.RU
Карта сайта

Точка опоры - затылочная кость - Пьер Трико, член остеопатического регистра Франции, Д. О


Точка опоры - затылочная кость.


Установка этой координаты позволяет многочисленным второстепенным зонам задержки энергии использовать ее в качестве точки опоры, которой не хватало им, чтобы освободиться от своей нагрузки. В этом смысле мы рассматриваем затылочную компрессию как глобальную технику, направленную на весь организм. Такое представление позволяет нам понять, почему происходят последовательные циклы освобождения: каждый цикл соответствует освобождению одной зоны задержки энергии.
Мы так же можем по другому взглянуть на феномен, описанный Сатерлендом: «...вы увидите, как многочисленные вторичные и компенсаторные поражения позвоночника исчезают, и на первый план выступают первичные поражения». (Wales ed., 1990, 203­204). По мнению Сатерленда, это явление происходит благодаря спинно-мозговой жидкости, которая под влиянием техники распространяется по всем структурам тела, и играет роль смазки. Мы же смотрим на этот феномен по-другому. Мы считаем, что за счет освобождения задержек энергии, рассеянных по телу, организм восстанавливает свои внутренние связи (общение) и вновь находит координаты. Он прекращает выдавать неадаптированные ответы и расслабляется. Кроме того, если каждая зона задержки увеличивает общую плотность организма, то расслабление этих зон приводит к его глобальному размягчению. Такая точка зрения имеет множество преимуществ. Она дает нам целостное видение модели тканей. Кроме того, она отворачивает нас от идеи сверхъестественных возможностей ликвора, которые невозможно подтвердить физиологической наукой.
Итак, мы ощущаем одинаковые вещи, но интерпретируем их по-разному. В результате, мы возвращаемся к цитате Магуна: «После выполнения компрессии четвертого желудочка нам будет легче почувствовать и устранить все вторичные поражения. Именно поэтому правильно начинать любое лечение с этой техники. Она особенно показан нервным, напряженным и беспокойным пациентам». (Magoon, 2000, 112-113).

Альтернативные варианты подхода.


Если невозможно выполнить технику на затылке, можно провести ее на уровне крестца. В этом случае, основным фулькрумом системы тела станет нижнее прикрепление твердой мозговой оболочки. Техника сработает, хотя точка опоры будет находится далеко от фулькрума Сатерленда. Потому что систему, которая ищет фулькрум, больше устроит далекая точка опоры, чем отсутствие точки опоры.
Захват на уровне крестце производится вторым вариантом альтернативного подхода к тазу. Врач садится на край кушетки и устанавливает каудальную руку поперек крестца, так чтобы основание ладони приходилось на подвздошный гребень. Цефалическая рука контролирует подвздошные кости. Можно выполнять технику следующим образом. Вначале нужно оказывать плавное постепенное давление на подвздошные кости по направлению к крестцу и выйти на максимальную плотность. Затем направить внимание и интенцию на все тело, и позволить циклам освобождение протекать так, как было описано выше. Закончить нужно техникой череп/крестец/череп. Если это невозможно, потому что невозможен подход к черепу, можно уравновесить верхнюю половину тела глобальным подходом через плечи. Эта манипуляция описана в главе о верхней конечности. Разница будет заключаться только во внимании и интенции: вместо того, чтобы сконцентрировать их на плечах, мы должны направить их на всю систему тела пациента. Так же возможно использовать вспомогательные средства, о которых мы уже говорили: апноэ на выдохе, усиление отказа, диалог с тканями.

Вопросы и ответы.


В варианте техники затылочной компрессии вы совершенно не обращаете внимание на некоторые элементы, о которых говорил Сатерленд и его последователи. Например, о контроле над приливом, компрессии желудочка и диффузии ликвора.


