.RU
Карта сайта

Проблемы русского населения в - Выпуск 2


Проблемы русского населения в


Карачаево-Черкесской Республике


Карачаево-Черкесия становится одним из наиболее проблемных регионов России. Как свидетельствует опыт присутствия здесь русского этнического сегмента, в данном регионе постоянно воспроизводится начальная ситуация контакта. В более мягких формах эти тенденции возврата взаимодействия русской и северокавказской культур к состоянию середины XIX века характерны для всех национально-государственных северокавказских образований. Идет процесс архаизации социально-экономических отношений на Кавказе и уход русского населения из региона.
Вторая половина 90-х гг. как для Карачаево-Черкесской Республики, так и для Северного Кавказа в целом характеризовалась резким усилением миграционных процессов населения нетитульных национальностей, прежде всего русских, в другие регионы России (табл. 1).
Таблица 1
Национальный состав мигрантов



1 полугодие 1997

1 полугодие 1998



число приб.

число выб.

Мигр.-ый прирост

число приб.

число выб.

мигр.-ый прирост

Всего, в т.ч.:

3649

3635

14

4475

4441

34

Русские

1365

1465

-100

1604

1763

-159

Карачаевцы

955

1006

-51

1211

1214

-3

Черкесы

342

302

40

424

387

37

Абазины

353

294

59

345

321

24

Ногайцы

110

112

-2

176

160

16

Украинцы

76

70

6

85

95

-10

Армяне

92

99

-7

71

98

-27

Чеченцы

45

5

40

128

10

118

Осетины

21

26

-5

30

40

-10

Грузины

19

14

5

12

20

-8

Азербайджанцы

28

18

10

33

23

10

Татары

48

51

-3

37

46

-9

Немцы

5

27

-22

8

23

-15

Греки

23

36

-13

33

45

-12

Лезгины

5



5

6

9

-3

Ингуши

11



11

9



9

Евреи



3

-3

2

1

1

Другие национальности

151

107

44

261

186

75

В результате усилившейся миграционной подвижности населения в северокавказских республиках произошло и продолжает происходить изменение этнического состава республики, результатом которого явился значительный рост доли титульных национальностей. Анализ динамики численности этнических групп республики осложняется тем фактом, что зачастую отсутствуют свежие данные переписи населения. Последние подобные данные, обладающие наибольшей степенью достоверности, относятся к 1989г. Однако, анализ статистических данных за последние годы [1] свидетельствует о формировании в это время определенных тенденций, а именно: налицо тот факт, что, начиная с конца 70-х по конец 80-х, заметный прирост карачаевского населения в районах КЧР осуществлялся параллельно с убыванием русского населения (табл. 2).
Таблица 2
Динамика численности основных этнических групп
в Прикубанском районе

Этносы

1959

1970

1979

1989

чел.

%

чел.

%

чел.

%

Чел.

%

Русские

12128

47,8

11023

34,0

8946

28,4

8095

24,7

Карачаевцы

7757

30,6

13629

42,1

14829

47,0

16267

49,7

Абазины

3547

14,0

5164

15,9

5299

16,8

5291

16,2

Ногайцы

273

0,4

313

1,0

297

0,9

294

0,9

Эта тенденция заметно отразилась на соотношении этнических групп в республике (табл. 3).
Таблица 3
Динамика численности коренных этносов КЧР

Этносы

1959

1970

1979

1989

чел.

%

чел.

%

чел.

%

чел.

%

Русские

148288

52,2

162642

47,1

165451

45,1

175931

42,4

Карачаевцы

67830

23,8

97104

28,2

109196

29,7

129449

31,2

Черкесы

24145

8,5

31190

9,0

34430

9,4

40241

9,7

Абазины

18159

6,4

22896

6,6

24245

6,6

27145

6,6

Ногайцы

8903

3,1

11062

3,2

11872

3,1

1293

3,1

В то же самое время данные микропереписи свидетельствуют о том, что данные тенденции к сокращению объема русского этнического сегмента в общем объеме населения сохраняются и в последующие годы. Косвенным образом, подобные анализы подтверждаются и математическими выкладками специалистов. В частности, первая половина 90-х гг. все еще характеризуется резким изменением соотношения в пропорции город-село, что влечет за собой озабоченность со стороны специалистов в области политологии, экономики, социологии и пр., поскольку основной составляющей городского населения долгие годы являлись представители русского этноса. Еще одной характерной чертой, появившейся в это же время, является тот факт, что если раньше города были мало заселены представителями автохтонных народов, то теперь в городское население влились и коренные этносы, из которых лидирующее положение занимают два титульных – карачаевцы и черкесы.
Таблица №4
Общее распределение населения в соотношении город/село.

