, Л.Я. Гинзбург (сравнительно-исторический).

Избранная методология с опорой на систему категорий теоретической и исторической поэтики обусловливает

новизну

исследования, которая состоит в том, что слово малой прозы русского символизма (недостаточно изученного в этом отношении) оказывается

объектом

рассмотрения,

предметом

которого выступает коммуникативный аспект слова художественного.

Положения, выносимые на защиту


Структура

работы: диссертация состоит из введения, двух глав, заключения. Библиография содержит 157 наименований. Объём работы – 180 стр., из них 163 стр. основного текста.

Научно-теоретическое значение

работы: теоретическое значение исследования заключается в возможности использования его выводов при изучении ценностно-смысловой организации художественных текстов, а также при комплексном анализе произведений означенных жанров и этапов развития художественной словесности. Положения, касающиеся специфики архитектоники слова в малой прозе русского символизма, могут быть использованы в обобщающих исследованиях отечественного символизма и всей культуры Серебряного века.

Научно-практическая значимость

работы состоит в том, что результаты, полученные в ходе исследования, могут быть включены в вузовские и школьные курсы по изучению литературного процесса, а также по анализу художественных произведений.

Апробация работы: положения диссертационного сочинения были представлены на ежегодных конференциях студентов и молодых учёных КемГУ (2005, 2006), на IV Международной научной конференции «Русская литература в современном культурном пространстве» (Томск, 2006), на окружной научно-практической конференции «Русская литература – достояние национальной культуры» (Москва, 2008), на Х научно-практической конференции "Синтез в русской и мировой художественной культуре" (Москва, 2008), на V научно-практической конференции педагогов России и зарубежья «Гимназии и общество» (Санкт-Петербург, 2009). Кроме того, результаты данной работы были использованы на уроках по литературе с учащимися седьмых и одиннадцатых классов в ГОУ СОШ № 832 (Москва, 2009 – 2010 уч. год).


Основное содержание работы



Введение

включает два параграфа. В

параграфе первом

«Слово художественное и его ценностно-смысловая организация» сформулированы актуальность, цель, задачи исследования, обозначены теоретико-литературная база и эмпирический материал работы, указаны объект, предмет и новизна диссертации, определены методологические основания, а также очерчен круг важнейших теоретических понятий, позволяющих исследовать архитектонику слова.

В

параграфе втором

«Архитектоника слова и эстетико-философская концепция слова в русском символизме» представлена рефлексия эстетических манифестов символистов и исследований их творчества, дающих представление о специфике феномена слова в русском символизме. Опора на христианские (канонические и неканонические) видения слова (Λόγος) и одновременно апелляция к ритуально-мифологической, эзотерической традиции слова (Μύθος) необходимы русскому символизму, чтобы подчеркнуть изоморфность и имманентность слова Истине, бытию и каждому его явлению. А затем посредством слова, посредством его коммуникативных возможностей, теургически преобразить мироздание, сделать его совершенным: каждый субъект должен постигнуть Истину сам и «помочь» оказаться в пространстве этого Откровения другому. С данной целью в слове символисты активизируют все суггестивные и персуазивные, «кодовые» (Ю.М. Лотман) по сути своей моменты, часто «забывая» о собственно эстетических, почему многие произведения символистов имеют достаточно скромную оценку читательской и исследовательской аудитории. В этой связи исследовательское обращение к малой прозе символизма, маргинально-периферийной по отношению к поэзии или роману и «проигрывающей» им по оценкам их художественной значимости, обусловлено стремлением изучить те принципы, на которых объективно основывается их слово, чтобы также быть «услышанным». В финале параграфа высказывается подробно аргументируемое в работе положение о том, что жанровые типы архитектоники слова в рассказе, новелле и повести символизма отличаются от инвариантных и что обусловлены данные трансформации эстетико-философской концепцией слова в символизме.

Первая глава

«Архитектоника слова» нацелена на теоретическое описание данного понятия, включение его и его компонентов в спектр смежных категорий, позволяющих составить относительно полное представление о нём. Глава состоит из трёх параграфов.