С тех пор, как Сатерленд описал технику компрессии четвертого желудочка, выдвигались многочисленные теории о том, что именно происходит во время этой техники. Ни одна из них не нашла неопровержимых доказательств. Мы знаем о компрессии только несколько очевидных фактов. Если честно, то я не знаю наверняка, что происходит во время техники затылочной компрессии. Я даже не уверен, несмотря на то, что говорили наши учителя, имеет ли эта техника отношение к четвертому желудочку.
Я могу лишь констатировать результаты техники: освобождение, глубокое расслабление структур тела, регуляция тонуса пара- и орто-симпатической системы и т.п. Компрессия затылка имеет такие благотворные последствия, что наш опыт заставил нас включить ее modus operandi тканевого подхода. Если хотите, мы рассмотрим объяснении техники.

Итак, прилив.

Уточним, что Сатерленд подразумавал под этим словом: «Посмотрите на колыхание волн прилива. Движение волн вверх - вдох, движение вниз - выдох. Вы думаете, что это касается только волны, набегающей на берег? Нет. Прилив - это движение всей массы океана, неделимой массы воды. Посмотрите, внутренний потенциал находится именно в массе океана, массе прилива. В этой массе больше силы и потенциала, чем в волнах, разбивающихся о берег». (Wales ed., 1990, 15). Сравнивая массу прилива и волны, Сатреленд объясняет нам различия между первичным и вторичным дыханием. Он сравнивает явление экспансии/ретракции тканевого ритмического импульса с приливом. Таким образом, компрессия четвертого желудочка рассматривается как техника, управляющая Приливом: «Компрессия четвертого желудочка направляет Прилив. Не так ли? Ее цель - замедлить флуктуацию до состояния ритма короткого периода. Я уже говорил об этой Умной жидкости. Это нечто, питающее нервную ткань Дыханием Жизни. В нервных волокнах происходит трансмутация Дыхания Жизни. Она доходит до «самых тонких элементов, соседствующих с лимфатической системой»». (Wales ed., 1990, 168-169).
Для Сатерленда замедление Прилива дает живым структурам то время, которое позволяет им улучшить обмен: «Врач, который освоил эту специфическую технику компрессии четвертого желудочка, с ее помощью выполняет замедление флуктуации ликвора до достижения ритма с коротким периодом. При достижении этого ритма происходит обмен между всеми жидкостями тела. Именно этот физиологических эффект и позволяет нам советовать врачам: «Если вы не знаете, что делать, выполните технику четвертого желудочка». Эта техника имеет очень обширные физиологические эффекты». (Wales ed., 1998, 218).
Метафора прилива очень интересна. Но если мы посмотрим на нее в свете причинно-следственных связей, то сразу же появится вопрос: «А что вызывает прилив?». Мы знаем, что в случае с приливом в океане речь идет о воздействии притяжения луны и солнца, а так же, без сомнения, других более отдаленных звезд. Таким образом, прилив - это видимое проявление чего-то невидимого. Мы не можем воздействовать напрямую на прилив. Тем не менее, мы можем использовать его в своих целях, например, строить приливные электростанции, как в Рансе. А что с приливом в системе тела? Мы так же рассматриваем его как видимое проявление чего-то невидимого - сознания. Работать на приливе, значит либо направлять его, т.е. использовать его мощность (как в технике v-sрread и, возможно, в технике компрессии затылка), либо воздействовать на сам прилив посредством сознания.

Использование прилива. М

ы рассматриваем тело, как пластичную, флюидичную, способную к деформации систему, в которое постоянно чередуются экспансия и ретракция. А значит, мы можем представить, что создавая точку опоры, мы вносим в систему точку замедления. Глубокий импульс прилива переносится на периферию, вызывая с периферических тканях тонкое чередующееся растяжение. Мы можем рассматривать это в качестве важной помощи при освобождении задержек в тканях.

Контроль прилива.

