.RU
Карта сайта

XVII - Борис Виан я приду плюнуть на ваши могилы


XVII


До этого момента я не задумывался о трудностях, в которые меня может вовлечь намерение уничтожить этих девиц. Сейчас вдруг у меня появилось желание все бросить и продолжать продавать книги, не портя себе кровь. Но надо было, чтобы я это сделал ради малыша, и ради Тома, и ради себя тоже. Я знавал типов, которые попадали в ситуацию, сходную с моей, которые забывали о своей крови, и становились на сторону белых в любых обстоятельствах, и, не колеблясь, наносили удар черным, когда представлялась такая возможность. Таких типов я тоже не без удовольствия убил бы, но дело надо делать постепенно. Сначала девицы Эсквит. У меня было немало шансов прикончить других: вся эта мелюзга, с которой я водился – Джуди, Джики, Билл и Бетти, но это не представляло никакого интереса. Малопрезентабельно. Эсквит – это будет мой первый опыт. Потом, думаю, выпутавшись, я смогу ликвидировать какого нибудь значительного типа. Не сенатора, но что нибудь в этом роде. Мне немало требовалось, чтобы успокоиться. Но сначала надо было поразмыслить о том, как выкарабкаться после того, как обе эти сучки умрут у меня на руках.
Лучше всего было бы замаскировать это под несчастный случай на дороге. Люди стали бы задавать вопрос, что им понадобилось возле границы, но об этом забыли бы, как только было бы произведено вскрытие тела Джин и обнаружилось, что она беременна. А Лу, так она просто поехала вместе с сестрой. Я же здесь не причем. Вот только когда я буду в безопасности, а дело закрыто, я все скажу ее родителям. Они узнают, что их дочку поимел негр. К этому моменту мне нужно будет поменять на какое то время обстановку, а потом не останется ничего другого, как опять начать. Идиотский план, но самые большие идиоты – те, кому все удается наилучшим образом. Я был уверен, что Лу явится туда через неделю после нас; эта девица была в моих руках. Поездка вместе с сестрой. Джин вела машину, а потом вдруг приступ тошноты за рулем. Что может быть естественнее? У меня будет время выскочить. Я непременно отыщу подходящую для этой игры местность в тех краях, куда мы поедем… Лу будет сидеть впереди возле сестры, а я – сзади. Сначала – Лу, и если Джин выпустит руль при виде этого, дело будет сделано.
Но эта комбинация с мотором нравилась мне лишь напполовину. Прежде всего, это было не ново. И потом – это важнее – слишком быстро все будет сделано. Нужно, чтобы у меня было время сказать им – почему, нужно было, чтобы они поняли, что они в моих лапах, чтобы отдали себе отчет в том, что их ждет. Машина… но это потом. Машина – это завершение. Думаю, что я придумал. Сначала увезти их в тихое местечко. А там прикончить. Имея к этому основания. Потом в машину – и несчастный случай. Столь же просто, сколь и удовлетворительно. Да? Вот так?
Я еще подумал об этом некоторое время. Я начинал нервничать. А потом я послал все эти идеи к черту и сказал себе, что получится не так, как я придумал, и тут я вспомнил малыша. И еще я вспомнил свой последний разговор с Лу. Что то начало получаться у меня с этой девицей, и теперь прорисовывалось четче. И это стоило того, чтобы рискнуть. Тачка, если получится. Не получится – ну, что же. Граница оттуда недалеко, а в Мексике не существует смертной казни. Думаю, что все это время в голове моей неясно маячил этот другой проект, который сейчас обрел форму, и я сообразил, что к чему.
В эти дни я выпил немало бурбона. Мозги мои варили с трудом. Я достал еще кое что кроме патронов; купил лопату и кирку, и еще веревку. Я еще не знал, что выйдет из этого моего проекта. Если получится, мне в любом случае нужны будут патроны. Если же – нет, то мне сослужит службу остальное. А лопата и кирка – на всякий случай, если пойдет в ход идея, молнией сверкнувшая у меня в голове. Я считаю, что парни, которые готовят какое ннибудь дело, ошибаются, когда с самого начала строят совершенно определенный план. На мой взгляд, предпочтительнее предоставить возможность вмешаться случаю; но когда наступает подходящий момент, под рукой должно быть все необходимое. Не знаю, может быть, я был неправ, когда не готовил окончательно все заранее, но, возвращаясь мыслью к этим историям с машиной и несчастным случаем, я чувствовал, что они мне уже меньше нравятся. Я не принял в расчет важный фактор: у меня в распоряжении будет достаточно времени, – я и старался не слишком концентрироваться на этом. Никто не знал, куда мы отправимся, и, думаю, Лу никому об этом не скажет, если наш последний разговор произвел на нее желаемое воздействие. А это я узнаю, как только появлюсь.
