.RU
Карта сайта

10 Слово как лечебный фактор - Слово как физиологический и лечебный-фактор вопросы теории


^ 10 Слово как лечебный фактор


153

uLoAnri ни расиледиьанию прИЧИН Кру-
шения поезда).
Итак, эффект оживления во внушенном сне следов пережитого в прошлом патологического состояния, наблюдавшийся нами у 2 больных, показал реальную возможность произвольного воспроизведения и уст­ранения сложной патологической симптоматики.
Однако был ли в этих случаях, действительно, факт реального вос­произведения пережитого ранее патологического невротического со­стояния?
И. П. Павлов писал: «...Сколько есть разнообразных случаев болез­ненного нервного состояния людей, когда у них нормальная деятельность поддерживается более или менее только до тех пор, пока их не коснутся компоненты, хотя бы и очень незначительные, даже в виде словесных намеков, тех сильных и сложных раздражителей, которые первоначаль­но обусловили нервное заболевание»1. В наших случаях эти очень не­значительные намеки касались лишь «дат» поступления в стационар.
Доказательством того, что в данном случае, действительно, могло быть репродуцирование имевшегося в прошлом патологического состоя­ния, могут служить сопутствовавшие этому состоянию вегетативные реакции.
Добавим к сказанному, что еще в 1924 г. нами совместно с нашим ассистентом П. П. Истоминым (пропедевтическая нервная клиника Харьковского медицинского института) была показана возможность вос­произведения симптоматики эпилептических припадков лишь путем внушения во внушенном сне возникновения ауры (что делалось с диаг­ностической целью). Приводим пример.
3. Больной М., 30 лет, обратился в клинику нервных болезней с жа­лобами на припадки, сопровождавшиеся потерей сознания, судорогами, прикусами языка и последующим сном. Припадки начались с 5-летнего возраста после сильного испуга и побоев, нанесенных камнями по голо­ве. Припадки бывают регулярно 2 раза в месяц. От военной службы освобожден.
Больной оказался хорошо пипнабильным. В лаборатории клиники в присутствии жены больного путем внушения во внушенном сне с диагно­стической целью был вызван описанный выше припадок. Для этого до­статочно было сделать словесное внушение о наличии ауры (головокру­жение). Тотчас же после этого развился припадок, начавшийся с крика, побледнения, а затем цианоза лица, тонических и клинических судорог, отсутствия зрачковой реакции на свет. Припадок прекращен путем соот­ветствующего внушения. По словам жены больного, картина припадка была весьма сходной с его обычными припадками (наблюдение автора),
0 возможности возникновения эпилептических припадков по меха­низму условного рефлекса говорят также наблюдения В. М. Бехтерева (1922): «...Иногда даже появление самих приступов наступает, — гово­рит он, — подобно сочетательному рефлексу».
М. П. Никитин (1934) упоминает об одном оперном артисте, у кото­рого эпилептические припадки возникали по механизму временной свя­зи (исполнение в условиях сильного эмоционального возбуждения опре­деленной оперной арии).
В свете учения И. П. Павлова эти факты получают надлежащее объяснение. Проведенные А. О. Долиным (1938, 1948) эксперименталь-
1

^ И. П.

Павлов. Лекции о работе больших полушарий головного мозга.

1927, стр. 351.


154


ных дают основание предполагать возможность вызывания путем сло­весного внушения во внушенном сне не только истерических синдромов, но и более сложных патологических состояний, каким является эпилеп­тический припадок у человека.
В области дерматологии явления репродуцирования путем внушения имевшихся в прошлом кожных заболеваний описаны А. И. Картамыше-вым (1942). Таким путем ему удавалось как приостановить появление дерматоза, так и вызвать подобный дерматоз со всеми сопутствующими явлениями (несколько меньшей силы) в заранее назначенный послегип нотический момент.

^ Рис. 60. Больной Р. в вызванных во внушенном сне состояниях.