Чтобы контролировать прилив, нужно воздействовать на то, что его запускает - на сознание. Наше внимание и интенция позволяют нам это сделать. Можно сказать, что присутствие, внимание и интенция врача дает телу пациента субъективный фулькрум, который позволяет сознаниям тела обрести точку опоры, которой им не хватало. Если мы чувствуем замедление, это значит, что происходит изменение проявлений телесного сознания. В наших опытах с присутствием мы видели, что от качества присутствия зависит замедление ритма и увеличение амплитуды первичного дыхания, т.е. перцепция прилива. Я рассматриваю это явление как синхронизацию с сознаниями тела.
Итак, во время затылочной компрессии качество присутствия врача позволяет не только освобождать незначительные зоны задержки энергии, но и синтонизироваться с сознаниями на различных уровнях. Это проявляется замедлением ритма и увеличением амплитуды.
Мы можем объединить это понятие с концепцией неподвижности. Мы знаем, что фулькрум - это синоним неподвижности. Присутствие и направление внимания позволяют сознанию стать неподвижным, за счет чего происходит рецентрирование. Стабильность, неподвижность врача усиливают неподвижность сознаний пациента. Это проявляется ощущением замедления прилива.
Таким образом, качество присутствия и концентрации врача очень важно, т.е. именно эти характеристики обеспечивают изменение прилива в теле пациента. Я предполагаю, что Сатерленд ощущал то же самое, не зная о том, что именно присутствие вызывает такой эффект. Частично он говорит об этом явлении, когда упоминает псалом 46: «Be still and know», что можно перевести как «Успокойся и обрети знание» или «Стань неподвижным и обрети знание». Напомним, что представления Сатерленда о духовных материях, т.е. о фулькрумах, были, главным образом, библейскими. Это напоминает нам текст Роллина Беккера, который так и называется Be still and know (Успокойся и обрети знание) (Brooks ed., 1997, 24-38).
Мы не стремимся принять ту же точку зрения. Но наша точка зрения не изменит самой сути механизма. Тем не менее, об этом стоит размышлять.

Компрессия желудочка.

Те явления, которые мы видим во время техники, с самого начала связывали с изменением тонуса центров, расположенных с стенке четвертого желудочка. «Это тот же принцип ,что при компрессии четвертого желудочка. В общем, с практической точки зрения, лучше осуществлять компрессию четвертого желудочка, т.к. именно она позволяет воздействовать на тонус физиологических центров, включая дыхательный центр». (Wales ed., 1998, 63). На самом деле, я не уверен в том, что мы действительно сжимаем желудочек. Не стоит забывать, что между затылочной костью и желудочком лежит мозжечок. Возможно, что наше воздействие намного более сложное и глобальное, чем нам кажется.

Возможности спинно-мозговой жидкости.

Это еще одно из возможных объяснений действия техники компрессии четвертого желудочка. Вот что говорит Сатерленд: «В самом ликворе находится некая невидимая структура, которую я называю Дыханием Жизни». (Wales ed., 1990, 14).
Компрессия заставляет ликвор распространяться на периферию, где он действует как смазка. «Я хотел бы обратить ваше внимание на положительное воздействие флуктуации спинно-мозговой жидкости на хронические поражение позвоночника. Я называю ликвор «всепроникающей жидкостью». Он как смазка заставляет работать старые заржавевшие механизмы. Например, чтобы выкрутить старый заржавевший винт мастер начинает с того, что смазывает его маслом. Масло проникает в резьбу, и затем мастер может выкрутить винт пальцами, даже не прибегая к отвертке, и не рискуя сорвать шлицы. Так же и с приливом. Замедляя прилив до короткого ритма, вы осущетсвляете обмен всех жидкостей тела. Это как бы смазывает все хронические поражения, постепенно приводя их к нормальным условиям функционирования. Таким образом можно избавиться от фиброза и восстановить нормальную мышечную ткань». (Wales ed., 1990, 185-186).
Я уже говорил, что сомневаюсь в наличии специфических способностей у ликвора. Повторяться не стану. Мне хочется лишь объяснить происходящее, не прибегая к сверхъестественным возможностям ликвора.
Концепцию Дыхания Жизни можно рассмотреть с точки зрения решения быть ,которое порождает сознание. Это решение создает два полюса (я - не я), между которыми циркулирует энергия. Мы можем называть эту жизненную энергию как угодно: qi, prana, Дыхание жизни. не важно. В любом случае, это жизненная энергия. Как только появляется сознание, появляется и Дыхание Жизни. Если мы рассматриваем нашу вселенную как результат решения Я Существую, которое является абсолютным центром, мы можем так же сказать, что существует Дыхание Жизни, единое для всех. Наши я есть порождают его. А мы можем направлять его поток, благодаря нашему вниманию и интенции. В зависимости от тех центров сознания, с которыми нам удастся синхронизироваться, мы свяжемся с все более и более утонченным и наполненным внутренним потенциалом Дыханием Жизни.