Годы

Все население

В том числе

Из общей численности населения (%)







Городск.

Сельское

Городск.

Сельское

1990

422



207,4

214,6

49,1

50,9

1991

427,1



210,6

216,5

49,3

50,7

1992

430,5



212,9

217,6

49,5

50,5

1993

434,2



207,9

226,3

47,9

52,1

1994

434,1



207

227,1

47,7

52,3

1995

435,7



207,2

228,5

47,6

52,4

В республике сложилась ситуация, когда исконно казачьи селения, ныне в процентном соотношении населены больше одним из коренных этносов, а именно – карачаевцами. Показателен в этом отношении Зеленчукский район, в последнее время утрачивающий характер исконно русского района, и все более и более приобретающий карачаевские этнонациональные черты.
Это, наряду с другими факторами, явилось следствием изменения социального статуса численно доминирующих титульных этносов республики. Статусные изменения этих народов связаны с ростом в их структуре городского населения, повышением образовательного уровня горцев, территориальной мобильностью. В условиях дефицита основных ресурсов и сохранившейся традиционной структурной организации данная социальная мобильность приводит к обострению конкуренции за право распоряжаться и владеть ресурсами. Особенно наглядно последствия этого процесса предстают при сопоставлении с динамикой городского населения конкурирующего с карачаевцами этноса – черкесами. Если в 1959 году удельный вес городского населения в структуре всего населения у карачаевцев и черкесов был примерно равный (1,2%: 1,5%), то к 1989 году разрыв в численности этой группы стал очень заметным. По данным переписи населения 1989 г. черкесов-горожан в общей структуре населения республики насчитывалось 2,9%, а горожан-карачаевцев – 9,4%.
Таким образом, анализ социальных позиций русских в Карачаево-Черкесской Республике (так же, впрочем, как и на Северном Кавказе в целом) показывает, что их присутствие здесь является в основном следствием целенаправленных усилий российского государства по интериоризации (включению в систему) региона, и позволяет судить о ресурсах государственной власти, задействованных на том или ином этапе проведения центром северокавказской политики.

Русское население в КЧР выступает “функцией” центральной государственной власти

. Поэтому изменение политического курса центра на Северном Кавказе, которое проявляется в переориентации его властных ресурсов с русского сегмента на сегмент коренных народов, вызывает снижение статусных позиций русских и приводит к общей дестабилизации республики в условиях жесткой конкуренции основных этносов, населяющих ее территорию. При этом отказ федерального центра от принципа русского этатизма в кавказской политике порождает сильные колебания в настроениях русских в регионе, прежде всего в отношении миграции. Так, в КЧР 39, 16% опрошенных (на Ставрополье - 67,98%) считает, что процесс миграции замедляется и численность русских останется на прежнем уровне, зато 32% думают, что русское население покинет Северный Кавказ практически полностью. В то же время абсолютное большинство в обоих случаях (74,88% на Ставрополье и 69,88% в КЧР) относятся к отъезду русских из региона отрицательно.
В качестве важнейших следствий этого процесса выступает “сбой” в выполнении социокультурных функций русским населением в регионе, среди которых особо можно отметить стабилизирующую функцию русского этнического сегмента, способствующую проведению здесь государственной политики, посредством, прежде всего, представителей русского этноса.
В качестве примера можно привести тот факт, что на конец 90-х гг., охарактеризовавшийся “свертыванием” воспроизводства социального капитала русской этнической общности в северокавказском регионе на федеральном уровне, приходится тенденция превращения некоторых многоэтничных по своей структуре северокавказских образований в моноэтничные (например, Чечня и Ингушетия).