а и б — картина депрессии после словесного внушения: «Сейчас 1928 г., вы в Сеченовском инст] туте, проснитесь!»; в — после словесного внушения: «Сейчас 1927 г., проснитесь!». На лице выр;
жено подозрительное отношение.
Здесь следует отметить интересные наблюдения П. К. Булатова П. И. Буля (1935,6), показавшие возможность воспроизведения пр? падка бронхиальной астмы, используя внушение. Кроме того, П. И. Бул (1959) вызывал днем у 16-летнего юноши путем внушения в гипноз ночной спонтанный автоматизм (лунатизм). С этой целью им было еде лано внушение: «Воспроизведите все события вашего последнего прист} па». Усыпленный поднялся с постели, с закрытыми глазами прошел п комнате, взял с полки с книгами одну из книг, положил ее на стул окол своей постели и снова лег. По словам присутствовавшего при этом отц юноши, была в точности воспроизведена картина бывшего ночного npi ступа. При этом ни о спонтанном, ни о воспроизведенном им в гипног приступе юноша ничего не помнил.
М. Л. Линецкий (лаборатория ЦПНБ) воспроизводил с помощь словесного внушения малярийные синдромы. А. Б. Горбацевич (195Е посредством внушения в гипнотическом сне воспроизводил у больнь: эпилепсией судорожные припадки с соответствующими сдвигами элек рической активности коры мозга, отвечающими этому состоянию.
Во всех приведенных случаях раздражителями служили словеснь внушения соответствующего смысла, которыми оживлялись следовь процессы, сохранившиеся в высших отделах центральной нервной сист мы от пережитого в прошлом патологического состояния.

10*


155 —


ря на то, что позднее Р. пережил наводнение, крушение дрезины и паде­ние с ушибом головы (во время поездки по расследованию причин кру­шения поезда).
Итак, эффект оживления во внушенном сне следов пережитого в прошлом патологического состояния, наблюдавшийся нами у 2 больных, показал реальную возможность произвольного воспроизведения и уст­ранения сложной патологической симптоматики.
Однако был ли в этих случаях, действительно, факт реального вос­произведения пережитого ранее патологического невротического со­стояния?
И. П. Павлов писал: «...Сколько есть разнообразных случаев болез­ненного нервного состояния людей, когда у них нормальная деятельность поддерживается более или менее только до тех пор, пока их не коснутся компоненты, хотя бы и очень незначительные, даже в виде словесных намеков, тех сильных и сложных раздражителей, которые первоначаль­но обусловили нервное заболевание» '. В наших случаях эти очень не­значительные намеки касались лишь «дат» поступления в стационар.
Доказательством того, что в данном случае, действительно, могло быть репродуцирование имевшегося в прошлом патологического состоя­ния, могут служить сопутствовавшие этому состоянию вегетативные реакции.
Добавим к сказанному, что еще в 1924 г. нами совместно с нашим ассистентом П. П. Истоминым (пропедевтическая нервная клиника Харьковского медицинского института) была показана возможность вос­произведения симптоматики эпилептических припадков лишь путем внушения во внушенном сне возникновения ауры (что делалось с диаг­ностической целью). Приводим пример.
3. Больной М., 30 лет, обратился в клинику нервных болезней с жа­лобами на.припадки, сопровождавшиеся потерей сознания, судорогами, прикусами языка и последующим сном. Припадки начались с 5-летнего возраста после сильного испуга и побоев, нанесенных камнями по голо­ве. Припадки бывают регулярно 2 раза в месяц. От военной службы освобожден.
Больной оказался хорошо пипнабильным. В лаборатории клиники в присутствии жены больного путем внушения во внушенном сне с диагно­стической целью был вызван описанный выше припадок. Для этого до­статочно было сделать словесное внушение о наличии ауры (головокру­жение). Тотчас же после этого развился припадок, начавшийся с крика, побледнения, а затем цианоза лица, тонических и клинических судорог, отсутствия зрачковой реакции на свет. Припадок прекращен путем соот­ветствующего внушения. По словам жены больного, картина припадка была весьма сходной с его обычными припадками (наблюдение автора),
О возможности возникновения эпилептических припадков по меха­низму условного рефлекса говорят также наблюдения В. М. Бехтерева (1922): «...Иногда даже появление самих приступов наступает, — гово­рит он, — подобно сочетательному рефлексу».
М. П. Никитин (1934) упоминает об одном оперном артисте, у кото­рого эпилептические припадки возникали по механизму временной свя­зи (исполнение в условиях сильного эмоционального возбуждения опре­деленной оперной арии).
В свете учения И. П. Павлова эти факты получают надлежащее объяснение. Проведенные А. О. Долиным (1938, 1948) эксперименталь-
1 И. П. Павлов. Лекции о работе больших полушарий головного мозга. 1927, стр. 351.