Вы ничего не говорите о противопоказаниях.


Сатреленд тоже. А вот Магун упомянал некоторые из них: «Компрессия четвертого
желудочка противопоказана при церебральных кровотечениях. Кроме кровотечений в
стадии разрешения. Мы должны подождать достаточное время, чтобы сгусток крови
успел сформироваться и был готов к распаду. В этих случаях мы можем проводить
технику, но только с помощью подхода через крестец. Это относится к случаям
апоплексии, травмам и т.п
» (Magoon, 2000, 113).
Р.Капоросси и Ф.Пейралад дают больше противопоказаний, не всегда говоря о причинах их появления: «Эпилепсия, последствия энцефалита (в период гиперестезии), риск кровотечения, переломы, травмы черепа, свежие сосудистые нарушения, параплегии, сердечная астма, пониженное давление, брадикардия, черепно-шейные травмы, хлыстовые травмы, парасимпатикотонические и ваготонические состояния, депрессивные состояния, астматический криз, беременность (3й, 5й и 8/9 месяцы беременности)». (Caporossi, Peyralade, 1992, 352-353).
Есть и другие противопоказания, которые не описаны в печатных источниках, но регулярно передаются слушателям устно. Кажется, что чем дальше, тем больше противопоказаний мы придумываем. Некоторые из них появились, без сомнения, не основе рассуждений о физиологии и последствиях компрессии. Другие появились в результате неудачного опыта применения техники, связанного с некорректным ее выполнением.
Что же касается меня, единственными противопоказаниями я считаю свежие травмы черепа и свежие сосудистые нарушения. Некоторые противопоказания, которые сегодня считаются абсолютными, мне представляются просто смешными. Например, беременность и депрессивные состояния.
В случае с беременностью, мне кажется, что это противопоказание появилось в результате неверной трактовки высказываний Магуна относительно беременных: «Мы можем уменьшить отек лодыжек, снизить давление крови, расслабить напряжения мышц и фасций и побороть слабость матки». (Magoon (3) 1966-76, 115, 303). Что же касается депрессии, то я сам не раз лечил пациентов в таком состоянии. У большинства из них ткани привели меня к необходимости выполнить компрессию затылка, которая не вызвала никаких нежелательных эффектов. Но я повторяю, что я никогда не делаю пациенту только одну технику компрессии. Как минимум, после нее я выполняю технику череп/крестец/череп. Это позволяет подвижной системе обрести свою механическую ось и облегчает адаптацию к произошедшим изменениям.
Увеличение числа противопоказаний говорит о том, что врачи отдалились от своих ощущений. Они работают только с помощью своего интеллекта. Они сформулировали противопоказания, не проверив их необходимость на практике. Это привело к тому, что они предостерегают своих учеников, показывая им целый список противопоказаний. В результате, ученики не могут выполнить технику или выполняют ее таким образом, что она не работает оптимально. Ученик проецируют свои страхи и предосторожности на живые структуры, которые реагируют на них соответствующим образом.

А как быть с Большой Волной (

Long

Tide

)?