В

первом параграфе

«Архитектоника эстетического объекта и архитектоника слова» рассматриваются интегрирующие и дифференцирующие компоненты двух близких понятий, непосредственно или опосредованно восходящих к работам М.М. Бахтина. Под архитектоникой эстетического объекта понимается наличествующая ценностно-смысловая структура изображённой (воображённой) действительности произведения, тогда как архитектоника слова номинирует ценностно-смысловую структуру сферы, в которой непосредственно («здесь и сейчас») взаимодействуют субъект изображённого мира (герой) и субъекты мира изображающе-воспринимающего (автор и читатель). Понимание архитектоники слова – ключ к пониманию архитектоники эстетического объекта.

Последнее возможно потому, что слово художественное, как пишут М.М. Бахтин, В.Н. Волошинов или Г.Г. Шпет, есть «сообщение», «высказывание» автора, героя и читателя, в котором содержатся их «реплики» и подразумеваются ответные. «Живое» взаимодействие субъектов, обеспечение их коммуникации ценностно-смысловой организацией произведения как высказывания даёт возможность постигать с помощью слова, как призмы, архитектонику эстетического объекта.

В данном параграфе, помимо означенной дифференциации понятий, представлен семантический объём термина «слово»: слово-высказывание предполагает оперирование им в обилии синтагматических текстуальных отношений, акцентирующих его архитектонику. Однако рассмотрение отдельного слова также возможно в качестве пропозиции взаимодействия субъектов, синекдохи всего слова-произведения.

Во

параграфе втором

«Архитектоника слова и семантическая организация слова» актуализируются дескриптивно важные категории значения, смысла и значимостей, названные «координатами» семантической организации слова.

Значение – денотативный его момент, досубъектный и даже внесубъектный, но локутивно обеспечивающий саму возможность диалога. Смысл – концепированный момент слова, интерсубъективно выводящий субъектов на совместное постижение истины как иллокутивной цели диалога. Значимости – коннотативный момент слова, позволяюший автору, герою и читателю в диалоге проявить свою субъективность (индивидуальную или корпоративную) посредством перлокутивного нюансирования откровения. В процессе художественной коммуникации субъекты, таким образом, знают значение слова, понимают его смысл и переживают значимости: из этого и складывается архитектоника слова художественного.

Далее прослеживается, как в истории эстетической и литературоведческой мысли складывалось представление о «семантической организации слова» и его архитектонике. Рассматриваются «Поэтика» Аристотеля, «Дхваньялока» Анандавардханы, экспозиция «Евангелия от Иоанна», «Эссе на эстетические темы в форме предисловия» Х. Огтеги-и-Гассета, «О круге понимания» и «Семантика и герменевтика» Г.-Г. Гадамера, «Эстетические фрагменты» Г.Г. Шпета, «Знак. Значение. Смысл» Г.П. Щедровицкого, «Анализ художественного текста» Ю.М. Лотмана, в которых обнаруживается приближение к осмысляемой проблеме. При этом последовательная концепция ценностно-смысловой организации слова в связи с «координатами» его «семантической организации» наиболее полно представлена у М.М. Бахтина и В.Н. Волошинова.

Одним из определяющих положений в работе является то, что «координата» значимостей более чем другие соотнесена с композиционным обликом слова, так как в ней, по мысли М.М. Бахтина, смысл стремится найти «единую и единственную» форму. Потому анализ композиционных моментов слова даёт представление о значимостях, а их соотнесение позволяет составить представление о конфигурации смысла. Так архитектоника слова верифицируется и научно осмысляется. Содержащийся в данной мысли парадокс о том, что в одном слове могут присутствовать разные значимости, разрешается М.М. Бахтиным указанием на то, что «встреча» голосов часто происходит не на границах слов, а внутри них, или даже ответная «реплика» собеседника лишь подразумевается. В этом и заключается специфика слова художественного как незавершающегося диалога.

В

подпараграфе первом

«”Иерархическое” и “паритетное” во взаимодействии субъектов художественной коммуникации» поясняется, что означенный перманентный диалог как конститутивный момент бытия слова художественного предопределяет паритетность автора, героя и читателя в их взаимодействии. Так или иначе каждый из них имеет собственную точку зрения и интенционально соотносит её с мировидением других. Однако в аспекте конкретного дискурса можно говорить, пользуясь словом М.М. Бахтина, об «иерархии» позиций субъектов как при этом одном из возможных типов ценностно-смыслового взаимодействия.