А потом, в самый последний момент, за час до отъезда, меня охватил какой то ужас, и я все задавал себе вопрос, найду ли я, приехав, Лу на месте. Это был самый тяжелый момент. Я сидел у стойки и пил. Не знаю, сколько стаканов я выпил, но мозг мой был так ясен, словно бурбон Рикардо превратился в простую чистую воду, и я видел, что надо делать, так же ясно, как видел лицо Тома, когда взорвался бидон бензина на кухне; я спустился в аптеку и закрылся в телефонной кабине. Набрал номер местной телефонной станции и попросил соединить меня с Приксвилем; меня сразу же моединили. Горничная ответила мне и сказала, что Лу сейчас подойдет, и через пять секунд она была у телефона.
– Алло, – сказала она.
– Это Ли Андренсон. Как вы?
– Что происходит?
– Джин уехала, не так ли?
– Да.
– Вы знаете, куда она отправилась?
– Да.
– Она вам сказала об этом? Я услышал ее смех.
– Она дала объявление в газете. Эта девица ничего не упускала из виду. Она, наверно, догадывалась обо всем с самого начала.
– Я заеду за вами.
– Вы не поедете с ней?
– Поеду. С вами.
– Я не хочу.
– Вы прекрасно знаете, что поедете. Она ничего не ответила, и я продолжал:
– Будет проще, если я вас заберу.
– Зачем же тогда ехать к ней?
– Надо же ей сказать…
– Что сказать? Теперь была моя очередь смеяться.
– Я освежу вашу память в дороге. Готовьте чемодан, и поедем.
– Где мне вас ждать?
– Я сейчас выезжаю. Буду у вас через два часа.
– На своей машине?
– Да. Ждите меня в своей комнате. Я дам три сигнала.
– Посмотрим.
– До скорого.
Я не стал ждать, пока она ответит, и повесил трубку. И вытащил носовой платок, чтобы вытереть пот со лба. Я вышел из кабины, заплатил за разговор и поднялся к себе. Вещи мои были уже в машине, деньги – с собой. Я написал в фирму письмо, в котором объяснял им, что вынужден срочно выехать к заболевшему брату; Том простит мне это. Не знаю, какие у меня были намерения по отношению к этой работе в книжной лавке – она меня совсем не обременяла. Я не сжишал за собой мосты. До сих пор я жил, не зная особых трудностей и не испытывая неуверенности – никогда, ни под каким видом; теперь же эта история начала вызывать во мне возбуждение, и дело шло не так гладко, как обычно. Мне хотелось бы быть уже на месте, сделать все и заняться чем нибудь другим. Не выношу, когда надо заниматься работой, близкой к завершению, а дело было как раз в таком состоянии. Я оглянулся вокруг, чтобы проверить, не забыл ли я чего, и взял шляпу. Нэш стоял кварталом дальше. Я включил зажигание и отъехал. Как только я очутился за городом, я зафиксировал акселератор на предельной скорости, и предоставил машину самой себе.

XVIII


На этой дороге было чертовски темно и, по счастью, мало движения. В основном тяжелые грузовики в одном и том же направлении. Почти никто не ехал на юг. Я действительно сделал все, что было возможно. Мотор ревел, как двигатель трактора, термометр показывал сто девяносто пять, но я старался выжать еще больше, и это мне удавалось. Я только хотел успокоить свои нервы. После часа этого треска дело пошло на лад, и тогда я немного снизил скорость и опять услышал поскрипывание кузова.
Ночь была влажная и холодная. Запахло зимой, но пальто мое было в чемодане; Господи! никогда еще я настолько не замечал холода. Я следил за дорожными знаками, но дорога была несложна. Время от времени выплывали заправочные станции – три четыре барака, а потом опять – дорога. Пробежит порой какой нибудь зверек, мелькнут фруктовый сад или возделанное поле, а потом опять ничего.