___ 1КЛ ___


ные исследования условнорефлекторной камфарной эпилепсии у живот­ных дают основание предполагать возможность вызывания путем сло­весного внушения во внушенном сне не только истерических синдромов, но и более сложных патологических состояний, каким является эпилеп­тический припадок у человека.
В области дерматологии явления репродуцирования путем внушения имевшихся в прошлом кожных заболеваний описаны А. И. Картамыше-вым (1942). Таким путем ему удавалось как приостановить появление дерматоза, так и вызвать подобный дерматоз со всеми сопутствующими явлениями (несколько меньшей силы) в заранее назначенный послегип-нотический момент.

Рис. 60. Больной Р. в вызванных во внушенном сне состояниях.
а и б — картина депрессии после словесного внушения: «Сейчас 1928 г., вы в Сеченовском инсти­туте, проснитесь!»; в — после словесного внушения: «Сейчас 1927 г., проснитесь!». На лице выра­жено подозрительное отношение.
Здесь следует отметить интересные наблюдения П. К. Булатова и П. И. Буля (1935,6), показавшие возможность воспроизведения при­падка бронхиальной астмы, используя внушение. Кроме того, П. И. Буль ('1959) вызывал днем у 16-летнего юноши путем внушения в гипнозе ночной спонтанный автоматизм (лунатизм). С этой целью им было сде­лано внушение: «Воспроизведите все события вашего последнего присту­па». Усыпленный поднялся с постели, с закрытыми глазами прошел по комнате, взял с полки с книгами одну из книг, положил ее на стул около своей постели и снова лег. По словам присутствовавшего при этом отца юноши, была в точности воспроизведена картина бывшего ночного при­ступа. При этом ни о спонтанном, ни о воспроизведенном им в гипнозе приступе юноша ничего не помнил.
М. Л. Линецкий (лаборатория ЦПНБ) воспроизводил с помощью словесного внушения малярийные синдромы. А. Б. Горбацевич (1955) посредством внушения в гипнотическом сне воспроизводил у больных эпилепсией судорожные припадки с соответствующими сдвигами элект­рической активности коры мозга, отвечающими этому состоянию.
Во всех приведенных случаях раздражителями служили словесные внушения соответствующего смысла, которыми оживлялись следовые процессы, сохранившиеся в высших отделах центральной нервной систе­мы от пережитого в прошлом патологического состояния.
Таким образом, приведенные нами данные позволяют утверждать, что в основе рассматриваемых явлений лежит действительное, реальное репродуцирование процессов и состояний, имевших место в прошлом в высших отделах головного мозга исследуемых. Этим подтверждалась правильность представлений школы И. П. Павлова о том, что следы пережитого в известной мере являются несмываемыми.
Отсюда следует, что метод гипоанализа (оживление в памяти больного, находящегося в состоянии внушенного сна, травмировавших в прошлом его психику факторов), применяющийся психотерапевтами с диагностической и терапевтической целью, имеет под собой вполне ре­альное основание.
Таким образом, весь патологический симптомокомплекс, имевший место в прошлом, может быть воспроизведен вновь после клинического выздоровления. Это говорит о том, что после выздоровления нервная система продолжает сохранять в заторможенном виде, в виде следов, динамический стереотип перенесенного в прошлом корково-подкоркового патологического состояния.
Поэтому в определенных случаях мы используем этот прием ожив­ления таких следовых процессов с диагностической целью, в качестве одного из способов уточнения особенностей возникшего у больного пато­логического состояния и выяснения некоторых сопутствующих ему или связанных с ним патогенетических моментов. Это может быть иллюстри­ровано следующим примером.
В 1924 г. в пропедевтическую клинику нервных болезней Харьков­ского медицинского института обратился Б., 17 лет, с жалобой на^ воз­никшее у него с 5-летнего возраста заикание. Однако ни он сам, ни его мать не знали, на какой почве это заболевание развилось. Погрузив больного в состояние внушенного сна, мы внушили, что ему сейчас 5 лет. После этого, продолжая находиться в таком состоянии, он легко вспом­нил и подробно описал случай испуга, происшедший с ним в этом возра­сте: во время иллюминации в их саду загорелся бумажный фонарик, что было связано для него с сильным эмоциональным переживанием, послу­жившим непосредственной причиной развившейся у него задержки речи (наблюдение автора).
