.RU
Карта сайта

ГЛАВА 32 - «Дети из камеры хранения»: Амфора; спб; 2003 isbn 5 94278 457 4


ГЛАВА 32


«Наконец то! – подумала Анэмонэ. – Царство крокодилов!» Они плыли уже много часов, и солнце внезапно стало чудовищно гигантским, жестоким. Две минуты на открытой палубе – и кожа приобретала цвет хорошо прожаренной крольчатины. На загорелом безымянном пальце Анэмонэ красовалась драгоценность: коралловая веточка, которую Кику купил ей на Огасавара. Накакура обвенчал их в маленькой часовенке, сохранившейся со времен американской оккупации. А потом все четверо плавали в тихой лагуне – их первое купание после многочасовой гонки по океану. Они воспользовались остановкой еще и для того, чтобы Накакура, вспомнив опыт своей работы на спасательном судне, преподал им несколько уроков ныряния с большой, выступающей над поверхностью воды коралловой плиты. Вдруг Хаяси издал громкий крик и под изумленными взглядами приятелей с феноменальной скоростью устремился за кем то. Существо овальной формы, которое он преследовал, ненадолго выныривало на поверхность, а потом снова скрывалось в черной глубине. Когда оно оказалось рядом, все увидели красивый панцирь морской черепахи. Отчаянно работая ластами, Хаяси пытался приблизиться к черепахе, чтобы схватить ее, но всякий раз она резко меняла направление и ускользала. Выбившись из сил, Хаяси предпринял последнее усилие: он пропустил черепаху немного вперед, нырнул метров на десять под нее, а потом, оттолкнувшись ногами от дна, резко, как ракета, взмыл вверх, и не успела черепаха заметить его приближение, как уже обхватил ее обеими руками. Держа черепаху перед собой, он с такой скоростью устремился на поверхность, что выскочил из воды почти до колен и, как атакующий ватерполист, швырнул черепаху далеко на берег.
– Давайте съедим ее, – предложила Анэмонэ, когда они выбрались из воды. – Подруга рассказывала мне, как их готовят. Но сначала, Кику, нужно развести костер. Поджечь сухие водоросли, а потом подбросить хворост.
Когда огонь разгорелся, Анэмонэ взяла какую то палку и зажгла ее с одного конца. Перевернула несчастную тварь на спину и сунула палку ей под панцирь. Капли пота стекали с ее носа на песок. Стоя над черепахой, Анэмонэ втыкала и вынимала раскаленную палку. Лапы черепахи медленно шевелились. Она далеко вытянула шею из панциря, словно пыталась оторваться от своего горящего тела и убежать. В воздухе витал запах горящей кости. Черепаха зашипела – это напоминало звук всасываемой песком воды.
– Как это жестоко! – прошептал Накакура. Хаяси кивнул и громко сглотнул.
– Что вы там такое бормочете? – громко сказала Анэмонэ, оборачиваясь. – Здесь Царство крокодилов. Здесь царит закон джунглей: все, что поймано, должен быть зажарено и съедено.
«Дурни», – добавила она про себя, продолжая щекотать размягчившееся брюхо черепахи. Та была еще жива. Из ее кожистого, открывающегося и закрывающегося рта все еще доносилось шипение. Наконец Анэмонэ велела Кику снять с черепахи панцирь:
– Быстрей, а то она остынет, и все окажется зря.
– У тебя лучше получится, – проговорил Кику, выталкивая вперед Накакура. Тот посмотрел на Хаяси:
– Пусть это сделает тот, кто ее поймал.
– Извините, но я не в счет, – откликнулся Хаяси. – Я в жизни никого не убивал, даже насекомых. .. Не считая того старого парикмахера, которого я кокнул во время ограбления. Но это было в первый и последний раз… Так что на меня не рассчитывайте.
Анэмонэ переводила взгляд с одного на другого, а потом, обернувшись к черепахе, издала вопль. Черепаха ползла по песку к морю. Ее панцирь блестел на солнце. Они бросились за ней, и Хаяси уже почти схватил ее, но тут их накрыло волной. Шипение воды на раскаленном панцире так удивило Хаяси, что он отдернул руку. А черепаха, почувствовав, как прохлада моря облегчает ее боль, медленно поплыла прочь. Никто не двинулся с места.
– Ну и разбойница, – пробормотал Хаяси. – Хочет показать нам, что нельзя сдаваться, даже если тебя наполовину зажарили!