Вот что говорит о ней Роллин Беккер: «Это механизм флуктуации, каждый цикл которого длится примерно полторы минуты. 10 лет назад я открыл этот механизм у своих пациентов. Я не имею понятия ни о его природе, ни о его источнике. Это ощущение более полного прилива, более массивного. Он сопровождается ощущением постепенной экспансии всего тела пациента. За ним следует ощущение постепенного обратного движения (снижения). Затем снова экспансия. Это ритмичный сбалансированный обмен внутри всей физиологии организма». (Brooks ed., 1997, 54-55).
По нашей логике, эта большая волна соответствует ощущению синхронизации с организующим сознанием высшего уровня. Такое сознание, вероятно, существует всегда и у всех, в том числе и у врача. Но чтобы его почувствовать, нужны особые обстоятельства присутствия. Остеопаты, работающие в области биодинамики, последователи Роллина Беккера, такие как Джеймс Джелас, ищут этот прилив и придают ему большое терапевтическое значение.
С практической точки зрения, я не считаю нужным систематически обращать внимание на этот феномен. Мне кажется важным работать над присутствием, укоренением (расслаблением захвата), общаться с живым, дать проявиться тому, что может проявиться, в зависимости от состояния врача, пациента и других обстоятельств. Однажды вы обязательно почувствуете большую волну, даже не стараясь ее найти. Это очень интересный опыт, вызывающий ощущение робости и трепета.
Если вас действительно интересует это направление, то я советую вам сосредоточиться на сознании, а не на ощущении Волны, которая и есть сознание. Мне кажется, что именно за счет умелого владения укоренением и ослаблением захвата вы сможете почувствовать ее: «Это явление происходит только тогда, когда оно необходимо. А так же только тогда, когда врач и пациент достаточно спокойны, чтобы оно смогло произойти. Совсем не нужно вызывать его специально». (Brooks ed., 1997, 113).

Вы подвергаете сомнению то, чему учили нас наши предшественники. Не считаете ли вы это высокомерным?


На самом деле, можно и так сказать. Именно это долгое время останавливало меня, и я не высказывался. Но затем я понял, что невозможно запретить живому существу думать так, как он хочет. Итак, я последовал за своей идеей. Я могу объяснить, что заставило меня подвергнуть сомнению учение предшественников.
Вы заметили, что я оспариваю только некоторые объяснения, толкования. Но никогда не оспариваю ни ощущения наших учителей, ни, естественно, их гениальность. Мне кажется, что возможность ставить под сомнение некоторые толкования очень важна. Именно она позволяет развиваться нашему пониманию происходящих явлений.
Не стоит так же забывать, что эти объяснения в глазах их создателей были всего лишь гипотезами. Именно мы превратили их в неоспоримые факты, в учения. Запретить себе подвергать что-либо сомнению, значит создать догмы. Это, конечно, может дать нам интеллектуальный комфорт. Но чаще всего догмы просто заполняют пустоту наших суждений и скрывают логические несовпадения. А наша цель напротив - создать единую концепцию, чтобы понять все наилучшим образом. А это предполагает свободу сомневаться. Мне кажется, что в этом нуждается краниальная концепция и вся остеопатия. Сомнение необходимо для нашего выживания.

Техника на печени.


История.


Когда мы развивали наш подход, мы начали систематически использовать технику затылочной компрессии в начале сеанса, когда ткани советовали нам это сделать. Это в большинстве случаев позволяло раскрыть систему тела пациента. Но однажды возник вопрос, который надо было как-то решить. Что делать, когда компрессия затылочной кости не помогает? То есть, что делать, когда плотность, напряжение и инерция настолько велики, что эта техника не позволяет открыть систему? Нужно было найти выход из ситуации. Я понял, что у всех таких пациентов область диафрагмы была очень ригидной и инертной, и что работа над этой области позволяла немного разблокировать общение системы. Я начал работать на диафрагме и понял, что плотность происходила не от диафрагмы, а от печени. Я сконцентрировал свою работу на печени и добился возврата системы к общению.

Почему печень?


Не анатомо-физиологические рассуждения привели меня к необходимости работать над областью печени, а метод проб и ошибок. В то время, до-Баралевское время, мы рассматривали проблемы висцеральной сферы как следствие, а не как причину. Мы считали, что проблемы внутренних органов были следствием механической или нейровегетативной дисфункции. Вопрос возник сам собой: почему работа на печени позволяет открыть систему? Мне вполне хватило знаний о механических, нервных, циркуляторных и метаболических связях печени, чтобы объяснить влияние этого органа на все тело. К тому же, я располагал эффективным протоколом воздействия, что позволяло мне не задумываться больше над этими вопросами. Тем не менее, этот вопрос очень заинтересовал Клер Аймерик (Claire Aymeric). В ту пору она была студенткой, и взяла эту тему за основу для своей дипломной работы: Влияет ли печень на кранио-сакральную ось? Она стала искать связи, которые могли бы существовать на анатомическом, нейровегетативном, циркуляторном, гормональном и эмбриологическом уровне. И нашла их. Я советую читателям изучить ее работу (Aymeric, 1998).

