.RU
Карта сайта

Пётр Гладилин Фотоаппараты - 3


Тоня отворачивается к стене.
Топорков. Слышала?
Говоркова. Я слышала!
Топорков. Амба, мне конец. Финита ля комедия! Не мок-
нуть мне под дождем. Не будет у меня собаки. Не
познать мне вкус измены.
Говоркова. Она еще тысячу раз передумает
Топорков. Не сомневаюсь! Она не передумает. Я в этом
абсолютно убежден!
Говоркова. Что же делать?
Топорков. Бежать!
Говоркова. Куда?
Топорков. В Америку!
Говоркова. Куда-куда?
Топорков. К чертовой матери эту дачную жизнь.
Этих мух и бабочек, рыбалку, резиновые са-
поги, дурацкие анекдоты. Вино в граненом ста-
кане, сигареты, глянцевые журналы на веранде,
лягушки в лужах, дождевые черви на асфальте
после дождя. Забыть навсегда, как страшный
сон. Бежать в Америку! Сегодня, сейчас же! Не-
медленно!
Говоркова. Почему в Америку?
Топорков. Потому что это Америка!
Говоркова. Очень убедительно!
Топорков. Америка — это Америка! Вот что это такое!
Говоркова. Я тебя не брошу. Одного.
Топорков. Перестань. У тебя своя жизнь, у меня своя.
Тебе какое дело?
Говоркова. Нет, ты так не говори. Мы друзья. Куда ты,
туда и я. Я с тобой!
Топорков. На сборы две минуты. В Нью-Йорк. Прямым
рейсом! Собирайся. Фотоаппараты!
Говоркова. Зачем?
Топорков. Устроимся работать фотокорреспондентами.
В газету. В «Санди Таймс». В «Нью-Йоркер»!
Говоркова. Кому нужны зародыши в «Санди Таймс»?
В «Нью-Йоркере»? Сам подумай!
Топорков. Нужны, еще как нужны!
Говоркова. Вообще, нехорошо брать чужое.
Топорков. Она хотела украсть у меня жизнь. Нечто более
ценное. Подумаешь, фотоаппараты.
Говоркова. Куда мы будем скачивать фотографии?
Топорков. Надо забрать ноутбук.
Говоркова. У нее на компе курсовая работа по физике.
Топорков. Ерунда! И шнур USB.
Говоркова. Готово!
Топорков. За мной! Бежим!
Говоркова. За тобой! Бежим! В Америку?
Топорков. За бугор! В Америку.
Топорков и Говоркова берут фотоаппараты, ноутбук,
ретируются.
Сцена шестая
Утро. У реки.
Топорков. Подумай как следует, может, не стоит, вер-
нешься?
Говоркова. Нет, я с тобой.
Топорков. Аккуратнее, смотри под ноги.
Говоркова. Утро. Как здесь красиво. Ты только по смотри.
Какие пейзажи!
Топорков. Пропади пропадом эта красота!
Говоркова. Бабочка!
Топорков. Мисс Мгновение? (Бабочке.) Привет.
Бабочка. Привет.
Говоркова. У нас здесь такое! У нас здесь такое проис-
ходит!
Бабочка. Все. Мне осталось... три минуты шесть секунд.
Из восьми тысяч шестисот мгновений я выбрала
самые красивые. Мне надо успеть их рассмотреть.
(Достает тряпочку, высыпает оттуда новые
стекляшки, поочередно берет их в лапки, рассмат-
ривает и кидает в сторону.)
Топорков. Мы опоздаем на самолет!
Появляется Муха
Муха. Тише вы! Вы не на футболе! Здесь с жизнью про-
щаются!