Все мрачно кивнули.
Потом Кику и Анэмонэ лежали на берегу и смотрели, как огромное солнце уходит за горизонт. Многочисленные кокосовые пальмы и манговые деревья приобрели под слепящими оранжевыми лучами темно зеленую окраску, медленно, пузырь за пузырем, лопалась сверкающая пена на волнах, потемнели силуэты лежащих на песке людей. Закат в разгар субтропического лета проникал под их обожженную солнцем кожу крохотными ледяными кристаллами. Ощущение холода усиливалось по мере того, как садилось солнце.
Анэмонэ засунула язык в ухо Кику и ощутила вкус соли и шершавость попавших туда песчинок. «Это лучше, чем проволочная сетка», – подумала она.
– Я была права, верно? – прошептала она, дунув ему в ухо. – Царство крокодилов находится именно здесь, под моим языком: горячее и гладкое, как растаявшее мороженое. Взгляни: декорации опять белоснежны.
– О чем ты? Я ничего не понял, – рассмеялся Кику, нежно оторвав кусочек шелушащейся кожи с ее бедра. Новый слой розовой, живой, влажной кожи отражал лунный свет и принесенный приливом фосфоресцирующий планктон.
На рассвете они ушли с Огасавара. Оба двигателя были включены, и яхта энергично рассекала волны. Стоя на палубе, Анэмонэ глядела на линию горизонта и думала: «Царство крокодилов!» Вдали показалась черная точка: остров Ио. Приблизившись к острову, они увидели выступающие из моря скалы, а над ними – струйки дыма и поняли, что это вершины подводных вулканов. Скалы были испещрены множеством трещин, из которых сочился сернистый газ, смешиваясь с повисшим над самой водой утренним туманом.
Проходя мимо острова, яхте пришлось замедлить ход и пробираться по лабиринту издали заметных рифов. Кику отдавал команды с носа яхты дрейфовавшей в клубах поднимающегося от скал и от самого моря дыма. На ровной поверхности образовывались, а потом громко лопались наполненные мутным газом пузыри. Оказавшись в воздухе, газ смешивался с водяными испарениями и расстилался слоями, цвет которых менялся в зависимости от угла падения света: под прямыми лучами слои были желтыми, в тени – темно красными, против света – молочно белыми. Газ низко нависал над водой, окутывая исходящий снизу жар непроницаемой мембраной.
Чтобы не получить пробоину, они буквально ползли между рифов. Анэмонэ сначала старалась не обращать внимания на невыносимый запах тухлых яиц, но в конце концов не вытерпела и удалилась, зажимая пальцами нос, в каюту. Желтый туман скрыл солнце. Кику из последних сил пытался не закрывать глаза. Он нацепил маску для подводного плавания, но сера все равно проникала в горло, и тогда он попросил Накакура принести акваланговую трубку и детандер. Теперь он мог дышать. Обжигающий, тяжелый воздух казался осязаемым, как горячая грязь.
Внезапно они услышали резкий удар, и яхту тряхнуло. Накакура побледнел и заглушил двигатели.
– Кику! Какого черта ты там делаешь? – закричал он. – Если у яхты пробоина, нам всем хана!
Хаяси, вооружившись крюком на пеньковом тросе, обследовал воду вокруг яхты.
– Рифа нет! – крикнул он.
– Здесь уже не может быть рифов, – сказал Кику.
Слабо покачиваясь, судно дало задний ход. Двигатели не работали, и тишину нарушали лишь звуки бурлящего у поверхности сернистого газа, лопающихся пузырей, падающих сверху струй, а также шипение отвратительно пахнущего дыма, выбивающегося из расселин в скалах.
– Смотрите! – крикнул вдруг Хаяси.
Справа по борту у самой поверхности показалась гигантская серебристая рыбина. Барракуда! Вероятно, ее занесло в эти ядовитые воды, пока она спала. Рыба была еще жива, ее хвост дернулся, когда они ткнули ее в бледный, раздутый живот. Они увидели в ощерившейся пасти два ряда острых зубов.
– Заводи двигатель! – крикнул Кику Накакура. – Бояться нечего, это всего лишь барракуда.
Гребной винт начал вращаться, яхта сдвинулась вправо, и рыбину затянуло в воду. Они услышали с палубы, как лопасти винта перемалывают мясо и кости, и увидели, как на желтую поверхность моря выплыли ошметки рыбы. Сладковатый запах крови смешался с вонью серы. Яхта двинулась дальше, оставляя за собой сверкающее красное пятно.
