.RU
Карта сайта

Сергей Васильевич Лукьяненко Танцы на снегу - 32

Это надо сделать нам? – на всякий случай спросил я.
– Да. Вы должны убить Александра Бермана и его дочь.
– А дочь-то зачем? – не понял я.
– Она – единственная наследница Бермана. Если она будет мертва, то верфи и все состояние Бермана отойдут Империи. Более того. Она – наша ровесница, ей всего тринадцать лет. Однако Берман добился очень редкой операции… в сознание дочери имплантированы отдельные фрагменты его собственной личности. Деловые качества, манера ведения бизнеса, основные жизненные ориентиры. В общем – если дочь останется в живых, то ничего не изменится.
– Где она? – спросила Наташа.
– Вместе с Берманом.
– А почему он пошел на предательство? – спросил я. – Его отморозили?
– Нет. – Элли поморщилась, будто словечко «отморозили» ей не нравилось. – Берман раньше других выяснил ситуацию на Инее. Сноу была вынуждена с ним сотрудничать еще десять лет назад, начиная создание военного флота. Просчитав все возможные варианты, Берман счел, что Иней победит. Более того – проникся идеями Инея. Он решил предать Империю в обмен на пост наместника Эдема, частичную автономию и возможность блокировать психотропные программы Инея.
– Так от них можно закрыться?
– Можно.
– И вылечиться?
– Тоже можно. Человек останется с измененным сознанием, но уже будет поддаваться переубеждению.
Это было здорово. Значит, можно спасти всех на Новом Кувейте и на других планетах Федерации Инея. И родителей Лиона тоже спасут… вот он обрадуется…
– Вы должны убить Бермана, – повторила Элли. Меня словно холодной водой обдало.
– Элли, мы же не фаги, – сказал я. – Как мы проберемся к этому Берману? Если он и впрямь миллионер…
– Он миллиардер.
– Тем более!
– Вы должны, – просто сказала Элли.
Наташа разочарованно смотрела на меня, будто ожидала, что я скажу: «Раз плюнуть!» Но я вовсе так не считал. Да и не хотел я убивать! Пусть даже предателя! Я никого и никогда не убивал!
– Элли, у нас задание – жить и наблюдать! Нас вовсе не учили воевать! – быстро сказал я. Пусть думает, что угодно. Пусть думает, что я трус!
– Тиккирей, я передаю тебе приказ, – холодно сказала Элли. – Ты можешь отказаться, разумеется. За тебя ручался Стась. Если ты отказываешься, то проблемы будут лишь у него.
– Большие? – спросил я, чтобы хоть что-то произнести.
– Его разжалуют. Фаг без работы – жалкое зрелище, Тиккирей. Конечно, ему будет положена пенсия, жилье, всякие льготы, медалька какая-нибудь. Только бездельничать фаги не умеют. Это входит в противоречие с их жизненными установками. Обычно они очень быстро умирают.
Меня загнали в тупик. Нет, не в тупик… из тупика есть только один выход.
Я вдруг понял, что чувствовали мои родители, перед тем как использовать свое право на смерть. На самом деле понял. Это не тупик. Это словно коридор. И можно пойти вперед или назад. В одну сторону – очень страшно. А в другую – всего лишь противно. Но так противно, что лучше уж пусть будет страшно.
– Мы же не сумеем, – сказал я. – Элли, мы только двое мальчишек. И девчонка. Мы не умеем воевать по-настоящему, даже Наташа, наверное, не умеет. И у нас оружия толком нет никакого. А этого Бермана охраняют небось как саму Инну Сноу. Мы только все испортим.
– Я помогу, – сказала Элли. – К Берману вы доберетесь. Вопрос лишь в том, согласны ли вы.
Я молчал. Наташка вопросительно смотрела на меня. Вот она-то была согласна, это точно. Ей ведь приходилось воевать.
– Ну? – Элли встала, уперла руки в бока. – Решай.
– Мы согласны, – сказал я. – То есть я согласен. Надо еще Лиона спросить. Но как…
– Александр Берман находится на планете инкогнито, – отчеканила Элли. – Поэтому полноценная охрана не осуществляется. Берман проживает в загородном правительственном особняке, окруженном системами электронной сигнализации. Она будет отключена. Расписание прохода патрулей у вас тоже будет. Внутренняя охрана особняка невелика – три человека.
В назначенное время все они будут под теми или иными предлогами удалены из жилой части здания. Вам останется всего лишь справиться с Александром и Александрой Берманами. А они совсем не бойцы.