Я думаю, что сделаю сто миль за два часа. На самом же деле, получается сто восемь или сто девять, если вдобавок не учитывать время, потраченное на то, чтобы выехатьь из Бактона и обогнуть сад на подъезде. Я был перед домом Лу через полтора часа, может, чуть больше. Я попросил нэш сделать все, что было в его силах. Я подумал, что Лу, наверное, уже готова, и потому медленно проехал вдоль ворот, максимально приблизился к дому и дал три гудка. Сначала я ничего не услышал. Оттуда, где я остановился, не было видно ее окна, но я не решался выйти из машины или опять загудеть из опасений вызвать у кого нибудь подозрения.
Итак, я остался ждать в машине; я увидел, как дрожат у меня руки, когда зажигал сигарету, чтобы успокоить нервы. Через две минуты я отбросил ее и долго колебался, прежде чем дал еще три гудка. А потом, когда я все таки решился выйти из машины, я догадался, что она идет, и, обернувшись, увидел, как она приближается к машине. На ней было светлое пальто, никакой шляпы, в руке – огромная сумка коричневой кожи, которая, казалось, сейчас лопнет, а больше – никакого багажа. Она открыла дверь и села рядом со мной, не говоря ни слова. Я закрыл дверцу, наклонившись через нее, но не стремясь поцеловать ее. Она была недоступна, как дверца сейфа.
Я отъехал, развернувшись, чтобы выбраться на дорогу. Она глядела прямо перед собой. Я взглянул на нее краешком глаза и подумал, что дело пойдет на лад, когда мы выберемся из города. Проехали еще сто миль на бешеной скорости. Теперь уже чувствовалось, что Юг недалеко. Воздух стал суше, и ночь не так темна. Но мне надо было сделать еще пятьсот миль. Я не мог больше оставаться рядом с Лу и молчать. А запах ее духов между тем заполнил машину; это чертовски возбуждало меня, потому что перед моими глазами вставала она посреди своей спальни в разорванных трусиках с этими своими кошачьими глазами, и я вздохнул достаточно громко, чтобы она это заметила. Она словно проснулась, стала оживленнее, и мне нужно было теперь создать более теплую атмосферу, потому что неловкость еще реяла в воздухе.
– Не холодно?
– Нет, – сказала она. Она вздрогнула, и от этого пришла в еще более дурное расположение духа. Мне подумалось, что она устраивает нечто вроде сцены ревности, но мне надо было заниматься машиной, и я не мог уладить дело быстро, потому что в моем распоряжении были только слова, поскольку она выказывала столь явно свою неохоту. Я оторвал одну руку от руля и порылся в ящике для перчаток. Вытащил бутылку виски и положил ей на колени. Там же в ящичке был стаканчик. Я взял его и положил рядом с бутылкой, а потом закрыл ящик и повернул ручку радиоприемника. Мне следовало подумать об этом раньше, но я решительно был не в своей тарелке. Меня тревожила мысль, что дело еще впереди. К счастью, она взяла бутылку, открыла ее, потом наполнила стакан и выпила его залпом. Я протянул руку. Она наполнила стакан еще раз и опять осушила его. И только теперь налила мне. Я не ощутил, что выпил, и вернул ей стакан. Она положила все в ящик, немного расслабилась на своем сиденье и расстегнула две пуговицы пальто. На ней был весьма короткий костюм с длинными отворотами жакета. Под ним прямо на голое тело был надет лимонного цвета пуловер, и ради своей безопасности я упорно старался смотреть прямо на дорогу.
Теперь в машине пахло ее духами и спиртным, немного сигаретами, и это был именно тот запах, что ударяет прямо в голову. Но я не опустил стекла окон. Мы по прежнему молчали; это длилось еще полчаса, а потом она открыла ящик и выпила еще два стакана. Теперь ей стало жарко, и она сняла пальто. И когда она при этом наклонилась в мою сторону, я слегка нагнулся и поцеловал ее в шею, как раз возле уха. Она резко отодвинулась и обернулась, и посмотрела на меня. А потом взорвалась смехом. Думаю, виски стал оказывать на нее действие. Я проехал еще пятьдесят миль, а потом пошел, наконец, в наступление. Она опять выпила виски.
– По прежнему не в форме?
– Порядок, – проговорила она медленно.
– Никакого желания ехать вместе со стариной Ли?
– О, все в порядке!
– Никакого желания увидеть сестричку?
– Не говорите мне о моей сестре.
– Это милая девушка.