Показания к технике.


Основное показание было описано выше. Это слишком мощная плотность, напряжение и инерция, которые являются показанием к выполнению техники компрессии затылочной кости. Но параметры настолько мощны, что не позволяют технике компрессии затылочной кости вернуть систему к состоянию общения. Вот тогда нужно делать технику на печени.
Существуют и другие показания: тракция к области печени от черепа, от таза, или от висцеральной сферы. Локальная плотность при работе на грудной клетке и диафрагме. Так же показанием может быть симптоматика пациента. Но прежде чем браться за работу, в этом случае, нужно убедиться, что эта зона действительно уплотнена.

Установка рук.


Пациент лежит на столе. Врач стоит с права от него. Он укладывает левую руку на


область печени: плашмя на реберную решетку пациента, большой палец повернут в сторону таза (см. фото). Правая рука встает на противоположную сторону реберной решетки, становясь на ее латеральную и заднюю часть. Если пациент не снимает майку, мы можем своей ладонью захватить ткань его одежды. Это сделает наш захват более мощным.
Руки врача выпрямлены. Точка опоры - пол. Нужно,
чтобы врач осознавал, что является точкой его опоры,
и работал относительно пола. Важно выждать время

Положение врача в техниче на печени


и укорениться.

Субъективные параметры.


Врач укореняется: ощущение веса тела в
ногах. Затем он создает присутствие
(ослабление захвата).

Внимание врача направлено на область
печени.

Вначале техника глобальная,
затем она может быть направлена более
локально туда, куда укажут ткани.

Распределение интенции:

вначале это
глобальная интенция -
синтонизироваться с объективными параметрами структуры печени, затем -создать точку опоры для данной области, которая будет механической координатой. Заем интенция энергии, где бы на уровне печени они не располагались.
Более точная интенция позволяет постепенно выполнять технику, концентрируясь сначала на синхронизации с плотностью, затем с напряжением, затем с движением структуры печени. Затем нам нужно будет адаптировать эти параметры к изменениям, происходящим в тканях.

Объективные параметры.


Установка плотности

происходит в два этапа. Вначале врач очень постепенно и очень медленно совершает компрессию области печени своей левой рукой. Его движение направлено к позвоночнику пациента. Нужно чтобы усилие исходило от всего тела врача, а не только от руки. Точка опоры - пол. Врач должен анализировать спонтанные ответы тканей с момента начала своего давления. Он должен следовать за ответом тканей туда, куда они хотят идти. Ткани приведут врача прямо к плотной зоне.
Во вторых врач компримирует другую сторону реберной решетки, толкая ее в сторону печени. Движение должно идти от точки опоры на полу, а не от кисти или предплечья. Этой рукой врач тоже следует за движением тканей.

Напряжение

устанавливается в то же время за счет сокращения собственных мышц кистей рук.

Выполнение техники.


Врач следует за движением тканей, направляясь в сторону наибольшей плотности. Таким образом, следуя за тканями, врач сближает свои руки и выходит на зону наибольшей плотности. Врач концентрирует свое внимание и силу компрессии на этой плотной зоне и следует за изменениями объективных параметров по мере освобождения и происхдящих изменений.

Несколько точек покоя.


В фазе компрессии, как и в фазе экспансии может возникать несколько точек покоя. Во время компрессии ткани могут останавливаться, а затем продолжать двигаться в сторону компрессии. Нужно следовать за ними. Во время экспансии ткани тоже могут останавливаться, и затем снова продолжать движение. Таким образом, экспансия может происходить в несколько этапов.

Остановка в состоянии напряжения.

Некоторые остановки тканей могут выглядеть как still-point, но не быть заключительной фазой. Такие остановки происходят не после возврата в нейтральное положение, но в состоянии напряжения. Когда ткани оказываются на самом деле заблокированными в напряжении, нужно помочь им возобновить освобождение. Для этого можно использовать описанные выше дополнительные средства: апноэ на выдохе, увеличение отказа, диалог с тканями.