Таким образом, миграционный отток русских приводит к перераспределению социальных позиций титульных этносов в различных пространствах региона (экономическом, политическом, культурном и т.д.), тем самым придавая данной проблеме политический оттенок, наполняя ее политическим содержанием.


Именно в этих условиях происходит актуализация проблемы вытеснения русского населения этносами-конкурентами, которые заинтересованы в придаче данной теме

политического характера

.
Тема миграционного оттока стала одной из доминирующих на страницах местной печати. Анализ печатного массива Карачаево-Черкесской Республики свидетельствует о постоянном присутствии данной проблемы и увеличении ее доли в общем объеме информации. Только за прошедший год было опубликовано свыше 150 материалов, так или иначе освещающих данный вопрос.
Вместе с тем, анализ прессы позволяет выделить некоторые особенности освещения миграционной тематики в информационном пространстве республики. Так, с одной стороны, интерес к ней в местных СМИ носит волнообразный характер, с другой, – очень часто этот интерес вызван не внутренними, а внешними причинами. В качестве примера можно вспомнить передачу Е. Масюк “Кавказский полумесяц”, а еще ранее – аналогичную по содержанию передачу С. Доренко, в которых говорилось о том, что миграционный отток вызван проведением антирусской, а точнее – антироссийской политики на Северном Кавказе.
Свои точки зрения на данный вопрос не замедлили позиционировать ведущие общественно-политические движения региона, а именно: ОПД “Адгылара” и “Адыгэ-хасэ” [4] .
В частности, по мнению Б.Х. Акбашева, депутата НС КЧР, бывшего президента МЧА:“… борьба против притеснения абазин, казаков, русского населения и черкесов и изолирование их из экономической и общественно-политической жизни республики продолжается. Она будет продолжаться до тех пор, пока мы не добьемся своей главной цели – возвращения в состав Ставропольского края… окружение Семенова сделало второй рывок – сформировало полукриминальное правительство и карманное руководство парламента. Проявляя непрофессионализм и некомпетентность в руководстве экономикой, отдельные чиновники правительства республики способствуют разжиганию межнациональной розни, увольняя лиц по национальному признаку… все идет по старому хубиевскому сценарию… терпению многих граждан КЧР приходит конец”.
В свою очередь, по заявлениям Татьяны Козыревой, председателя ОПД “Казачка”: “… положение русских в республике как никогда тяжелое. А с приходом к власти Владимира Семенова оно еще более ухудшилось…” [5].
Уже в октябре-ноябре 2000г. в КЧР была организована специальная правительственная комиссия, в задачи которой входил анализ этнодемографической ситуации в республике. Результаты проверки были опубликованы в правительственной газете “День Республики”, ряде районных газет, а также независимой газете “Горские ведомости” [2]. Согласно публикуемым в них сведениям, результатом проверки явилось аналитическое заключение, в котором в числе основных причин, обусловливающих отток русскоязычного населения из республики, были названы:

  1. Отсутствие рабочих мест в Карачаево-Черкесской Республике. При этом особо отмечалось, что последствия ухудшения экономического климата к республике испытывают на себе все народы, однако только у русскоязычного населения есть объективные возможности переселения в другой регион страны с последующим трудоустройством;

  2. Обычная смена места жительства в связи с переездом к родственникам (в основном – к детям, переехавшим в другой регион РФ)

Результаты данного заключения явились во многом упрощенным вариантом отчета, сделанного на основе анализа, проведенного немного ранее экспертной группой миротворческой миссии “Северный Кавказ” [3]. Согласно этому заключению значительный миграционный отток русского населения из КЧР обусловлен рядом причин социально-экономического и этнополитического характера, в числе которых особо были отмечены следующие:

  1. К причинам социально-экономического характера необходимо отнести, в первую очередь то, что к концу 1960-х-началу 1970-х годов была создана в основном та материально-техническая база, на которой была основана промышленность этих республик к началу процесса их “суверенизации”, особенно ее ведущие отрасли, для строительства и эксплуатации которых в довоенные и послевоенные годы привлекались специалисты и квалифицированные кадры из других регионов России. К этому же периоду следует отнести и подготовку значительного числа квалифицированных рабочих и специалистов из числа титульных национальностей. С одной стороны, это сняло в определенной мере потребность республики в привлечении квалифицированной рабочей силы из “русских” регионов страны, с другой – привело к конкуренции на рынке труда, особенно в престижных сферах занятости. Естественно, что в этой конкуренции повсеместно “стали выигрывать” национальные кадры. В таком трудоизбыточном регионе, каковым традиционно является Карачаево-Черкесия, это стало повсеместным явлением не только на рынке труда, но и в сфере получения высшего и среднего специального образования.