– Да, и хорошо трахается, не так ли? У меня от этого перехватило дыхание. Кто угодно другой мог бы сказать мне такое, и я не обратил бы на э то внимание, – Джуди, Джики, Би Джи, но не Лу. Она видела, что я онемел, и так засмеялась, что поперхнулась. Когда она смеялась, видно было, что выпила.
– Разве не так говорят?
– Да, – подтвердил я. – В точности так.
– Разве не этим она занимается?..
– Не знаю. Она опять рассмеялась.
– Не стоит труда, Ли, знаете. Я уже не в том возрасте, когда верят, что можно заиметь ребенка от поцелуя в губы!
– Кто говорит о ребенке?
– Джин ждет ребенка.
– Вы больны?
– Уверяю вас, Ли, не тратьте силы. Я знаю то, что знаю.
– Я не спал с вашей сестрой.
– Спали.
– Я не делал этого, и даже если бы делал, она не ждет ребенка.
– Почему она все время плохо себя чувствует?
– Плохо она себя чувствовала и у Джики, однако я не сделал ей ребенка. У вашей сестры чувствительный желудок.
– А остальное? Не такое чувствительное?
Потом она обрушила на меня град ударов. Я втянул голову в плечи и нажал на акселератор. Она колотила меня изо всех сил; это не так уж сильно, но все же чувствительно. Недостаток мускулов она компенсировала нервной энергией и хорошей подготовкой на корте. Когда она остановилась, я встряхнулся.
– Вам лучше?
– Мне очень хорошо. А Джин, ей потом было хорошо?
– Потом?
– После того, как вы ее натрахали?
Она, безусловно испытывала большое удовольствие, повторяя это слово. Если бы в этот момент я сунул руку ей между ног, уверен, мне пришлось бы вытирать ее.
– О, – сказал я, – она уже этим занималась! Новый град ударов.
– Вы грязный лгун, Ли Андерсон.
После этой атаки она задыхалась, а смотрела по прежнему на дорогу.
– Думаю, что предпочел бы трахать вас, – сказал я. – Мне больше нравится ваш запах, и волосы на лобке гуще. Но Джин трахается хорошо. Я буду сожалеть о ней, когда мы от нее избавимся.
Она не шелохнулась. Слушала это, как и остальное. У меня же перехватило в горле, и, словно в озарении, я вдруг начал понимать.
– Сделаем это сейчас же, – прошептала Лу, – или только потом?
– Что сделаем? – прошептал я.
Ей было трудно говорить.
– Вы будете меня трахать?.. – сказала она так тихо, что я скорее понял, чем услышал, что она говорит. Теперь я был возбужден, как бык, мне от этого было почти больно.
– Сначала надо убрать ее, – сказал я.
Я сказал это только, чтобы увидеть, по настоящему ли она в моих руках.
– Я не хочу, – сказала она.
– Вы так дорожите своей сестрой, да? Да вы просто струсили!..
– Я не хочу ждать…
На свою удачу, я увидел заправочную станцию и остановил тачку. Мне нужно было подумать о чем то другом, иначе я потеряю хладнокровие. Я остался сидеть и сказал типу со станции, чтобы он заправил машину. Лу повернула ручку дверцы и выпрыгнула на землю. Она шепнула что то парню, и он указал ей на какое то строение. Она удалилась и вернулась через десять минут. Я тем временем указал парню на шину, которую надо было подкачать, и заказал ему сэндвич, который не смог съесть.
Лу села на свое место. Я заплатил парню, и он вернулся к себе досыпать. Я завел машину и понесся сломя голову; так мы ехали еще часа два. Лу не двигалась. Казалось, она спит; я совершенно успокоился, и вдруг она потянулась, открыла ящик и на сей раз выпила три стакана один за другим. Теперь я не мог взглянуть на нее, не возбуждаясь. Я пытался продолжать вести машину, но, проехав еще десять миль, остановил тачку на обочине. Была еще ночь, но уже чувствовалось приближение рассвета; ветра в этих краях не было. Кругом рощицы, кусты. Что то около получаса назад мы проехали какой то город.
Я нажал на тормоза, хлебнул из бутылки и сказал ей, чтобы выходила. Она открыла дверцу и взяла свою сумку, я пошел за ней; она двинулась в сторону деревьев и остановилась, не дойдя до них, попросила у меня сигарету; я оставил сигареты в машине. Я сказал ей, чтобы подождала меня; она стала рыться в сумке, ища их, но я уже пошел к машине, почти побежал. Я взял и буиылку тоже. Она была почти пуста, но у меня было еще в багажнике.