Архипелаг Мирури, состоящий из сорока крошечных островков и площадью в два квадратных километра, был частной собственностью одного японца, который перед уходом на пенсию возглавлял им же основанную авиалинию на островах Юго Восточной Азии. Там, где когда то был лишь пустынный клочок земли, его усилиями возникли опреснительная станция и электрогенератор, который работал на топливе, добываемом на самом маленьком из островков: это был очищенный сорт торфа.
Израсходовав из за остановки и запуска двигателей больше горючего, чем предполагалось, и не зная, что их ждет в Караги, Кику решил зайти на Мирури. Опять пришлось пробираться по сети узких проливов среди бесчисленных безлюдных островков. На этих островках, зажатых между Ио и Караги, благодаря частому южному бризу и обильным осадкам густо произрастали банановые и кокосовые пальмы и манговые деревья. Эти места не были обозначены в лоциях, поскольку лежали в стороне от магистральных путей, и идти приходилось буквально на ощупь. На горизонте смутно виднелись причудливые очертания островов, поверхность моря была покрыта скользкими водорослями, казалось, что они ползут по тропическому болоту.
Кику вспомнил: когда то он читал, что у хозяина этого архипелага имеется небольшой личный флот: около десятка судов и моторных лодок, включая катер на подводных крыльях, лодку со стеклянным дном и даже маленькую подводную лодку. Он подумал, что такой флот нуждается в приличном запасе горючего, и проблема была только в том, удастся ли им его купить. Анэмонэ вопрос горючего не занимал: она наслаждалась видом заросших деревьями островов – живого воплощения ее Царства.
После того как они прошли Ио, их некоторое время преследовал патрульный самолет Сил самообороны, затребовавший у них по радио цель следования. Когда они ответили, что направляются в Караги, с самолета спросили, что они собираются там делать, а узнав, что хотят полюбоваться там природой, приказали повернуть назад. Караги не принимал сейчас гостей, все пляжи были закрыты, туристам там делать совершенно нечего. Летчик предельно строго рекомендовал им выбрать для отдыха другое место. Кику не обратил на предупреждение никакого внимания и шел полным ходом, и самолет в конце концов прекратил преследование. Увидев, что он развернулся и полетел назад, Хаяси с Накакура обменялись тревожными взглядами.
Где то в глубине лабиринта проливов они увидели на берегу маленькой лагуны пирс – внушительное железобетонное сооружение, за которым виднелись небольшой деревянный сарай и покрытая асфальтом дорога, уходящая в лес. Когда яхта подошла к берегу, они увидели на песке разломанное пополам каноэ. Сунув за пояс пистолет, Накакура спрыгнул на пирс и поймал канат, который бросил ему Хаяси. Кику паковал рис и витамины, надеясь обменять их на горючее. Анэмонэ с ног до головы опрыскала себя средством от насекомых, после чего все сошли на берег.
В сарае не было никаких признаков жизни, только старая рухлядь: водные лыжи, жестяные банки, баллоны для акваланга, рыболовные сети, веревки. Все было ржавым, дырявым, гнилым и ветхим. В одном из углов сарая на влажном полу устроили себе гнездо крабы. Глядя вокруг. Кику ощутил ностальгический запах – запах сухой потрескавшейся земли, дерева, ржавого металла, смешанный с запахом плесени на затененном бетоне.
Они вышли на дорогу, по обе стороны которой тянулись пни срубленных манговых и ананасных деревьев, кое где уже пробивался подлесок. Каблуки при ходьбе увязали в асфальте. Поднявшись на вершину невысокого холма, Кику и его товарищи осмотрели весь остров, имевший овальную форму, и два три километра береговой линии. Они обнаружили расчищенное место с площадкой для посадки вертолетов, серым ангаром, маленьким генератором и устройством для очистки горючего, а также дом с крышей из пальмовых листьев и террасой, волейбольную площадку. Людей не было видно. И генератор, и устройство бездействовали; слышны были только крики птиц в лесу и шум волн, разбивающихся внизу о берег.
В доме тоже никого не оказалось.
– Заброшенный остров, – пробормотала Анэмонэ.
Тут все услышали, что их зовет Накакура, отправившийся обследовать ангар:
– Сюда! Посмотрите! – махнул он им из разбитого окна.
Они заглянули внутрь, где стояли два покрытых пылью вертолета.