Повторяющиеся циклы.

Мы настаиваем на том, что освобождение никогда не происходит сразу. Оно происходит постепенно, за несколько циклов. С каждым новым циклом структура становится все более и более пластичной и мягкой.

Окончание техники.


Каждый цикл освобождения заканчивается своим still-point, за которым следуем экспансия тканей. Но в определенный момент врач почувствует особенно мощную экспансию, следующую за точкой покоя. Врач почувствует, как ткани плавятся под его рукой, как они внезапно расслабляются. При этом выделяется большое количество тепла, которое чувствует и врач и пациент. Пациент глубоко вдыхает. После этого явления все попытки врача начать новый цикл освобождения ни к чему не приводят. Ему не удается больше найти плотность в тканях.

Альтернативные подходы.


Когда врач чувствует, что наибольшая плотность на уровне печени располагается на задней ее поверхности, он может использовать альтернативный захват. Пациент лежит на боку, врач стоит позади него.

Для контакта с печенью

врач устанавливает свою руку на заднюю поверхность реберной решетки. Гипотенар устанавливается вплотную к остистым отросткам позвонков. Другая рука встает на нижнюю часть реберной решетки спереди.

Положение врача, рычаги.

Врач разводит локти, чтобы использовать инерцию и вес своего тела. Центр тяжести на ногах, плотно стоящих на полу.

Выход на параметры.

Он осуществляется уже описанным способом. Внимание концентрируется на области печени, чтобы позволить печени освободить накопленную энергию. Последовательная установка интенции позволяет выйти на объективные параметры (сначала плотность, затем напряжение, и движение).

Выполнение техники.

Врач осуществляет легкую постепенную компрессию обеими руками. Его руки двигаются по направлению друг к другу, следуя за в тканях при компрессии. Нужно вести свои руки в сторону наибольшей плотности. Врач концентрирует внимание на области наибольшей плотности. Как всегда, освобождение происходит в несколько циклов. Если общение с плотной зоной затруднено, можно использовать вспомогательные средства, описанные выше: апноэ на выдохе, увеличение отказа, диалог с тканями.

Другие альтернативные подходы.

Мы описываем только те манипуляции, которые используем сами. Но любая известная вам техника может быть использована с применением субъективных и объективных параметров. Нужно лишь правильно установить рычаги воздействия, чтобы работать с наименьшими усилиями.

Важные замечания.


Глобальная техника.

Мы начинаем выполнять технику, работая на всей области -глобально. Затем, в соответствии с указаниями тканей, мы концентрируемся на конкретной зоне. А затем, когда эта зона освобождена, снова на всей области. Ткани снова выдают нам плотную зону, мы концентрируемся на ней, и продолжаем... Глобальный подход часто позволяет расслабить вторичные задержки, и не работать на них локально. С опытом врач сможет проделывать все больше и больше циклов освобождения. Но каким бы опытным не был врач, он не должен прерывать технику, не окончив цикл. Остановка тканей может напоминать окончание цикла. Но если за ней не происходит экспансия, то цикл не окончен. Нужно будет применить вспомогательные средства.

После техники.


Поведение врача после выполнения техники может зависеть от тех показаний тканей, которые заставили его выполнить ее. Если врач начал делать технику на печени, потому что не смог без нее осуществить затылочную компрессию, то нужно доделать эту компрессию и довести ее до конца. Нужно позволить технике завершиться, чтобы начавшаяся работа тканей дошла до конца. Затем, нужно завершить ту технику, невозможность выполнения которой навела на мысль о необходимости затылочной компрессии.

В любом случае,

нужно уравновесить систему техникой череп/крестец/череп. Ее нужно выполнить либо сразу же после техники на печени, либо после техники компрессии затылочной кости, если вы ее выполняете. Движения тканей, которые вы почувствуете на уровне черепа после выполнения техники на печени, ни оставляют никаких сомнений в важности печени в системе тела.
Чтобы связь печени с системой тела была очевидной, на наших семинарах мы выполняем технику на печени втроем. Пациент лежит на столе, один врач стоит на черепе, а второй -на печени. Второй врач выполняет технику на печени так, как было описано выше. Врач, стоящий на черепе, выполняет глобальную технику на черепе, которая тоже была описана нами выше. При этом его внимание сосредоточено на печени. Врач, стоящий на черепе, обычно бывает поражен теми изменениями и движениями, которые появляются на черепе при работе на печени.