– Мы справимся, – встряла Наташа. – Элли, все в порядке. Тиккирей просто не хочет рисковать, ведь это очень важное задание. Но мы справимся.
– Справимся, – подтвердил я.
– Хорошо. – Элли все-таки с сомнением посмотрела на меня, но вроде бы отбросила колебания. – Наташа, встретимся завтра утром. Я сообщу детали.
Она пожала мне руку, словно мальчишка, а Наташу чмокнула в щеку. И вышла из беседки. Дождь еще накрапывал, мелко-мелко, будто в небе трясли частое сито.
– Тебя проводить? – спросил я, привставая. Провожать Элли мне совсем не хотелось.
– Не надо, не сахарная. – Элли усмехнулась, шагнула в темноту и через несколько шагов исчезла. Не видно, не слышно, будто растворилась в лесу.
– Она фаг? – тихонько спросила Наташа.
– Что? Нет… вроде бы не бывает девчонок-фагов… А ты что, ее не знаешь?
– Я днем вышла в город и позвонила на пристань, нашему человеку. Узнать, вдруг есть от деда весточки. Он и сказал, что со мной ищет встречи подружка, с которой год назад мы жили по соседству. То есть на Авалоне, это он так намекнул…
– А она с Авалона?
– Угу. Она сказала, что ее тоже тайком десантировали. Наверное, что-то готовится.
Я понимал, что Наташа права. Империя не может больше медлить, вот-вот начнется война. И значит, каждый должен сражаться на своем месте. Если мы уничтожим предателя («уничтожим» – куда легче сказать, чем «убьем»), то это будет очень сильный удар по Инею. Словно мы разом уничтожили десятки военных кораблей! А ведь эти корабли могли бы напасть на Авалон, Эдем, Землю, Карьер…
– Тиккирей, тебе что-то не нравится? – спросила Наташа.
Мы сейчас сидели совсем рядом и говорили шепотом. От этого получалось… как-то странно получалось, будто мы не о войне говорим, а шепчемся о чем-то секретном.
– Да. Она меня заставила согласиться. Понимаешь? Это не я решил, это она за меня решила.
– Она ведь старшая.
– Подумаешь! Я не в армии, между прочим.
– А мне кажется, дело совсем в другом.
– В чем же?
– В том, что она – девочка.
Если бы было светло, я бы покраснел. Но когда знаешь, что все равно тебя никто не увидит, то краснеть не получается.
– И вовсе нет! А если девчонка, так вела бы себя вежливо.
– Это сексизм. Ты еще скажи «карго», – съязвила Наташка.
– Девчонкам не идет командовать!
– А еще чего не идет? Может, и воевать нам нельзя? А мы вот воюем, пока кто-то трусит! Подумаешь, в гипере они летать могут!
Наташка даже отодвинулась от меня, хотя раньше мы жались друг к другу – так было теплее. И мне захотелось сказать что-нибудь ехидное и злое. Например, про то, что вся их партизанская война только злит людей. Что они ухитрились ракетами разбомбить школы.
Но почему-то я сказал другое:
– Можем и в гипере. Я вот расчетным модулем летал.
– Ой, – сказала Наташа. И замолчала.
– И вовсе не в том дело, что она девчонка, – продолжил я. – Если ты будешь командовать, я не стану спорить. Ты ведь уже воевала, а я – нет. А про Элли я ничего не знаю. Ну ладно, пусть ее фаги послали. Пусть она самая главная. Но зачем так давить?
– Разве она на тебя давила? – удивилась Наташа.
– Сказала, что накажут Стася. А он мой друг. Лучший друг… нет, не так. Это другое. В общем, я не хочу, чтобы его разжаловали и он умер. Лучше я сам погибну.
– Но ведь этот Стась взрослый, верно? Значит, ты не должен за него переживать! – горячо сказала Наташа. – Он должен был принять правильное решение, а если ошибся, то сам виноват и обязан понести наказание! Это ведь все знают. Взрослые должны заботиться о детях, их оберегать и принимать правильные решения! У них ведь больше жизненного опыта. Так что все правильно!
Я посмотрел на Наташку, и мне стало смешно. Когда я жил на Карьере, я бы с ней обязательно согласился. Ведь это абсолютно верно, вся природа так устроена, а человек – часть природы. Нам на занятиях по природоведению показывали, как волнуется кошка, если у нее отобрать котят. И объясняли, что это древние и полезные инстинкты, что потому и родители о нас заботятся, и все взрослые детей оберегают.