  2. К причинам этнополитического характера следует прежде всего отнести все более обостряющуюся межэтническую напряженность как между титульными национальностями, так и между ними с одной стороны, и русскими – с другой.

Соглашаясь в целом с вышеизложенным, хотелось бы добавить сюда еще один фактор, способствующий росту миграционного оттока русских из региона. Это активизация деятельности многочисленных экстремистских исламистских организаций, ставящих своей целью создание единого исламского государства на Северном Кавказе и не скрывающих при этом своих антироссийских и антирусских настроений, что также усиливает межэтническую напряженность в регионе как между титульными этносами, так и между титульными этносами с одной стороны и титульными этносами и русскими – с другой.
Резюмируя, хотелось бы отметить, что ситуация, складывающаяся в регионе на данный момент, позволяет говорить о низкой степени эффективности тех немногочисленных мер, которые предпринимаются властями в сфере противодействия дальнейшему развертыванию миграционного оттока русского населения из региона. Проводятся многочисленные исследования, позволяющие при поверхностном анализе сделать вывод о принятии властями практических мер по изучению и устранению проблемы. Однако, эти меры зачастую не идут дальше “исследовательского” этапа. При более глубоком изучении причин существующего положения дел оказывается, что зачастую решением проблемы занимаются люди, не компетентные в принятии практических решений в данном вопросе и не обладающие необходимыми навыками. Об этом же свидетельствует тот факт, что интерес к данной теме носит исключительно внешний характер. В частности, все исследования проводятся не по предварительной инициативе, а являются лишь реакцией на действия центральных СМИ и изложенные в них факты. Сами органы местной власти предпринимают в большей степени “театральные” меры в ее устранении. Столь же “театрализовано” подходят к данной теме и местные средства массовой информации. Практически отсутствуют серьезные глубокие аналитические статьи, освещающие положение дел в данной области. Статистика замещает содержание.
К возможным для республики последствиям следует отнести то, что миграционный отток русского населения из республик Северного Кавказа становится основным фактором “выталкивания” из России в целом или из регионов прибывания масс мигрирующего русского населения “лиц кавказской национальности”. Это способствует усилению “кавказского синдрома”, дистанцированию от представителей коренного населения Северного Кавказа жителей остальной части России. В перспективе, все вышеперечисленное в совокупности может привести к самым нежелательным последствиям для российской государственности.

Примечания:



        1. Население Карачаево-Черкесской автономной области (статистический сборник по материалам всесоюзных переписей). – Черкесск. – 1990.

        2. “Сальдо в миграционных процессах” // “День республики”, №106(838), 12.09.00.

        3. “Пути мира на Северном Кавказе” Независимый экспертный доклад под редакцией А.А.Тишкова. – М. – 1999.

        4. “Митинговый понедельник” // “Горские ведомости”.

        5. “Митинг возобновился” // “Новая народная газета”. - №10 (30).

        6. “Северный Кавказ”, М. – 1999.

        7. Денисова Г.С. “Этносы в политической жизни России 90-х гг.”. – Ростов-н/Д. – 1996.

        8. “Сеть этнологического мониторинга”, №6. – 1999.

        9. “Кто покидает республику?” // “Горские ведомости”, №36(68), 05.09.00.

        10. “Как дальше жить на Руси?” // “Черкесск: вчера, сегодня, завтра”, №35 (139), 05.09.00.

        11. “Боль души или политиканство?” // “Джегутинская неделя”, №20 (71), 21.12.00.

        12. “Правительственная комиссия завершила работу” // “Джегутинская неделя”, №1(72), 06.01.00.


  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.