Онтологическая паритетность, лежащая в основе художественной коммуникации, во много подтверждается в

подпараграфе втором

«”Интерсубъективное” и “субъективное” во взаимодействии автора, героя и читателя», в котором рассматривается проблема последовательности и одновременности понимания смысла и переживания значимостей. По мысли М.М. Бахтина, только симультанное и взаимодополнительное «включение» данных процессов возможно в художественной коммуникации: лишь в интерсубъективном диалоге паритетных субъективных голосов существует слово художественное.

О том, почему только слово художественное обладает такой архитектоникой, речь идёт в

подпараграфе третьем

«Общность и разница архитектоники слова художественного и архитектоники слова нехудожественного». Последнему свойственно не сохранение перманентного диалога субъектов, а его (если он был и возможен) редукция вплоть до формирования нового внесубъектного значения. Виртуальный статус субъектов коммуникации, свойственный слову художественному делает невозможным прекращение взаимодействия, тогда как в слове нехудожественном незавершающийся диалог невозможен именно из-за фактической реальности его участников.

Таким образом, в данном параграфе «координаты» «семантической организации слова»: значение, смысл и значимости – теоретически осмыслены и соотнесены с ключевым для диссертации понятием архитектоники слова. Помимо этого, намечен общий принцип анализа слова для изучения его ценностно-смысловой организации: композиция → значимости → смысл ↔ значение.

Архитектоника инвариантного слова художественного далее дифференцируется на две магистральные разновидности, композиционно противоположные, а следовательно, и архитектонически соположные: слово поэтическое и слово прозаическое. В

параграфе третьем

«Архитектоника слова прозаического» осмысляются положения из работ М.М. Бахтина, В.Б. Шкловского, В.В. Кожинова, М.М. Гиршмана, посвящённые специфике ценностно-смысловой организации означенного вида слова художественного. Исследователи ведут речь о том, что слово прозаическое предрасположено к одновременному звучанию не одного голоса (в отличие от слова поэтического), а в результате – к напряжённой диалогичности. Значение данного слова изначально собирается в конкретизирующий фокус: всё, что оно оставляет в типическом «лоне», компенсируют соседние слова или подтекст. Смысл, напротив, в практически прогрессирующем обилии контекстов обретает сложную конфигурацию, часто предопределяющую неполное понимание, а потому – продолжение диалога (термин рецептивной эстетики «перечтение», возможно, наиболее адекватен именно для слова прозаического). Значимости существуют в принципиально неконечном спектре, ведь диалог продолжается, а в нём, по мысли М.М. Бахтина, «сочувствие, согласие или несогласие, стимул к действию». В результате, архитектоника слова прозаического определяется как интерактивная, требующая напряжённого активного участия субъектов в диалоге, избыток которого лишь укрупняет ценностно-смысловую организацию слова.

В завершение первой главы приводятся следующие итоги: а) определение архитектоники слова, её адекватность терминологическому обозначению ценностно-смысловая организация, подчёркивающему магистральность категорий оценки и смысла; б) обобщённое представление о методологическом пути в изучении архитектоники слова, основанное на наблюдении за «тесной связью» категории значимости и композиционного «облика» слова, объективно наличествующего; в) дифференциация, с точки зрения композиции и телеологически определяющей её архитектоники, слова художественного на слово прозаическое и слово поэтическое, а затем обнаружение инвариантных ценностно-смысловых параметров слова прозаического, архитектоника которого определяется как интерактивная.

Нюансы последней, её типы могут быть описаны в русле анализа слов прозаических в произведениях разных жанров. В

главе второй

«Архитектоника слова в малой прозе русского символизма» представлено исследование ряда символистских рассказов, новелл и повестей на предмет осмысления жанровых типов архитектоники слова, а также сопоставление этих типов с жанрово адекватными в романтизме, реализме и/ или акмеизме. Глава составлена из трёх параграфов.

Параграф первый

«Архитектоника слова в символистском рассказе» открывается экспликацией инвариантной модели ценностно-смысловой организации слова в рассказе. Будучи жанром неканоническим, рассказ восходит одновременно к анекдотическо-новеллистической традиции с её установкой на авантюрную инициативность и случайность, а также к притчево-повестной, задающей перспективу поступательности и назидательной убедительности. В результате, субъекту предлагается выбрать собственную линию постижения истины: в диалоге он может остаться на позиции уникального, единственного или рядоположного, общезначимого откровения. В диссертации предлагается обозначить данный тип архитектоники слова, присущий рассказу, как элективный.

