.RU
Карта сайта

Олег Юрьевич Рой Тайна - 13


– Будешь?
Оля отрицательно покачала головой, и Валентина только усмехнулась.
В остальное время она не обращала на девушку никакого внимания, чему Оля была только рада.
Несмотря на отчетливую неприязнь к своей просительнице, Оля, как и любая женщина, все же ощущала вместе с тем легкое любопытство, а так как заняться в машине больше было нечем, она принялась исподтишка рассматривать Валентину.
На вид той было около тридцати двух – тридцати трех лет. Судя по коротким репликам, которыми она обменивалась с водителем, у нее было двое детей – девочка и мальчик, погодки, в возрасте пяти и шести лет. Сама она занимала какую-то второстепенную должность в Большом театре – что-то вроде администратора или заведующей реквизитом. Оля не знала, что конкретно означали эти профессии, но уяснила, что это хоть и не балерина или певица вовсе, но все равно должность почетная и уважаемая – попасть в Большой просто так было практически невозможно.
Муж Валентины был не последним начальником в каком-то военном засекреченном ведомстве, а чем он там занимался, женщина и сама толком не знала.
Если не принимать во внимание ее вздорный характер, внешне Валентина производила довольно приятное впечатление – миловидная шатенка, невысокая, но стройная и с гордой осанкой, она умела располагать к себе…
За окном стали мелькать высокие дома, постепенно приближался большой город, и Оля прилипла к окну, жадно впитывая новые впечатления. Через полчаса они въехали в Москву и покатили по оживленным улицам, по которым сновало неимоверное, по мнению Оли, количество машин и пешеходов… Это зрелище просто загипнотизировало девушку, и она не заметила, как Иван остановил автомобиль в каком-то переулке у красивого высокого дома.
Водитель вышел из машины и с уважением распахнул дверцу перед Валентиной, потом помог выбраться Оле.
– Ну вот мы и приехали, – улыбнулась Валентина девушке какой-то усталой, вымученной улыбкой. Сейчас она была не похожа на ту шикарную молодящуюся красотку, которая ступила на порог их дома – от долгой поездки вид ее стал помятым: спутанные волосы, несвежее лицо. Она подрастеряла часть своего лоска и теперь казалась несчастной женщиной, измученной дорогой и недосыпом, каковой она, собственно, в этот момент и была.
Вместе они поднялись на третий этаж, и хозяйка открыла дверь.
От стены в прихожей, словно тень, отделилась аккуратная дама средних лет в строгом платье и поприветствовала Валентину кивком головы.
– Это Евгения Константиновна, наша домохозяйка, она помогает мне по хозяйству, – чуть смущенно пояснила Валентина. Видимо, ее и саму шокировал контраст своей квартиры с деревенским жильем гостьи.
«Это прислуга, что ли, как у буржуев?..» – мелькнуло в голове у Ольги.
Ее поселили в отдельной комнате, маленькой, но чистой и уютной. Окна выходили в тенистый тихий двор, а вот из комнаты самой Валентины открывался красивый вид на Москву-реку и парк на другом берегу.
Некоторое время девушке потребовалось на то, чтобы освоиться с бытовыми особенностями – отдельной уборной, прямо в квартире, ванной и кранами с разной водой – горячей и холодной. Всего в квартире было пять комнат. На первых порах Оля не на шутку боялась тут заплутать. Детей Николаевых дома не оказалось – они отдыхали в детском лагере в Крыму.
Поселив Олю, Валентина тут же уехала, перепоручив ее заботам экономки.
– Пока отдыхай… Можешь сходить погулять, только смотри не заблудись, – милостиво разрешила она. – Сегодня у меня свои дела, а завтра займемся поисками.
Но девушка решила не искушать судьбу и весь день провела в библиотеке Николаевых, ничуть о том не пожалев – у них оказалось огромное количество книг.
Хозяйка не вернулась к обеду, поэтому Оле пришлось есть одной. Когда девушка вошла в столовую, то даже ахнула. Шикарно накрытый стол ломился от разнообразных деликатесов, многих из которых Оля не то что не пробовала, а даже никогда не видела. Первое время она в нерешительности топталась у двери, не решаясь сесть, и затравленно смотрела на столовые приборы, какие-то мудреные ножички и вилки. Домохозяйка, которая и приготовила все это великолепие, заметила робость девушки и с улыбкой тактично удалилась.
Только тогда Оля вздохнула свободно и с любопытством принялась изучать таинственные яства. Но так как она толком не умела держать нож и вилку – в деревне в основном орудовали ложками, – то все еще никак не осмеливалась приступить к еде.
Очевидно, хозяйка любила рыбные блюда – шпроты, селедка, различная рыба: соленая, жареная и вареная – были представлены во всем разнообразии. Также присутствовала колбаса, всевозможные салаты и соленья. Наконец Оля взяла ложку и начала накладывать себе понемногу из каждой тарелки. Многое показалось ей необычным на вкус, многое понравилось, а особенно копченая колбаса и шоколад.