Вопросы и ответы.


Я не совсем понял, что означает «спроецировать внимание» на определенную область? Это значит создать ментальный образ данной области?


Нет. Если мы создадим образ области в нашем мозгу и направите ваше внимание на этот образ, то вы спроецируете этот образ на данную область. Вы будете общаться с образом, а не с самой областью и ее сознаниями. Процесс проекции внимания точно такой же, как при общении с человеком. Вы проецируете свое внимание на вашего собеседника. Вы не создаете никаких образов этого человека. Таким образом, говоря о проекции внимания, мы говорим о пространстве. Мы должны спроецировать наше сознание, самого себя на данное пространство. Вы ведь можете спроецировать ваше сознание на человека. Значит, сможете спроецировать его и на выбранную область тела. Это только вопрос тренировки. Нужно научить осознанно выполнять то, что обычно вы проделываете несознательно.

Кажется, вы не обращаете внимания на мобильность и мотильность печени, описанную в висцеральном разделе остеопатии.


На этот счет у меня такое же мнение, как и на счет механики черепа: здоровье проявляется нормальной механикой. Но нарушают эту механику именно зоны задержки энергии. таким образом, меня волнует только поиск и освобождение этих зон. Когда я проделаю это, механика снова станет нормальной. Напоминаю вам, что мы работаем с сознанием. а механика отходит на второй план.
Чтобы убедить вас в этом, советую вам проделать два легких теста. Проанализировать мобильность печени у пациента, запомнить ее характеристики, а затем выполнить технику на печени, описанную выше. Затем уравновесьте систему техникой череп/крестец/череп. Снова проделайте тест мобильности. Вы увидите изменения.

Всегда ли нужно выполнять затылочную компрессию после техники на печени?


Нет. Только тогда, когда невозможно выполнить затылочную компрессию без предварительного выполнения техники на печени. А вот технику череп/крестец/череп нужно выполнять всегда.

Если область печени играет такую большую роль в системе тела, почему бы не начинать с работы на ней? Мы могли бы систематически делать эту технику? Это пошло бы только на пользу.


Избегайте систематизации. Общайтесь со структурой тканей вашего пациента. Работайте, следуя указаниями тканей. Вы ведь работаете с сознанием, которому что-то необходимо. Дайте ему то, что ему необходимо, а не то, что предполагает систематический подход.

Что делать, если плотность и напряжения слишком велики, и техника не работает?


Такое возможно. Но я не смогу предложить вам чудодейственной техники для таких случаев. В таких случаях эффективными будут техники на печени и компрессии затылка. Освободите то, что может освободиться. Одна из техник хоть немного, но обязательно сработает. Это удивительно, но даже незначительное на первый взгляд расслабление бывает достаточным для того, чтобы в системе произошли значительные изменения. Если вы ощущаете хотя бы малейшее движение, оно означает освобождение энергии. Дайте ему дойти до конца. Не бросайте незавершенными циклы освобождения.

Вот чем мы займемся сейчас.


Мы продолжим описание техник. Теперь мы рассмотрим техники на черепе и на позвоночнике.
«Начинающие врачи хотят получить как можно больше техник. Зная, что они знают мало, они стараются заполнить недостаток знаний объемом техник. Они не могут просто посидеть и послушать. В результате, они не могут «подключиться», чтобы информация дошла до их существа. Поработав пять минут над одной техникой, думая, что они овладели ею, они просят показать новую. Они как дети просят «новую игрушку». Они не стремятся достигнуть более глубокого уровня. Почему? Может быть потому, что они боятся собственной тени? Боль нашего пациента напоминает нам о нашей собственной. Сидя неподвижно, спокойно слушая, мы встречаемся лицом к лицу с самим собой». (Milne, 1995, 9).
2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.