Символистский рассказ нюансирует такую архитектонику в соответствии с представленной во введении эстетико-философской концепцией слова у символистов. Выбор субъекта отражает его личностное начало, а всё, чего он пока не открывает, он обнаруживает у собеседников (они «помогут», «подскажут», «намекнут»), а затем персоналистски, в диалоге постигает Истину, становится равновеликим ей, мирозданию и другим. В работе предлагается назвать данный тип архитектоники слова, свойственный символистскому рассказу, как идиоконструктивный (от греч. Ίδιος – «собственный»). Анализ рассказов «Почему идёт снег» К.Д. Бальмонта, «Тварь» З.Н. Гиппиус, «Собака» Ф. Сологуба и «В башне» В.Я. Брюсова демонстрирует, какие моменты идиоконструктивной архитектоники акцентируются при доминировании притчево-повестного начала; в случае преобладания анекдотическо-новеллистического начала; при балансе этих начал; а также при дополнительной ориентации на другие жанры (очерк, дневник.

Ценность формирования личности, своей или другой, обусловлена именно символистской эстетикой с её теургическими интенциями, поэтому, например, в рассказе Ф.М. Достоевского «Мальчик у Христа на ёлке» архитектоника слова иная. Субъекты в «слове с лазейкой» (М.М. Бахтин) должны дополнить друг друга, услышать друг друга. Важна сама возможность взаимодействия их точек зрения, как, собственно, и в полифоническом слове романов писателя. Термин, избранный для обозначения архитектоники слова в рассказах Ф.М. Достоевского (а также А.П. Чехова), – комплементарная, предполагающая выбор глубины, а не единственности постижения истины.

В

параграфе втором

«Архитектоника слова в символистской новелле» предлагается инвариантный конструкт архитектоники слова в новелле. Данный жанр, опирающийся на категории случая, исключительности, инциативности, неожиданности (в сюжетологии эти моменты объединены термином «пуант»), предполагает, что субъект помещён в событие странного, но неотвратимого откровения. Это позволяет ценностно-смысловую организацию слова новеллы определить в диссертации как окказиональную.

Её уточнение в символизме происходит за счёт глобализации Истины, а следовательно, субъект в данной частности открывает не случайно-исключительное, а в идеале – закономерное, коего пока никто не замечает. Далее он «помогает» другим увидеть в его «случайности» – Истину. Тип архитектоники слова в символистской новелле, в таком случае, можно обозначить как провиденциальный. Новеллы из цикла Ф. Сологуба «Сказочки» и цикла Д.С. Мережковского «Итальянские новеллы» показывают, как происходит превращение общеновеллистической окказиональности в символистскую провиденциальность при циклизации и при ориентации на поликультурные образцы: кумулятивные сказки и средневековые книги новелл, соответственно.

Сопоставление названного типа архитектоники слова с жанрово близкими ему в романтизме и акмеизме выявляет моменты различия. Анализ ценностно-смысловой организации слова в романтической новелле А. Погорельского «Пагубные последствия необузданного воображения» иллюстрирует свойственную романтизму вообще интроспективную архитектонику. Последняя предполагает не только диалог «несогласия», практически монолог, но и сугубо индивидуалистическое представление о характере и глубине откровения. Анализ архитектоники слова в акмеистической новелле Н.С. Гумилёва «Чёрный генерал» выявляет общую для всей неотрадиционалистской тенденции постсимволизма коммуникативно-комплементарную архитектонику, делающую высшей ценностью взаимодействие субъектов, а ситуативное откровение – импульсом для продолжения диалога.

Параграф третий

«Архитектоника слова в символистской повести» открывается построением инвариантной модели архитектоники слова в повести. Свойственное данному жанру удвоение важнейшего события (Н.Д. Тамарченко) постижения истины в противовес окказиональности новеллы предопределяет тенденциозный тип архитектоники слова. Субъекту предлагается самостоятельно или наблюдая за собеседником (-ами) убедиться в состоятельности сущностного дублированного постижения истины. Даже если оно актуализировалось для разных субъектов, в диалоге ими ощущается объединяющая тенденция откровений.