На обратном пути мне трудно было идти, и я начал расстегиваться, еще не дойдя до нее; в этот момент я увидел вспышку выстрела револьвера и тут же почувствовал, что мой левый локоть словно раскололся; рука моя повисла вдоль туловища; если бы я не расстегивался, то заполучил бы эту штуку прямо в легкие.
Эти мысли промелькнули в одну секунду; еще через секунду я бросился на нее и выкрутил ей запястье, а потом я нанес ей удар кулаком в висок изо всех сил, потому что она попыталась меня укусить; но я находился в неудобной позиции и к тому же испытывал адскую боль. Она получила свое и опустилась на землю, и осталась без движения; но дело мое еще не было закончено. Я подобрал револьвер и положил его себе в карман. Это был всего навсего калибр 6,35, как и мой, но сучка прицелилась точно. Я бегом вернулся к машине. Я придерживал левую руку ладонью правой и, наверное, гримасничал, как китайская маска, но я был в такой ярости, что не отдавал себе отчета в том, какую боль испытываю.
Я нашел то, что искал, – веревку – и вернулся. Лу зашевелилась. У меня в распоряжении была одна лишь рука, чтобы связать ее, и мне было больно, но когда это было сделано, я начал бить ее по лицу; сорвал с нее юбку и разорвал пуловер, и опять стал бить по лицу. Мне пришлось придерживать ее коленом, пока я снимал с нее этот чертов свитер, но мне удалось лишь расстегнуть его спереди. Начало понемногу светать; часть ее тела была в более густой тени дерева.
В этот момент она попыталась заговорить и сказала мне, что я ее не получу, и что она только что позвонила Дексу, чтобы он предупредил фараонов, и что она поняла, что я подонок, когда я заговорил о том, что надо прикончить ее сестру. Я рассмеялся, и тогда она изобразила на лице тоже что то вроде улыбки, и я влепил кулак ей в челюсть. Грудь ее была тверда и холодна; я спросил у нее, почему она выстрелила в меня, и попытался овладеть собой; она сказала, что я грязный негр, что Декстер сказал ей это, и что она поехала со мной, чтобы предупредить Джин, и что она ненавидит меня, как никого никогда не ненавидела.
Я опять рассмеялся. В груди моей словно колотился кузнечный молот, руки дрожали, левая сочилась кровью; левое предплечье пронзал ток.
Тогда я ответил ей, что белые убили моего брата, и что меня получить будет потруднее, во всяком случае, она получит свое сполна, и я сжал одну из ее грудей так сильно, что она чуть не потяеряла сознание, но она молчала. Я надавал ей пощечин до полусмерти. Она опять открыла глаза. Наступило утро, и я видел, как они сверкают от слез и ярости; я наклонился над ней; я, наверное, принюхивался, как какое нибудь животное, и она начала вопить. Я укусил ее между ног. Рот мой был полон черных и жестких волос оттуда; я отпустил ее ненадолго и потом впился опять – ниже, где кожа нежнее. Я погрузился в запах ее духов, она надушилась и там, но она вопила, как свинья, от этих криков по коже бежали мурашки. Тогда я сжал зубы изо всех сил и не отпускал. Я почувствовал, как брызнула мне в рот кровь, а поясница ее извивалась, несмотря на веревку. Лицо мое было залито кровью, и я немного отполз на коленях. Я никогда не слышал, чтобы женщина так кричала; вдруг я заметил, что кончил в штаны; это потрясло меня, как никогда, но я испугался: вдруг кто нибудь появится. Я чиркнул спичкой, увидел, что она вся в крови. В конце концов, я стал лупить ее как попало правым кулаком, сначала в челюсть, почувствовал, как разбились ее зубы, и продолжал – я хотел, чтобы она перестала кричать. Я ударил ее сильнее, а потом задрал ее юбку и заткнул ей рот, и сел на голову. Она извивалась, как червяк. Я не мог и подумать, что жизнь так крепко засела в ней; она так резко дернулась, что я подумал – сейчас мое левое предплечье сорвется, я отдавал себе отчет в том, что до того разгневан, что мог бы с нее живьем сорвать кожу, тогда я поднялся, чтобы добить ее ногами, и всем телом налег, поставив башмак ей на горло. Когда она уже не шевелилась, я почувствовал, что это подступило опять. Колени мои дрожали, и я боялся, как бы самому не откинуть концы. 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.