Бабочка. Вот они, самые-самые, самые-пресамые выда-
ющиеся мгновения моей жизни: последний луч
солнца, запутавшийся в траве. (Рассматривает
кристалл и бросает в сторону.) Утренний ветерок
сдул с ромашки полупрозрачную шляпку. Две
молодые беременные женщины гуляют по траве
босиком. Мальчик купает коня в реке. Ежик пьет
росу из шляпки подосиновика. На меня смотрит
маленький мальчик. Я ему нравлюсь. Он бежит за
мной с сачком в руках. Ах, как страшно! Сверканье
велосипедных спиц. Первый и последний в жизни
закат. Прощай, солнышко! Два зародыша, бреду-
щие через ночь. Цифровые фотооткровения —
какая я красивая и еще молодая! Осколок зеркала
у дороги — я уже не такая молодая, но со следами
былой красоты. Тополиный пух, летящий по ветру.
Капля дождя. Всего одна. Упавшая с неба. На левое
крыло. И больше ни единой капли. Ветер унес ноч-
ное облако. Сухость во рту. Я выпила единствен-
ную каплю и забыла сказать облаку спасибо. Ночь.
Муки совести. Первый и последний в жизни рас-
свет. Заснуть? Некогда. Красивые, полные нектара
новые цветы на лугу! Дурманящий запах клевера
и ромашки! Уходит жизнь. Последнее мгновение.
Небо. Огромное бескрайнее небо. Небо.
Последняя стекляшка падает на землю.
Я запомнила только то, что увидела. Только изоб-
ражения встают передо мной, когда вспоминаю
о прошлом. Ни печаль, ни радость, ни отчаяние.
Просто картинки. Странно! Как будто в прошлом
одни только картинки! Прощайте, небо, облака.
Звезды, я вас не вижу. Звезды. Солнце! Луна! Ар-
риведерчи! (Падает замертво.)
Муха. Все! Финита ля комедия!
Говоркова. Готова!
Топорков. Окочурилась.
Говоркова. Как жалко!
Топорков. Как страшно!
Говоркова. Бабочка!
Топорков. Не слышит.
Говоркова. Ба-ба-бабочечка! Ба-ба-бабочечка!
Топорков. Она еще жива.
Говоркова. Ба-бо-чеч-ка! Ба-бо-чеч-ка!
Муха. Не дозовешься. Оттуда не возвращаются.
Топорков. Закопаем?!
Муха (вытирает слезы). Нет, пусть лежит. Пока не рас-
сыплется, она будет украшать собой планету. К ве-
черу ветер сдует ее в реку.
Топорков. Какой ужас! Как это все ужасно. Как страшно!
Бежим.
Муха. Куда намылились, головастики?
Говоркова. В Нью-Йорк.
Топорков. Меня хотят выскрести! Ножиком!
Муха. Кто?
Говоркова. Антонина.
Муха. Кто такая?
Топорков. Мать родная.
Муха. Я же говорила! Все дачники — убийцы. Какая жес-
токость! Меня тоже сегодня утром один жирный
подонок в майке чуть по стеклу не размазал... газе-
той. Для них убить — как икнуть после бутерброда
с колбасой! А почему в Нью-Йорк?
Топорков. Потому что это Америка!
Муха. Ну что ж, Нью-Йорк — прекрасный город. Мес-
тами очень грязный, что, собственно говоря, заме-
чательно! И что вы там будете делать?
Топорков. Фотографировать.
Муха. Что фотографировать?
Топорков. Все!
Говоркова. Устроимся работать репортерами в газету.
Топорков. «Санди Таймс».
Говоркова. Или «Нью-Йоркер».
Топорков. Фоторепортерами.
Муха. А это что?
Говоркова. Ноутбук.
Муха. Первый раз в жизни такое вижу: зародыши с дву -
мя фотоаппаратами и ноутбуком, задрав штаны
бегут в Америку. Именно такими мгновениями
жизнь и прекрасна, когда ты созерцаешь то, чего
не созерцал ранее. (Говорковой.) А тебе зачем Аме-
рика сдалась?
Говоркова. Я за компанию!
Муха. Понимаю.
Топорков. Да мы не против остаться на родине.
Говоркова. И быть обыкновенными дачниками.
Топорков. Ходить на рыбалку в резиновых сапогах.
Говоркова. Пить вино на веранде, отгоняя мух.
Топорков. Перекинуться в картишки.
Говоркова. Наловить рыбы.
Топорков. Принести домой и забыть про нее, а наутро,
когда она сгниет, вспомнить, отдать кошкам.