– Нет, там, наверху! – сказал Накакура, указывая на потолок, где в полутьме висели несколько тысяч спящих летучих мышей.
Неожиданно сзади раздался громкий скрип двери. Все резко обернулись, а Накакура выхватил из за пояса пистолет. Дверь дома с пальмовой крышей то открывалась, то закрывалась под порывами ветра. На террасе появилась черная коза, процокала копытами по деревянному настилу и, несколько раз мекнув, прыгнула в сад пощипать травку.
– Тьфу, черт, чуть не пронесло со страху, – засмеялся Накакура и спрятал пистолет. В тот же миг раздался крик Анэмонэ.
Она указала на окно, из которого, прижимаясь к стеклу, на них смотрело лицо. Старик в окне улыбался и махал рукой, приглашая войти в дом.
После того как они расправились с огромной кастрюлей тропической рыбы, хозяин предложил по несколько чашек крепчайшего кофе. Комната была уставлена скудной мебелью из ротангового дерева, на полках располагались морские раковины, акульи зубы, чучело голубого марлина, два попугая и старый фонограф.
– Что, жарко? – поинтересовался старик. Гости переглянулись и покачали головами. Дул бриз, и, укрывшись от палящего солнца, они ощущали приятную прохладу. На хозяине были поношенные шорты и белая льняная рубашка. Кофе оказался не только крепким, но и невероятно сладким. Наконец Кику заговорил:
– Нельзя ли приобрести у вас немного горючего? – спросил он. – Мы заплатим или обменяем на рис и витамины.
Старик объяснил, что на той стороне острова есть другой причал, а там – цистерна с горючим, из которой они могут взять себе сколько угодно.
– К тому же совершенно бесплатно, – добавил он. – Нет нет не нужно меня благодарить! А куда вы, ребята, направляетесь?
– На Караги, – ответил Накакура.
Старик кивнул, украдкой взглянув на торчащий за поясом Накакура пистолет. Потом подошел к покрытому стеклом ротанговому столу, вытащил из громоздившейся на нем стопки фотоальбом и протянул Анэмонэ.
– Я совершал чартерные рейсы для кандидатов в Малайскую Национальную Ассамблею во время предвыборной кампании, – гордо сказал он, показывая фотографию, на которой он был снят за штурвалом маленького реактивного самолета.
– Здорово! – сказала Анэмонэ, вставая. – Но извините нас, мы торопимся. Кофе был фантастический. Я обожаю такой густой и черный кофе. Большое спасибо.
Старик с огорчением закрыл альбом и предложил проводить их до яхты.
Когда они шли между деревьями, увешанными спелыми плодами манго, старик спросил, указывая на пистолет Накакура:
– Кого вы собираетесь убивать?
– Плохих парней, – ответил Накакура, прицелившись указательным пальцем в солнце. – Пиф паф.
Старик рассмеялся.
– Вы – первые гости на этом острове с тех пор, как я живу здесь один. Заезжайте на обратном пути с Караги, – сказал он, поглаживая козу, которая семенила за ними.
– Знаете, что меня больше всего удивляет? – заговорил молчавший до сих пор Хаяси. – Как вы здесь обходитесь один во время болезни?
– Ну, как то раз меня укусила мурена, и рана загноилась. Нога раздулась, как шар, а пенициллина не оказалось, так что я решил, что ногу придется ампутировать. Совсем была плоха. Но как ампутировать? Вот задача. В конце концов я надумал сделать гильотину. У меня было лезвие: стальная штуковина, которой я резал торф. Нужно было только как следует его заточить. Я соорудил раму и придумал, как подвесить лезвие и как привести его в действие. Из оставшегося дерева сколотил себе пару костылей и гробик для ноги. Труднее всего было вырезать паз для лезвия: окажись он слишком узким, и лезвие могло бы в нем застрять, а в слишком широком оно болталось бы и не отсекло бы ногу чисто. Наконец все было готово, и я назначил операцию на воскресенье. Но в воскресенье пошел дождь, пришлось отложить операцию и снова проверить, все ли в порядке: бинты, лекарства, противовоспалительные средства и так далее. Наконец настал день, когда я привязал свою правую ногу под лезвием. Нога была черная, опухшая, напоминала бревно и почти утратила чувствительность, так что я мало жалел о том, что расстаюсь с ней. Это была правая нога, жаль было только, что левая остается в одиночестве.
– Но у вас есть правая нога, – перебил его Накакура.