Только это все-таки не вся правда.
Если человек твой друг, то ты тоже должен о нем заботиться. Пусть он даже куда сильнее и умнее тебя. Пусть он даже в чем-то ошибся. Однажды я этого не понял. Давным-давно. Три месяца назад. На Карьере, когда мама и папа решили умереть. Мы должны были остаться все вместе, пусть даже пришлось бы уйти из купола. Или хотя бы я должен был этого захотеть, а не соглашаться с родителями.
Ну как это объяснить?
– Стась меня спасал, – сказал я. – Хотя вовсе не должен был этого делать. Вот скажи, если бы твой дед попал в беду, ты бы его спасала?
– Он же мой дедушка…
– Ну и что? Зато старый и инвалид. Ты куда важнее для общества, зачем тебе из-за деда рисковать и волноваться?
– А я и не волнуюсь!
– Ага. Только утром побежала звонить, весточки узнавать.
Наташка помолчала. Потом сказала:
– Но это же неправильно? То, что я волнуюсь за деда, а ты – за Стася?
– Знаешь, мне кажется, что только так и бывает правильно, – сказал я.
Наташа взяла меня за руку и сказала:
– Ты очень странный, Тиккирей. Не обижайся. Мне иногда кажется, что ты всего лишь глупый и трусливый мальчишка, который случайно влез в опасные дела. А иногда что ты, наоборот, куда умнее и отважнее, чем все мы.
– А сейчас что кажется? – спросил я с любопытством.
– Что мы замерзли и простынем! – Наташка вскочила и стащила меня со скамейки. – Пошли! Лион, наверное, всякую ерунду уже думает!
Лион ничему не удивился. Конечно, в общей спальне поговорить мы не могли, поэтому ночью я разбудил его, и мы вышли в санитарный блок. Это такая смесь душевой и туалета – огромная комната, где вдоль одной стены кабинки с унитазами, вдоль другой – умывальники, а вдоль третьей – душевые рожки. Не знаю, зачем сделали все вместе, будто на старом военном корабле. По утрам тут стояла страшная толчея.
Я быстро проверил кабинки, там никого не оказалось. Потом мы отошли к окну, и я рассказал Лиону про визит Элли и наше задание.
– Так я и думал, – сразу сказал Лион. – Еще на Авалоне.
– Что думал?
– Ну зачем фагам нас посылать на Новый Кувейт? Это дорого и вообще… какая с нас польза-то?
– Послали же.
– Вот за этим и послали. Мы – разменные агенты.
– Это как? – насторожился я.
– Я во сне про такое слышал. Разменный агент – это обычный человек, которого чуть-чуть подготовили и отправили выполнять очень опасное задание. Такое, с которого не возвращаются. Фаги знали, что придется кого-нибудь грохнуть… вот для этого нас и используют.
Лион был серьезен. Он сидел на подоконнике и разглагольствовал, а я стоял перед ним и слушал.
– Почему именно нас? Зачем?
– Ха! Да это же любому ясно! Мы местные, с Нового Кувейта! Никто не сможет придраться и сказать, что мы – агенты Империи. Никаких доказательств нет.
– Бич, – неуверенно сказал я.
– Мало ли… может, ты его у Стася взял.
– Стась бы не позволил нас на смерть отправить, – твердо сказал я. – Никогда!
Лион пожал плечами:
– Может быть. А с чего ты решил, будто ему всю правду сказали? Он фаг. Это куда жестче, чем военный или полицейский. Это не просто дисциплина, у него еще и мозги так устроены, что он обязан верить приказам. Даже если Стась подозревал дурное, что с того?
Я вспомнил, как Стась прощался с нами. И накатила тоска.
Он и впрямь что-то подозревал. Не нравилось ему, что нас отправляют на Новый Кувейт. Не нравилось, но спорить с советом фагов он не мог.
– Так что же нам делать? – спросил я. Лион и впрямь очень толково все предположил.
– Выполнять задание, – сказал Лион.
– Но…
– А что еще делать? – Лион даже рассмеялся. – Прятаться тут? Все равно найдут. Или Флот начнет бомбить планету, и все… Лучше уж выполнять приказ. Хоть какой-то шанс есть. А идти сразу против Инея и против фагов – это надо полным дураком быть!