В символистской повести архитектоника слова, являющая глобальную Истину, гипертрофирует эту тенденциозность, укрупняет её, так как в основе – формирование теургической личности, нуждающейся в сущностном Откровении. В повестях «Республика Южного Креста» В.Я. Брюсова, «Белая невеста» К.Д. Бальмонта и «Слепые» Г. Чулкова прогрессивное увеличение числа событий постижения Истины достигается посредством аллюзии на общеизвестную поликультурную книгу (Библию), на давнюю традицию эмблематического или простого умножения событий. Такой тип архитектоники слова в символистской повести обозначается в диссертации как верификативный, ставящий целью субъектов – неоднократную проверку кругозоров на причастность Истине.

Иного рода интенция лежит в основе ценностно-смысловой организации слова в реалистической повести (повесть, наряду с романом, – магистральный жанр реалистической системы). Здесь истина – позитивистски верное положение, а следовательно – достаточным оказывается минимальное число откровений. Субъект дважды убеждается в справедливости открывшегося положения дел, которое ему внеположно, а значит – феноменологически объективно. В повести А.И. Герцена «Трагедия за стаканом грога» таковыми двумя событиями выступают история о нищем Waiter’е и её натурфилософское осмысление. Субъектам предлагается на частном и общем примерах убедиться в истинности заключения о том, что от них дистанциировано. Архитектоника слова в реалистической повести подчинена общереалистической экстрасубъективности. И автор, и герой-рассказчик, и читатель не причастны обоим событиям, а потому объективистски ориентированы в восприятии истины.

Вторая глава имеет следующие итоги: а) построение инвариантных жанровых конструктов архитектоники слова в рассказе, новелле и повести; б) анализ архитектоники слова в конкретных произведениях означенных жанров и описание трансформации инвариантных типов в свете эстетики и философии символизма; в) сопоставление архитектоники слова малой прозы в символизме и в предшествующих или наследующих ему парадигмах художественности.

В

Заключении

подводятся общие итоги работы, делается вывод о том, что архитектоника слова художественного – конститутивный момент его онтологии, обретающий варианты в эволюции художественной словесности. В частности, те жанровые типы интерактивной архитектоники слова прозаического, которые были проанализированы и концептуально определены в главе второй, обусловлены символистской эстетико-философской концепцией слова. В финале работы высказывается гипотетический тезис о том, что архитектоника слова в символизме является транссубъективной, предполагающей постижение Истины, одновременно пребывающей внутри субъекта, в его собеседниках, между ними, в изоморфном каждому из них слове. Для подтверждения или корректировки данного положения предполагается последовательно изучить ценностно-смысловую организацию слова в поэзии, драматургии и романе символизма.

Основное содержание работы отражено в публикациях:



1. Космогонические мотивы в поэме Андрея Белого «Глоссолалия» [Тезисы] // Сборник трудов студентов и молодых учёных Кемеровского государственного университета, посвящённый 60-летию Победы в Великой Отечественной войне / под ред. Б.П. Невзорова. – Кемерово : Кузбассвузиздат, 2005. – Выпуск 6. – Т. 2, С. 163-166.

2. Функции глоссолалии в поэме «Глоссолалия» Андрея Белого [Тезисы] // Образование, наука, инновации – вклад молодых исследователей: материалы I (XXXIII) Международной научно-практической конференции / под ред. Б.П. Невзорова. – Кемерово : Кузбассвузиздат, 2006. – Выпуск 7. – Т. 2, С. 68-69.

3. Жанровое своеобразие произведения «Глоссолалия» Андрея Белого [Тезисы] // Образование, наука, инновации – вклад молодых исследователей: материалы II (XXXIV) Международной научно-практической конференции / Под ред. И.П. Поварича. – Кемерово : Кузбассвузиздат, 2007. – Вып. 8. – С. 145-146.

4. Символ и синтез: дифференциация смежных понятий в эстетике символизма [Статья] // Синтез в мировой художественной культуре: Материалы IХ всероссийской научно-практической конференции, посвящённой памяти Алексея Фёдоровича Лосева / под ред. И.Г. Минераловой. – М. : Московский педагогический государственный университет, 2009. – С. 57–65.

5. В. Эйдинова. Энергия стиля. О русской литературе ХХ века. Екатеринбург, 2009 : [рецензия] // Филологические науки. – М., 2010. – № 3. – С. 101-105

Дадаць дакумент у свой блог ці на сайт 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.