– Конечно, – сказал старик. – Операция прошла неудачно. Лезвие застряло в кости. Я думал, что хорошо наточил его, но оно не прорубило кость. Вы не представляете, какие крепкие у нас кости!
– Наверное, было очень больно, – заметила Анэмонэ.
– Нет, не очень. Гной вырвался наружу и все вокруг забрызгал. Чуть не попал мне в глаза: я испугался, что ослепну… Не так страшно оказаться хромым, но я бы попал в хоро о о ошенький переплет, если бы лишился зрения.
– Почему? – спросила Анэмонэ.
– Видите ли, барышня, я летчик, и если с одной ногой управлять самолетом еще как то можно, то без глаз – дело швах.
Змея с желтыми и черными полосами переползла тропинку. Старый летчик закатал шорты и показал шрам. Потом попросил Накакура выстрелить раз из пистолета, никуда не целясь. Стая птиц разом взмыла в небо.
– Будете возвращаться, заходите ко мне, – сказал старик, когда они уже поднялись на яхту и были готовы к отплытию. Кику посмотрел на стоящего на пирсе человека и спросил:
– А ваши вертолеты летают? Старик кивнул:
– Нужен час другой, чтобы привести их в порядок, после чего они доставят вас куда угодно.
Тень от все еще кружившей над ними стаи пересекла покрытый водорослями канал. Коза отогнала хвостом слепня и заблеяла, словно прощаясь.
Наконец то они приближались к острову Караги, формой напоминавшему женскую туфлю.
Дул сильный порывистый ветер. Кику и Накакура проверяли снаряжение для подводного плавания, как вдруг из машинного отделения раздался странный шум. Они спустились вниз выяснить, в чем дело. Хаяси, стоявший в это время у руля, выключил двигатели. В машинном отделении пахло гарью. Кику и Накакура обследовали топливный насос, вытяжную систему, давление топлива и так далее. В конце концов оказалось, что морские водоросли засорили заборное отверстие охладительной системы. Фильтр был порван, внутрь, по видимому, попала какая то зеленая дрянь. Нужно было прочистить всю трубу, прогнав через нее морскую воду под давлением.
В машинном отделении было душно и тесно, оба, и без того обгоревшие под солнцем, обливались потом. Когда снимали сломанный фильтр, Накакура задал Кику вопрос, который давно уже его занимал.
– Допустим, мы найдем ее, твою знаменитую датуру. И что дальше? Ты действительно собираешься распылить ее над Токио?
Кику чистил проволочной щеткой заборное отверстие.
– В таком случае оставь немного для Тиба, – добавил Накакура, положил маленький болт в карман рубашки и начал устанавливать новый фильтр. – Пожалуйста.
– Потому что там твоя мамаша? – спросил Кику с усмешкой.
Накакура кивнул. Голая грудь Кику была заляпана мазутом и обрывками водорослей, которые скользили по его коже вместе со струйками пота. Кику вытащил щетку, к которой прилипла ярко зеленая масса перепачканных мазутом водорослей.
– Зачем с нами отправился Хаяси? – спросил он, выбрасывая грязную массу в сточное отверстие. – Разве у него нет семьи?
Тонкие маслянистые веточки, казалось, были покрыты пушком.
– Ему просто некуда было деваться, – ответил Накакура. – Да и вообще, поскольку нас все равно рано или поздно поймают, морское дно ничуть не хуже любого другого места.
Кику убрал травинку, прилипшую ко лбу Накакура:
– Меня они не поймают.
И закрыл крышку заборного отверстия.
– А что будет, если датуры там не окажется? Что тогда будешь делать? – спросил Накакура, пока Кику прочищал компрессор.
– Буду искать ее на Марианских островах. Или на Маршалловых, – ответил Кику и похлопал большой двигатель «Гаттераса».
Тут они услышали над головой звук самолета и поднялись на палубу. Это опять был патруль сил самообороны, запрещавший им причаливать на Караги. Кику ответил по радио, что у них случилась поломка, и, как только ремонт будет закончен, они немедленно вернутся на Огасавара. Самолет покружил еще немного и полетел прочь. Кику подождал, пока он скроется из виду, и только после этого завел мотор. Анэмонэ дремала в каюте. Накакура еще раз проверил давление в кислородных баллонах. Хаяси читал лоции. Когда солнце начало клониться к горизонту, прямо по курсу показались очертания острова Караги. 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.