Он подумал и с сожалением добавил:
– Угораздило же нас прямо на головы девчонкам свалиться! Могли бы до сих пор в лесу жить.
– Ты на меня злишься? – спросил я. – Ведь из-за меня… не возьми я бич…
– Да брось, нас все равно бы сюда отправили, – пренебрежительно отмахнулся Лион. – Может, и бич тебе подсунули не для проверки благонадежности, а как провокацию. Не взял бы бич – придумали бы что-то другое.
Хлопнула дверь. В санблок вошел Питер, один из тех, кто оружию Инея не поддался, но и по жизни был не лучше отморозка. Хмуро посмотрел на нас, спросил:
– Курите, что ли?
– Нет, – ответил я. – Так, треплемся.
– Ну… – Питер нам не поверил, потому что специально пошел в кабинку поближе и, не скрываясь, потянул носом. Конечно, дымом от нас не воняло, и Питер сразу оживился еще больше: – Парни, дайте хлебнуть?
– Да не пьем мы ничего! – возмутился я. – Вот, погляди!
Я даже отошел от подоконника и повернулся кругом. Ну где можно спрятать бутылку, если на тебе только трусы и майка? Лион крутиться не стал, но сдвинулся по подоконнику, показывая, что за ним ничего нет.
– Ну и придурки, – решил Питер и покрутил пальцем у виска.
Глава 2
Элли с нами не пошла.
И даже не появилась, чтобы узнать, согласился Лион выполнять приказ или нет. Будто не сомневалась в его решении.
Честно говоря, я не расстроился. Очень надо, чтобы заносчивая девчонка с Авалона вновь начала командовать и угрожать!
Наташа нашла нас днем в столовой. Мы стояли с подносами в очереди к микроволновкам – их было всего две штуки. Впереди кто-то из ребят ругался – у него лопнула пластиковая чашка с супом. Сам виноват, забыл надорвать клапан.
– Сегодня, – сказала Наташа с улыбкой. Но глаза были напряженные, невеселые. – Встречаемся после обеда в беседке.
У меня сразу пропал аппетит. Мы поели, конечно, – картофельное пюре с кусочком мяса, гороховый суп, салат и компот. Все заводское, только салат повар сам приготовил. И зачем он вообще нужен, если готовит только по пятницам, в выходной?
Личных вещей у нас никаких и не было, только бич, но он и так всегда со мной. Так что мы сразу пошли в беседку.
Наташка была не в беседке. Сидела на траве, еще мокрой от ночного дождя, упираясь руками за собой, запрокинув голову и глядя в небо. Я тоже посмотрел – ничего особенного. Ползет искорка корабля, идущего на посадку.
– Это мы, – сказал Лион. – Что ты там увидела?
– Корабль, – не оборачиваясь, ответила Наташа. – Красивый. Это пассажирский, с Инея.
Меня как морозом обожгло. Я вспомнил наш купол. И Дайку на берегу речки…
– Наташка, ты хотела бы быть пилотом? – спросил я.
– Девчонки же не могут, дурак, – не сразу отозвалась она.
– Ну и что. Хотела?
– Хотела.
Лион, конечно, ничего не понял. А я вдруг решил, что никогда не стану называть девчонок «карго». Даже самых противных вроде самоуверенной Элли.
– Я тоже хотел, – сказал я. И Наташа с удивлением на меня посмотрела – это вышло так, будто я знаю, что никогда не смогу стать пилотом.
– Мальчишки, вы готовы? – спросила она.
Я кивнул.
– Нас машина ждет в переулке, неподалеку. Она отвезет нас к особняку.
Вот так. Значит, прямо сегодня?
А почему бы и нет? Фаги попусту время не тянут.
– Пойдем, – согласился я. И попытался улыбнуться. Это что же выходит, двое мальчишек и девчонка собираются на враждебной планете, где все их ловят, убить миллиардера? Вот так, сразу, встали и пошли убивать?
Но смеяться не хотелось.
Машина была обычным такси. Я-то думал, что за нами приедут подпольщики, но это оказался самый обычный оранжевый «таймень» государственной таксомоторной службы. Водитель был отморозком, я уже хорошо научился отличать их от нормальных людей.
– В парк бабочек? – спросил он очень дружелюбно.
– Ага. – Наташка сразу заулыбалась. – Там красиво, да? 1 ... 28 29 30 31 32 33 34 35 ... 42 2014-07-19 18:44
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © sanaalar.ru
    Образовательные документы для студентов.