Следует остановиться на наблюдении М. М. Сусловой (1952). Когда 40-летней больной, находившейся во внушенном сне, было внушено, что ей сейчас 30 лет, она стала предъявлять жалобы на тошноту и сильную головную боль, причем заявила, что «что-то ее сильно ударило», но что «во всем этом она ничего не понимает». При опросе ее после пробужде­ния было выяснено, что в 30-летнем возрасте поезд, в котором она нахо­дилась, будучи на фронте (1941), попал под бомбежку. Она была конту­жена и потеряла сознание. Когда пришла в себя, чувствовала головную боль и сильную тошноту.
Таким образом, и на этом примере мы видим, что воспроизведение пережитой в прошлом ситуации может приводить к оживлению следо­вых реакций, отвечающих событиям, пережитым в прошлом. Наиболее ярким для данной больной оказался момент ее контузии, перенесенной в Этот период ее жизни. Подобные примеры говорят о большой диагно­стической значимости такого исследовательского приема.
В заключение приведем также одно давнее наблюдение, сделанное в свое время Штауфенбергом (Stauffenberg, 1912). У истерической боль­ной после выздоровления от полиартрита и тяжелого эндокардита с септической температурой возник рецидив в виде возникавших каждый вечер приступов резкой тахикардии с проливным потом, потрясающим ознобом и температурой до 40—41°. Приступы
повторялись ежедневно в одно и то же время и продолжались 5—10 ми­нут. Во время приступа кровь стерильна, лимфоцитоз до 50%, чего нет до и после приступа, когда состояние вполне нормальное.
Абсолютная правильность наступления приступов, нормальная тем­пература вне приступа и замеченная однажды во время приступа псев­дотетания с симптомом Хвостека привели автора к попытке применения гипнотического внушения. Таким путем удалось не только купировать эти приступы, но и вызывать внушением подобный приступ со всеми со­путствующими ему явлениями, но несколько меньшей силы в другое время (в назначенный постгипнотический момент).
Возникает вопрос о степени безвредности репродуцирования у быв­ших больных их прошлых патологических состояний. Как показали наши наблюдения, повторение подобных исследований, сделанное как в тече­ние первого года после выздоровления, так и в дальнейшем (первый больной), не отражалось на состоянии его здоровья. Это не мешало ему занимать в течение 10 лет ответственные посты (после полной инвалид­ности в течение 4 лет). То же следует сказать и о нашем бывшем боль­ном Р. Без ущерба для его здоровья на протяжении 11 лет несколько раз воспроизводилось его прошлое патологическое состояние. Вместе с тем все это свидетельствовало о высокой компенсаторной способности нерв­ной системы обеих больных.
Следует отметить, что второй из этих больных 10 лет спустя (1937), перенес новую тяжелую многолетнюю психотравматизацию, что, однако, не вызвало рецидива его прошлого заболевания.
Об отсутствии вредных последствий воспроизведения отдельных симптомов невротического состояния говорит в своей монографии А. Т. Пшоник (1952). Он вызвал у исследуемых внешний симптом «сосу­дистого невроза» путем сшибки двух противоположных по действию раздражителей. Такого рода экспериментально вызываемую «патоло­гию» он считает не больше чем физиологической моделью действительно­го невроза. А. Т. Пшоник при этом отмечает, что «стоит только исследу­емому выйти из экспериментальной комнаты, и не остается никаких сле­дов экспериментального невроза, как бы ярко он ни проявлялся».
Таким образом, наши наблюдения не дают основания говорить об отрицательном действии на состояние здоровья воспроизведения следо­вых процессов прошлого патологического состояния. У всех 3 наших больных патологический синдром не восстанавливался даже после новых психических травм, возникавших у них впоследствии.
Заметим, что таким же путем и у здоровых могут быть репродуци­руемы пережитые ими в прошлом состояния. Так, Л. П. Гримак (1959) описывает полученное им в лабораторных условиях воспроизведение физиологических реакций парашютиста, связанных с различными мо­ментами переживавшихся им в прошлом реальных прыжков с самолета.
С этой целью Л. П. Гримак приводил отобранных им парашютис­тов, имевших на своем счету не менее 10—15 парашютных прыжков, в сомнамбулическую стадию гипноза и в этом состоянии делал им речевое внушение о переживании им различных этапов подготовки к парашют­ному прыжку и самого прыжка. При этом непрерывно регистрировались кривые пульса, дыхания и артериального давления. Таким путем уда­валось воспроизвести и записать все особенности физиологических реак­ций, связанных с этими моментами наибольшего напряжения корковой и подкорковой динамики, что иным путем осуществить не удавалось.
^ ГЛАВА XII
2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.