А вот вкус маленьких красных и черных соленых пузырьков показался ей отвратительным. Попробовав черную и красную икру, она поморщилась – такого в ее деревне сроду не едали.
Валентина не вернулась даже поздним вечером, и Оля, поужинав оставленным Евгенией Константиновной пирогом и остатками обеденной трапезы, легла спать.
После утомительной поездки лечь на хрустящее белье было настоящим наслаждением. Едва донеся голову до подушки, Оля забылась легким, беззаботным сном.
Но довольно скоро она открыла глаза. Сна как не бывало. Часы показывали два.
«Больше не засну…» – тоскливо подумала девушка. Ей вдруг стало одиноко и грустно одной в огромной чужой квартире в незнакомом городе. Она тосковала по матери, по своим братьям, ведь раньше они никогда не расставались так надолго.
Вскоре она поняла, почему проснулась – от сильной духоты. В их деревенском доме такой духоты никогда не было. Форточки и окна были плотно закрыты и заклеены бумагой. Несмотря на то что квартира находилась на третьем этаже, а в подъезде сидела консьержка, наверно, Валентина панически боялась воров и не открывала окна даже летом.
Оля присела на кровати и принюхалась – от белья пахло не травяными отдушками, как у нее дома, а каким-то тонким и незнакомым ароматом. Не было и привычных деревенских звуков. Ночную тишину нарушал тревожный и непривычный шум большого, никогда не засыпающего города – отдаленный перестук колес поезда, гулкие шаги припозднившихся прохожих, даже какие-то голоса. Дыхание большого города, что так удивил ее днем, слышалось и ночью, только чуть приглушеннее. Оля попыталась подумать о чем-нибудь приятном, но в голову лезла всякая ерунда. Наконец она призналась себе, что ей просто-напросто страшно. Исчезни сейчас Валентина навсегда, она и дорогу домой не найдет, потеряется в этом городе из железа и бетона. И еще она поняла, что боится не столько города, сколько чего-то жуткого, неизведанного, но неотвратимого, как сама судьба. Оля не могла видеть свое будущее, так, как порой видела будущее других людей, но какие-то смутные предчувствия иногда посещали ее. Так она предчувствовала появление в ее жизни Пети. И он действительно приехал на этом своем чудном мотоцикле. Но ничего конкретного о себе она никогда не видела. Вот и сейчас она только чувствовала, что на нее надвигается нечто тяжелое, страшное и неотступное…
Она осторожно выбралась из-под одеяла и, ступая босыми ногами по полу, стараясь, чтобы паркет не скрипел, направилась на кухню.
Из крана монотонно капала вода. Не включая свет, она взяла со стола стакан и похолодела. В темноте кухни отчетливо раздавалось чье-то дыхание. Стакан выпал из ее рук, упал на пол и вдребезги разбился. Тут же вспыхнул свет. Прямо перед Олей, небрежно опираясь на подоконник, стоял молодой человек. Довольно симпатичный, с черными волосами и лукавыми глазами. На его лице блуждала глумливая улыбка.
– Испугались? – учтиво, но со скрытой насмешкой осведомился он. – Что же вы не бережете имущество моей бедной сестрицы?
– Простите, – прошептала Оля. Она с самого начала своего путешествия дала себе зарок ничему не удивляться и ничего не бояться, чтобы не выглядеть глупо, но сейчас не смогла скрыть ужаса.
На вид парню было лет двадцать шесть – двадцать семь. Он был в коричневом шерстяном пиджаке и черных брюках. Оля сразу же уловила чуть заметный запах спиртного.
– А вы кто? – растерянно спросила она, неловко поднимая с пола самый большой осколок стакана.
– А ты? – он, ухмыляясь, с интересом разглядывал ее. Только сейчас Оля поняла, что стоит перед незнакомым мужчиной в одной ночной рубашке.
– Что ты-то тут делаешь, милашка? Тебя, я слышал, моя сестрица из деревни притащила, совсем из ума выжила, – картинно вздохнул он, продолжая ощупывать девушку смоляными глазами, – приводить чужого человека в дом. Ведь что-нибудь украсть могут – потом концов не найдешь.
– Что вы! Я просто попить вышла, – пролепетала Оля. – Ой, тут убрать надо.
Она положила кусок стекла на стол и бросилась собирать осколки. Но голыми руками это было делать неудобно, к тому же под пронзительным взглядом этого неприятного парня она чувствовала себя неуютно. Девушка кинулась искать веник, наконец она обнаружила его в прихожей и начала сгребать осколки в совок.
Он накрыл ее руку с совком своей ладонью и горячо зашептал ей на ухо:
– Ты такая красивая… Меня, кстати, зовут Валерий, я брат Валентины… Не бойся, я никому не скажу, что видел тебя ночью на кухне, когда ты что-то тут искала. Никто ничего и не узнает. Хочешь?