Говоркова. Посидеть ночью у костра и спеть песню под
гитару.
Топорков. Пожарить шашлык, позвать друзей.
Говоркова. «Виноградную косточку в теплую землю...»
Топорков. Однако не получается.
Говоркова. Надо спасать жизнь.
Муха. Расскажите там о нас, что живет в Завидово навоз-
ная муха по имени Дункель.
Говоркова. Мы посвятим вам передовицу.
Топорков. В «Нью-Йоркере».
Говоркова. Или в «Санди Таймс»!
Топорков. Прощайте навсегда!
Муха. Прощайте.
Сцена седьмая
Нью-Йорк. Гостиница. Топорков в кресле курит сигару,
макая один конец в виски. Говоркова лежит на диване.
Говоркова. Топорков!
Топорков. Что, Говоркова?
Говоркова. Я просила тебя не курить дома.
Топорков. Это не дом, это гостиница.
Говоркова. Пока мы живем в гостинице, это наш дом.
Открой окно.
Топорков. Я курю очень мало, одну сигару две недели.
Хочешь виски?
Говоркова. Виски и сигара — это очень грубо.
Топорков. А что, по-твоему, изысканно?
Говоркова. Бокал вина. Утренний бриз на океане. Белые
огромные альбатросы, шагающие по песку на
Лонг-Айленде.
Топорков. И что делать с альбатросами, каким образом
они заменят сигару? Ты предлагаешь мне выку-
рить птицу?
Говоркова. Их не надо курить, на них надо просто смот-
реть.
Топорков. А я бы с удовольствием выкурил альбатроса.
Огромное платановое дерево у нас под окном. Взял
бы в рот небоскреб, ну, например, «Импайр Стейст
Билдинг», подпалил бы с макушки, сидел бы на
балконе и курил.
Говоркова. Откуда такая страсть курить?
Топорков. Я вулкан. Я люблю дымиться. (Берет в руки
глянцевый журнал.) Никак не возьму в толк, по-
чему хозяин поставил во главе отдела фотогра-
фии человека, который совершенно не разбира-
ется в фотографиях? Мисс Гемович в прошлом
была гидом по Манхэттену. А мисс Сюзан, на-
чальник спортивных новостей?! Она
спорт, у нее был прачечный бизнес. А знаешь,
кто возглавляет отдел политики? Бывший борец
сумо!
Говоркова. И это газета с мировым именем! Я по-дру-
гому себе представляла бизнес в Америке.
Топорков. А в чем смысл? Смысл-то в чем?
Говоркова. Это сознательная политика руководства.
Топорков. А смысл-то в чем этой политики?
Говоркова. Наш хозяин, мистер Мак-Чилик, считает,
что во главе профессионалов должны стоять ди-
летанты и тупицы, идиоты. Он считает, что под-
линное искусство должно рождаться в конфликте,
не благодаря, а вопреки. То есть мы должны как
бы показывать чудеса героизма, прорываясь через
дилетантов к читателю. Поэтому «Нью-Йорк
Паунд» — лучшая газета в Америке. Я сделала пре-
красный снимок пожара в Бруклине, она сказала,
что пожарные машины слишком красные. Это был
действительно прекрасный снимок!
Топорков. Забудь!
Говоркова. Никогда так не говори.
Топорков. Это грубо?
Говоркова. Очень! Ты будешь спагетти?
Топорков. Да!
Говоркова. Тогда встань с дивана и свари.
Топорков. Я передумал, я не хочу.
Говоркова. Вода уже полчаса кипит на плите.
Топорков. Я читаю.
Говоркова. Я сплю.
Топорков. А кто со мной разговаривает?
Говоркова. Я не знаю кто.
Топорков. О’кей. С каким соусом?
Говоркова. С морским... из мидий.
Топорков. Вода выкипела.
Говоркова. Долей.
Топорков. Может быть, сходим в кафе?
Говоркова. Я не хочу выходить из дома. Дождь начина-
ется. Слышишь, стучит по подоконнику.
Топорков. Мы должны быть в редакции. Уже полтора
часа как.
Говоркова. Обойдутся без нас. Как сладко просыпаться
в половине третьего дня. Здорово мы вчера потан-
цевали.
Топорков. Мы прогуливаем. Они ударят нас по кар-
ману.
Говоркова. По карману — это не больно. Дождь, как это
прекрасно! Открой окно.
Топорков (открывает). Воздух пошел.
Говоркова. Посмотри, моя тачка на месте?
Топорков. Тачка — это грубо. Машина на месте. Что
с ней станется?
Говоркова (тянется). Потягушечки! Знаешь, о чем я по-
думала?
Топорков. Нет, конечно.
Говоркова. Мы принадлежим к первому поколению
фотографов, которые не используют в своей ра-
боте химический процесс. Серебро и вообще реа-
генты.
Топорков. Знаешь, сколько фотографий появляется
в Интернете ежедневно? Около двухсот тысяч,
около двадцати миллионов человек ежедневно
фотографируют.
Говоркова. Прекрасно.
Топорков. Но классикой станут сотни две фотографий.
Говоркова. Мои пара снимков, я надеюсь, войдут в эти
две сотни.
Топорков. Я мечтаю сделать снимок, с которого бы на-
чинался список.
Говоркова. Мания величия.
Топорков. Я много времени думал о том, какой бы это
мог быть снимок, на что собственно я должен на
править свой объектив?! Чтобы сделать этот един-
ственный и совершенно невероятный снимок!
Говоркова. Ну, и?
Топорков. Не знаю.
Говоркова. Такой фотографии до сих пор не существо-
вало. Фотографии номер один.
Топорков. У меня есть чувство, что именно я окажусь
в нужное время в нужном месте.
Говоркова. Мечтатель.
Звонок в дверь.
Кого нелегкая принесла?
Входит мисс Гемович в ярко-красном платье,
отдаленно напоминающем одеяние бабочки, с ней
хозяин газеты мистер Мак-Чилик.
Гемович. Они варят спагетти и читают журналы.
Мак-Чилик. И при этом отсутствуют на рабочем месте.
Топорков. Еще мы слушаем, как дождь стучит по подо-
коннику.
Гемович. Вместо того чтобы вкалывать в редакции.
Мак-Чилик. Они даже не испугались, когда мы вошли.
Говоркова. Неправда, я побледнела.
Мак-Чилик. Наглая ложь! У вас прекрасный цвет лица.
Гемович. Набрали зародышей из России... теперь му-
чаемся. Вот она, ваша хваленая кадровая поли-
тика, господин Мак-Чилик! Я же говорила, не-
льзя брать на работу нелегальных эмигрантов.
Тем более что они находятся во внутриутробном
состоянии!
Мак-Чилик (пробует спагетти). Спагетти, кстати, уже
сварились.
Гемович. С десяти утра все сотрудники на месте...
А вы?
Топорков. А мы всю ночь танцевали, а теперь лежим себе
и слушаем, как дождь стучит по подоконнику
Гемович. Уволены! Оба!
Мак-Чилик. Погодите. Давайте послушаем все вместе.
Гемович. Что? Что вы предлагаете нам послушать?
Мак-Чилик. Как дождь стучит по подоконнику. Может,
это стоящее занятие. Я слушаю нью-эйдж, сим-
фоджаз, никогда не слушал, как дождь стучит по
подоконнику.
Гемович. Я тысячу раз слышала...
Мак-Чилик. Может быть, здесь он стучит по подокон-
нику как-то по-особенному.
Гемович. Да я так не...
Мак-Чилик. Я просил тишины.
Все садятся, слушают дождь.
Здорово! Мне нравится. Браво! Причина уважи-
тельная. Великолепный дождь! Отличный подо-
конник! Вдохновиться — это очень бывает по-
лезно. Мы вас не увольняем.
Гемович. Но это уж слишком!
Мак-Чилик. Ребята! Есть одно срочное дельце!
Гемович. Мэрилин Мэнсон собирается в гости к Ма-
донне. Нам нужен фоторепортаж. Часа в три ночи
они выйдут из ее дома. Нам нужно схватить их
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.