Его дыхание было тяжелым и каким-то нездоровым. Он придвигался все ближе, и Оля отскочила от него, заливаясь краской. Ее передергивало от отвращения.
– Как вам не стыдно! – веник и совок выпали из ее рук, она бросилась в свою комнату, не помня себя от ужаса.
– Да я пошутил! – раздался ей вслед веселый возглас. – Нужны мне такие недотроги деревенские… Тоже мне, сокровище!
Тяжело дыша, девушка вошла в свою комнату, закрыла дверь на задвижку и еще долго дрожала, прижавшись к ней спиной.
Беглец
Утром ее разбудил оглушительный, как ей показалось, стук. Она подскочила к двери, отперла ее и тут же нырнула обратно в кровать, укрывшись одеялом до подбородка.
– Сегодня мы поедем на поиски, – объявила Валентина, входя в комнату и раздвигая тяжелые шторы. – Чего это ты запираешься? У нас воров нет, – хохотнула она. Солнечные лучи тут же забрались на одеяло, побежали по лицу и волосам девушки. Оля сладко потянулась – несмотря на ночные приключения, ей удалось неплохо выспаться.
– Вставай, нет времени разлеживаться, – поторопила ее Валентина.
Девушка с некоторым сожалением села на кровати, вздохнула, потом быстро оделась и вышла из комнаты.
На кухне все уже было убрано – никаких следов ночного происшествия не осталось – ни осколков, ни веника и совка. Оля вздохнула с облегчением.
Валентина сидела за столом, посвежевшая, с новой прической, намазывала джем на кусок булки. Прямо перед ней стояла чашка кофе и вазочка с яйцом.
– Сейчас поедем искать твой домик и Анатолия, – возвестила она, увидев девушку. – Машина уже ждет внизу. Иди умывайся. Кстати, я вчера ездила к своему другу – генералу. Рассказала ему про твой рисунок, описала место, но он посмотрел на меня как на полоумную. И так, кстати, считают многие мои знакомые, – она промокнула салфеткой губы и внимательно посмотрела на девушку: – Так что сегодня нам предстоит доказать всем, что ты не ошибаешься.
– Я вас предупреждала, что найти этот дом непросто, – пробормотала Оля и заторопилась в ванную. О ночном знакомстве с братом хозяйки она благоразумно решила умолчать.
Девушка умылась, все еще неуверенно крутя ручки кранов и путая их. Так как она не догадалась взять с собой побольше одежды, да и не до этого было, то поехала в том же наряде, в котором ходила в деревне – простая юбка да кофта.
Только выйдя из дома, она поняла, что выглядит нелепо – невольно сравнивая себя с девушками, которые встречались на улице. Было еще тепло, и москвички щеголяли в легких нарядных платьях и блузках.
И на этот раз Москва ошеломила ее, так же как и вчера, оглушила и потрясла. Видимо, Валентина жила в самом центре или совсем неподалеку: Оле показалось, что она узнает некоторые места столицы, знакомые ей по фотографиям и открыткам, что когда-то показывала ей учительница – Надежда Захаровна. Шофер, искусно лавируя между звенящих трамваев и автомобилей, вырулил на большую оживленную улицу.
Олю поразил нескончаемый поток людей на тротуарах. Все спешили, перебегали улицы и не обращали друг на друга внимания. Мимо пролетали яркие витрины магазинов, солидные окна аптек, мелькали палатки «Союзпечати», какие-то киоски, сновали лоточники со своим товаром, гремели трамваи… Она забыла обо всем и, раскрыв рот, увлеченно рассматривала все это.
– Милая, говори, куда ехать, – оторвала ее от созерцания Валентина.
Девушка вздрогнула и задумчиво поглядела на Николаеву.
– Я не знаю… Тут все такое необычное, шумное, я ничего не понимаю и ничего не вижу… – растерянно протянула она.
– И что же мы будем делать? Ладно, – раздраженно обратилась к Ивану Валентина, – вези ее подряд по всем улицам, авось сообразит что-нибудь. Так я потеряю весь день, – с досадой добавила она.
Но этот метод не принес успеха – Оля то и дело отвлекалась, засматривалась на столичные диковины.
– Это не каникулы, тебя привезли работать, – шипела Валентина, когда она вновь и вновь заглядывалась на красиво одетых комсомолок, бравых красноармейцев, да просто на прохожих.
Но как ни старалась Оля, результатов не было: она так и не увидела того места, что рисовала на бумаге. Бесконечные здания слились у нее в голове в неразличимую вереницу стен, окон и дверей – они кружились перед глазами с устрашающей скоростью, сливались в какое-то месиво. И вычленить из него что-то хоть отдаленно похожее на нужный им дом не удавалось. 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.